Лунная радуга - Анна Порохня

- Да и впечатление он производит довольно приятное… - Леон тоже огляделся. – Но оно может быть обманчивым. Увы, зачастую так и бывает.

В гостиную вошел тот же худой слуга с большим подносом, на котором стояла бутылка вина, кувшин с лимонадом и какие-то сладости в вазочке. Следом появился Мулан Рипард и, взглянув на герцога, указал на кресло.

- Вы позволите?

- Конечно, присаживайтесь. – Леон принял бокал с вином и сказал: - У нас с герцогиней к вам очень серьезный разговор. Дело касается вашей дочери.

- Что? – мужчина недоуменно хлопнул глазами. – О какой дочери вы говорите? Ридган… вы что-то путаете… У меня единственный сын, с которым мы увы не общаемся уже долгое время. Кстати, он служит в вашем замке, господин.

- Ваш сын служит в замке? – Леон удивленно приподнял бровь. – Могу я узнать его имя?

- Клари Ямменс-Рипард, - ответил Мулан, и у меня чуть челюсть не отпала. Вот так дела! Невероятные совпадения!

Мы с герцогом переглянулись и, прокашлявшись, муж поднялся:

- В таком случае нам нужно представиться друг другу еще раз.

- В каком смысле? – Мулан Риппард тоже поднялся и переводил растерянный взгляд с меня на герцога.

- Ваш сын в скором времени женится на моей сестре, ридганде Элле Аргайл, - сообщил ему герцог. – А значит, мы станем родственниками.

- О боги… - прошептал мужчина и медленно опустился в кресло, но тут же снова поднялся. – Я… я… очень рад… я счастлив…

- Выпейте вина, - предложил ему Леон и тот послушно влил в себя целый бокал. – А теперь продолжим. Вы знали девушку по имени Жадин? Дочь ткача.

Мужчина все еще не мог прийти в себя и не мог понять, что мы от него хотим.

- Жадин? Жадин… Ах, Жадин! Да, у меня был роман с одной милой девушкой, которая носила это прекрасное имя, но причем здесь она? Это случилось так давно… Я тогда был беден, как храмовая мышь, и иногда промышлял не совсем честными делишками.

- Она родила вам дочь, - сказала я, и он махнул слуге, чтобы тот наполнил его бокал.

- Жадин родила от меня дочь? – наконец, прошептал он. – Оооо… Я не знал…

- Девушке требуется ваша помощь, - мне было жаль его, но Летицию я жалела больше. – Вы готовы помочь своей дочери?

- Чем я могу помочь ей? – Мулан начал волноваться. – Как ее зовут?

- Летиция. Она была продана в храм Эрины Милостивой, - ответила я и рассказала все, что произошло с девочкой.

Он выслушал меня, не перебив ни разу, а потом заплакал. Мы терпеливо ждали, пока он не успокоится и, наконец, высморкавшись в платок, который подал ему слуга, Мулан улыбнулся сквозь слезы.

- Так вы говорите, что знаменитый воришка Мотылек – моя дочь? Она точно пошла в меня! Вся в своего отца!

- Так вы поможете ей? – я не сводила с него глаз. – Спасете ее от преследования духовенства?

- Конечно! Я сделаю все, что нужно! – мужчина приободрился, а у меня камень с души свалился. Летиция спасена.

- Вы должны обратиться в храм Эрины Милостивой и заявить перед синодом, что вы против того, чтобы ваша дочь продолжала служение. Что вы не давали согласие на продажу ребенка храму, - объяснил ему герцог и быстро добавил: - Но вам придется вернуть им деньги, которые они отдали Жадин, а еще все, что было потрачено на ее содержание за все эти годы. Я дам вам эти средства.

- О нет! Нет… благодарю вас, ридган, но я могу сам выкупить дочь, - Мулан отказался от помощи, чем вызвал мое уважение. – Я за всю жизнь ничего не дал Летиции, так что пришло время рассчитаться за свое неучастие к ее судьбе.

- Это мужской поступок, - похвалил его муж и задал ему вопрос, который вертелся у меня на языке: - Почему вы не общаетесь с сыном?

- Клари перестал общаться со мной после того, как умерла его мать, моя жена, - с тоской ответил Мулан. – Она была больна, а в тот день, когда она покидала этот мир, я находился у любовницы.

- Сын узнал об этом и не смог простить вам? – закончила я за него, и горько вздохнув, он произнес:

- Да, мальчик очень любил мать. А я всю свою жизнь таскался за юбками… Но теперь у меня есть дочь, и я надеюсь все начать сначала.

- Летиция будет рада познакомиться с отцом, а Клари когда-нибудь простит вас. Он хороший парень, - у меня на душе было хорошо как никогда. Все куски происходящего соединялись в одну стройную линию, и я уже точно знала, что я здесь не просто так.