Империя травы. Том 1 - Тэд Уильямс

Бородатый шаман выступил вперед, держа в руках тонкие ветки такого темно-зеленого цвета, что они казались черными даже в свете жаркого полуденного солнца. Рудур взялся за один конец связанного веревкой пучка, толстого, как запястье мужчины, и поднял его в воздух. Длинные ветви доходили почти до его колен.

– Дикие розы, благословленные Молчуном, выросли на Его горе, – продолжал Рудур. – Достойное наказание для того, кто вложил свое имя в уста духов.

Фремур знал, что ветви диких роз вымачивают в солевом растворе до тех пор, пока они не становятся гибкими и прочными, как заплетенная в косу плеть. Однако это совсем не делало шипы мягче, рассказывал ему отец, более того, они становились острыми и прочными, точно рыболовные крючки.

– Вот что думают духи о тех, кто лжет от их имени, Унвер, лишенный клана, – громко заявил Рудур, чтобы его услышали все. – Вот каков их гнев! – И он взмахнул ветками, обрушив их на обнаженную спину Унвера.

Унвер даже не вскрикнул, но его мышцы сжались под ударом, как кулак, и на мгновение ноги перестали его держать, однако узлы на запястьях не позволили упасть. В некоторых местах по спине у него потекла кровь, но в других шипы вошли глубже, и тонкие ручейки побежали вниз, к ногам.

– Сто ударов Летней Розой! – прокаркал Рудур, и толпа взревела, как животные, которые с нетерпением ждут кормежки. Фремуру показалось, что он слышит разрозненные проклятия, направленные в адрес Рыжебородого, но они тонули в море одобрения. – Так мы проверим его права. Шан Эдизель выжил – и ты, вне всякого сомнения, должен быть ничуть не хуже!

– Но это лишь древняя легенда! – закричал Фремур, которому, наконец, удалось подняться на ноги и встать внутри фургона.

Другие воины клана Журавля попытались заставить его опуститься вниз, но у них ничего не получилось.

– Ты называешь историю нашего народа всего лишь легендой, Фремур-Кролик? – Рудур покачал головой, продолжая помахивать ветками роз. – Ты так сильно завидуешь предателю, что хочешь к нему присоединиться? Мы можем поставить рядом еще один шест.

– Если тебе нравится история, Рыжебородый, – крикнул Фремур, – вспомни, что произошло с теми танами, кто предал Эдизеля! – Если бы его люди не были связаны, они бы заткнули ему рот руками, но они могли лишь пытаться сбить его с ног, но он продолжал кричать: – Вспомни, что духи сделали с предателями!

Рудур кивнул тому, кого Фремур не мог видеть, и через мгновение чья-то большая рука схватила его за шею и ударила головой о перила фургона. Все вокруг превратилось в черный водоворот, он упал на спину, и ему показалось, что на него рухнула целая гора.

Фремур беспомощно лежал на полу фургона, и до него донеслись слова, произнесенные Рудуром:

– Когда я в следующий раз услышу твой голос, Журавль, ты присоединишься к глупцу со слабой кровью.

Порка продолжалась. Фремур слышал, как Рудур предложил своим доверенным танам по очереди поучаствовать в наказании, но ему больше ничего не удавалось увидеть, потому что снова подняться на ноги он не сумел. И только к тому моменту, когда Рудур наносил последние удары, ему удалось встать. Унвер, который вскрикнул лишь однажды, уже не мог издавать никаких звуков, он лишь бессильно висел на связанных запястьях, а его спина превратилась в жуткую кровавую массу глубоких борозд и обрывков кожи. Даже толпа притихла.

– Снимите его, – приказал Рудур. – Вольфраг, он жив?

Шаман склонился над Унвером и поднес небольшой блестящий предмет к его лицу.

– Он еще дышит, тан танов.

Рудур рассмеялся.

– Значит, духи решили, что он страдал недостаточно. Они сами хотят принять участие в наказании! Привяжите его к шесту.

Унвер не сопротивлялся, когда его изуродованное окровавленное тело снова привязывали к шесту. Теперь Фремур уже слышал проклятия, обращенные к Рудуру, которые доносились из толпы.

– Одной из женщин Унвера не понравилось развлечение, – сказал Рудур, обращаясь к другим танам. – Или она начала искать нового мужчину.

– Я сама тебя убью, трус! – крикнула женщина, и Фремур услышал, как другие пытаются ее остановить. – Ты не Медведь, Рудур, – ты выхолощенный бык! Ты отдал свои яйца людям из городов много лет назад!

Слова женщины не понравились Рудуру, но настроение толпы изменилось, и теперь стало не так просто заставить ее замолчать.

– Я добился мира, сука, – мира для всех кланов! Я спас наши земли!

– Каждый день обитатели городов забирают часть наших земель! – раздался из толпы другой голос. – Люди Наббана вытесняют нас из мест, где жили наши отцы!

– Молчать! – взревел Рудур. – Мяукающие дети, вы ничего не знаете. Если ваши крики не прекратятся, мы напоим эту священную землю еще и вашей кровью.

Он рявкнул приказ танам, и некоторые из них взяли своих людей и начали проталкиваться сквозь толпу, отталкивая и даже раздавая удары, когда кто-то не успевал отступить в сторону достаточно быстро, но люди стояли слишком плотно, и очень скоро воинам Рудура пришлось остановиться.

Казалось, Рудур Рыжебородый сообразил, что спектакль продолжался слишком долго. Он подошел к самому краю плато и посмотрел вниз на толпу, пока те, кто находился рядом, не погрузились в тревожное молчание. Солнце уже опустилось за округлую верхушку Молчуна, и для большинства зрителей он превратился лишь в темную фигуру, похожую на первые попытки духов сделать людей.

– Унвер, лишенный клана, провисит здесь всю ночь, – провозгласил Рудур, а потом подошел к пленнику, сползшему к основанию шеста.

Рудур приподнял голову Унвера, и ему понравилось то, что он увидел на его лице, потому что Рыжебородый рассмеялся.

– Похоже, кровь уже засыхает, – заявил тан танов. – Так не пойдет. Мы хотим, чтобы дикие существа Холмов Духов узнали, какой дар мы им преподнесли – наше жертвоприношение. – Он наклонился, вытащил длинный нож из ножен, висевших на поясе, и рассек кожу на щеках и лбу Унвера, а потом сделал три горизонтальных разреза на груди. Несмотря на длительную порку, все порезы снова начали кровоточить.

Рудур выпрямился.

– Холм духов будет окружен вооруженными людьми, – сказал он, и его голос прокатился над притихшей испуганной толпой. – Всякий, кто попытается принести предателю воды или что-нибудь еще, будет убит. Только духи решат, жить ему или умереть! А теперь расходитесь! Возвращайтесь в свои лагеря! Завтра на рассвете мы увидим результат испытания.

Прошло совсем немного времени, и фургон, в котором находились Фремур и его люди, двинулся вперед, развернулся и начал спускаться вниз. Фремур успел увидеть застывшую темную фигуру Унвера у шеста, стоявшего у основания огромного камня, по его груди текла тонкая струйка крови. Он казался мертвым, точно панцирь раздавленного жука.

Глава 21
Среди Боевых Сорокопутов