Горький пепел победы - Валерий Иващенко

Все скудные остатки сил уходили на незримый щит, разделяющий сознание на здесь и там. Здесь оказывалось вполне терпимо, хотя там… там человеческое естество корчилось и визжало от боли. И всё же, Валлентайн безжалостно расширил и подвинул преграду, стиснул скулящуюю точку и задвинул куда-то в угол. Между воспоминанием, когда вывихнул палец - и той минутой, когда в детстве вместо безобидной мухи-музыкантика поймал ладошкой такую же с виду полосатую пчелу… надо же, ещё помнится!

Так, темнота такая, что не помогало даже истинное зрение - ну, таковое пару раз бывало и раньше. Хотя бы в той гробнице некстати проснувшегося древнего и весьма могучего шамана… неплохо тогда степняки с восхода заплатили за упокаивание беспокойного мертвеца.

Левая нога откровенно сломана и хрустит эдак мерзко - не смертельно. Рёбра похуже, но и чёрного мага так просто не убить.

А вот навалившееся со всех сторон жадно чавкающее нечто озадаченно приостановилось - хоть и долго пришлось ждять очередной подачки сверху, но она всё-таки прилетела. Да вот, погрызть-полакомиться человечиной что-то никак не удавалось. Нет, не мерзкой плотью, но сладким и незабываем нечто. То ли душа, то ли аура - суть не в терминах.

Темнота грызанула снова, словно впившись во всё тело тысячами ледяных иголочек - и с отчётливо скулящим визгом недоумённо отпрянула.

Лежащий на каких-то то ли камнях, то ли старых костях Валлентайн даже нашёл в себе силы усмехнуться. Ну-ну, видали мы таких охочих до чужого магического естества. А ядику хлебнуть полною мерой не хочется? Тут припасено на всякий случай - да таких заклятий и щитов, что на целую армию энергетических вампиров хватит. Специально когда-то озаботился, чтобы потом применять особо не задумываясь и не разбираясь - какой же именно твари захотелось сладкого.

Судя по обиженному сопению в магическом эфире, голодное до дрожи нечто попеклось хорошо, даже очень. И пробовать вновь что-то желанием пока не горело.

А всё же стоило признать, что переутомления последних дней даром не прошли - уж прежний, полный сил Валлентайн не позволил бы себя так легко обидеть. Впрочем, девчонку вытолкнул туда - и то спасибо… он осторожно прислушался, послав вверх несильный зов.

Обычно такого хватало, чтобы поставить на уши город средних размеров или с побледневшими лицами ухватиться за защитные амулеты сразу нескольким полкам тяжёлой, закованной в сталь королевской пехоты. Но здесь впечатление оказывалось такое, словно нырнул в банку с чернилами. И разлёгшись на донышке пытаешься разглядеть солнце в зените.

Впрочем, судя по легчайшему сотрясению почвы, там наверху тоже поднялась суета нешуточная… но таки стоило признать, что живым опуститься сюда мог только чёрный маг, причём силы немеряной. А стало быть…

- Хочешь однажды выйти отсюда?

Одна из заповедей волшебника гласит… что же она там гласит?… Ах, ну да - если обстоятельства сильнее тебя, приспособься к ним и действуй в дальнейшем исходя из них. Или как-то так - уж невероятная гибкость и изменчивость чародеев рода хомо и позволила им неизменно оказываться в числе самых могучих.

Спустя дологе время - судя по тому, что временами впадающий в лёгкое забытьё Валлентайн сбился со счёта ударов своего сердца, в голове сам собой соткался ответ. Даже не слова и не мысль - это что же, кто-то тут предлагает сделку? Какой-то полудохлый хомо могучему демону?

- Эх, дурачок… - смеяться запретил бы любой хоть мало-мальски соображающий. Вот, беспомощно распростёртый в темноте волшебник, которого тьма здешней темницы лишила почти всех способностей да сил, и запретил себе смеяться дальше, похрустывая обломками рёбер. - Чего стоит вся твоя сила, власть? Какой в ней смысл?

Поскольку темнота не отзывалась, а лишь осторожно пробовала с разных сторон - эй, ты не умер? Не ослабел? - Валлентайн кое-как накопил сил. И отгоняя так плывущие перед невидящим взором мутно-зелёные круги, продолжил.

- Видишь ли… сила, власть это не цель. Это всего лишь средство. К чему, спрашиваешь? А это уже решает душа. У тебя-то её нет… - он осторошно кашлянул, сплюнул в сторону. - Короче. У меня особого выбора нет - но и у тебя другого случая не представится. Признай меня своим господином, а себя моим рабом, и я вытащу нас обоих отсюда.

Как же нелепо осознавать, что в этой темноте разговаривали двое. Один ещё почти живой - и второй, который живым никогда не был. И если темнота ответит первому отказом или же достаточно долгое время просто помолчит… нет, о таком даже и думать не хотелось.

Впрочем… подумать таки придётся… и даже кое-что по этому поводу предпринять…

Стоило признать - те, кто придумали и соорудили эту темницу, были гениями. Если даже могучий бестелесный демон не сумел выбраться наверх, то хитроумию зодчих-архитекторов можно отдать должное. Хотя вполне возможно, что те были всего-навсего тюремщиками - и весь этот замок изначально и был задуман как охрана этого места заключения?

- У всех народов есть предания, как демоны искушали и совращали смертных, - невесело усмехнулся Валлентайн. - А каково тебе вдруг почувствовать себя искушаемым?

Пальцы его уже давно зарылись в обломки под низом. Как можно дальше, чтобы почувствовать влажный холодок. Правда, для того пришлось чуть послабить щит восприятия - и воспрянувшая от уныния боль в своём закутке с готовностью принялась выворачивать всё тело. Ничего, потерпим пока… вот так…

Пальцы на правой руке слушались плохо, и судя по всему, оказывались неплохо искалеченными при падении. Зато левая наконец уловила слабое даже не дуновение Силы - один лишь прохладный отголосок его. Чуть поманить, потянуть на себя… вот и всё…

Тюрьма оказывалась надёжно защищена от любой магии. Выход вверх не смог бы преодолеть даже дракон. Но всё же, как говорил чумазый от копоти Миха по прозвищу Гоблин - на любую хитрую жэ найдётся свой хэ винтом. И когда едва не выгибающуюся от боли спину захолодило выступившей снизу водой, Валлентайн легонько засмеялся от облегчения.

Уж плавал-то он пусть и не как рыба - но поднимающаяся вода, равнодушно относящаяся ко всяким хитроумным магическим препонам, просто поднимет его наверх.

Простенько и в то же время изящно, как и все построения не желающего налево-направо громыхать грубой силой хитроумного чернокнижника. Ах, ну да - и этого демонюгу полоумного тоже прихватить не забыть. Нечего такому добру в каталажке прохлаждаться…

Бессмертные с небес или тёмных бездн в тот день наверняка здорово повеселились. Уж смотреть на мокрого и жалкого чернокнижника, кое-как выползшего из подвалов и обнаружившего замок и весь город пустыми, наверняка было до колик смешно.

- У-у, паразиты, - беззлобно ругнулся Валлентайн и продолжил рыться в запасах лекарственных зелий, обнаруженных в комнате Эндариэля.

Каким образом и куда запропастилось всё живое в этом мире, он задумываться не стал. Да и вряд ли смог бы - вздувшаяся мутная пелена забытья уже почти наполовину сузила восприятие. Пухла и давила, уж почти смертельно раненому таковые приключения и путешествия строго-настрого, знаете ли, противопоказаны…