Трезубец Нептуна - Александр Прозоров

— Просто так, — пожал плечами Вайт. — Вы верите моему слову? Когда мы вернемся, я в тот же день учрежу премию вашего имени.

— Угу, — кивнул Платон. — Вот только для этого сперва нужно вернуться.

Он еще немного помял в руках пакет с кислородом, а потом решительно подал его Вайту:

— Вот, возьмите, сэр. Пусть пятый день достанется вам.

— А как же вы, сэр Платон?

— Кончится воздух, попытаюсь войти в корабль, — пожал плечами Атлантида. — Всегда нужно надеяться на лучшее.

— Лучшим, наверно, было бы присутствие поблизости какого-нибудь спасателя?

— Да, сэр.

— А шансы есть?

— Всегда есть шанс, сэр Теплер.

— Мне кажется, сэр Платон, погибать нам обоим, вместе, было бы глупо, — после мучительно долгой паузы произнес Вайт. — Особенно, если учесть реальную возможность одному получить достаточно воздуха, чтобы дождаться прилета спасателей. Может, поделить кислород так: одному восемь пакетов, второму два. А более высокий риск первый второму компенсирует.

— Вообще-то в этой мысли есть здравое зерно, — кивнул Рассольников. — Погибать обоим, когда у одного есть хороший шанс, глупо. Но я предлагаю просто бросить жребий.

— Это будет неравноправной сделкой, — приободрился миллионер. — Причем для нас обоих. Если я проиграю, то вы не получите стипендию своего имени. А когда через два дня мне придется войти в корабль, я не буду знать, что делать. Если же вы согласитесь принять компенсацию за риск, я готов заплатить вам полмиллиона галактических оболов.

— Нет.

— Миллион.

— Нет.

— Полтора миллиона.

— Нет, сэр Теплер, — покачал головой Рассольников, — свою жизнь за деньги я не продам.

— А за что продадите?

— Ни за что не продам, — покачал головой Платон, но Вайт, опытный переговорщик, уже успел учуять брешь в защите собеседника.

— Я отдам вам найденные на корабле щиты, — коротко сообщил он.

На этот раз Атлантида промолчал.

— Хорошо, сэр Платон, щиты и топоры.

— За щиты и топоры, — негромко ответил Рассольников, — я согласен отказаться только от одного дня.

— Я отдам вам все клинковое оружие.

— Пусть вам будет семь дней, а мне три, — сдался Атлантида.

— Давайте не будем останавливаться на полумерах, сэр Платон, — укоризненно покачал головой Вайт. — Восемь на два. Чтобы выживший имел все шансы, а не впритык.

— Тогда все на все, — предложил Рассольников.

— Нет, — замотал головой Вайт. — Поясное копье я не отдам. Иначе мое путешествие вообще не имеет смысла.

— Мне — два дня и все находки. Вам — восемь дней и поясное копье. Идет?

— Договорились. — Миллионер пожал протянутую руку и тут же деловито сгреб к себе пакеты с кислородом.

Атлантида понуро положил голову на трость и активизировал аварийный маяк.

Спасатель номер сто семь появился через восемь часов. На этот раз он шел без экономии топлива, на полном торможении двигателями, отчего в небе вокруг него образовался широкий красочный нимб. Катер опустился в считанных метрах от напарников, немного покачался, видимо, попав брюхом на возвышение.

— Вы везучий человек, сэр Платон, — выпрямился, глядя на катер, миллионер. — Сорвали банк. Впрочем, это и хорошо. Даже не представляю, каково бы мне пришлось, умирай вы рядом без кислорода, в то время, когда у меня целая груда пакетов.

Открылся люк, веселая Лиенна Тоус спрыгнула на землю, подошла к Платону и крепко его обняла. С интересом посмотрела на обутую в туфлю ногу:

— Ну, и что у вас приключилось на этот раз?

— Кислород пролили.

— Много?

— Десять пакетов.

— Люк открыт?

— Да.

— Поставим в него нагнетатель воздуха. Дней за пять он выдует основной холод и лишний газ, а потом запустим вашу систему климат-контроля. Ну, а тебе… То есть вам… Придется эти дни пожить на спасателе.

— Если бы не я самолично порубал кислородные пакеты, — подал голос миллионер, — я бы подумал, что вы все это подстроили специально, голубки.

* * *

— Вот и все, — вздохнул Вайт, когда «Сунгари» в сопровождении спасательного катера вышел на орбиту Земли. — Что вы собираетесь теперь делать, сэр Платон?

— Навещу университет, а потом Лиен подбросит меня на Гею-Квадрус.

— Может, для вас пора подбирать свадебный подарок, сэр?

— Да, есть у меня одна просьба, — кивнул Атлантида. — Вы еще не передумали основать стипендию?

— Нет. Я же дал слово, сэр!

— Тогда присвойте ее Джарите. Каннелони знает, о ком я говорю. И пригласите ее на эту торжественную процедуру к себе, подальше от университета.

— Хорошо, сэр, — рассмеялся толстяк и протянул руку. — Вы знаете, сэр Платон, это был лучший отпуск в моей жизни!