Опасные небеса - Владимир Корн

Аделард кивнул: мол, весь внимание. Но прежде чем с ним заговорить, я еще раз оценил ситуацию.

«Небесный странник» шел теперь курсом на второго альвендийца, и мы быстро сближались. Надежда у меня была на то, что только что произошедшее у него на глазах надоумит его, что с ним поступят точно так же. Он дрогнет, и тогда мы поменяемся ролями: из преследуемого корабля превратимся в преследующего, что, безусловно, даст нам преимущество.

Конечно же, мысли о втором таране я в голове даже не держал – слишком невелики шансы пережить и его. Но на альвендийском корабле не могли знать об этом, и теперь все зависело от мужества его капитана. А люди с Альвенды, насколько я знаю, им славились.

– Похоже, он не собирается отворачивать в сторону, – бесстрастно произнес навигатор Брендос, глядя на растущего на глазах врага.

– Сам так думаю, – кивнул я. – У него преимущество: ему значительно легче набирать высоту. И он обязательно наберет ее перед самым столкновением, чтобы пройтись днищем по нашей палубе от носа до самой кормы.

– Скорость у нас не меньше, и потому мы можем отвернуть первыми, и тогда он некоторое время будет продолжать гнаться за нами, пока не убедится в том, что это бесполезно.

Что ж, в логике Брендосу отказать трудно. Но имеется один нюанс.

– А кто может дать гарантию, что тем временем второй корабль не придет в себя, и тоже не бросится в погоню? Нет, покончить с ним необходимо сейчас, и я не отступлюсь, чего бы это мне не стоило.

Брендос остро взглянул на меня, но не сказал ничего.

– Аделард, – обратился я к Ламнерту, терпеливо ждущему, пока мы с навигатором, наконец, обсудим ситуацию. – Есть у нас один шанс выйти из этой ситуации без урона. Чувствуете? – этот вопрос предназначался уже навигатору Брендосу.

После столкновения с первым альвендийцем корпус «Небесного странника» начинал время от времени вибрировать. И если вначале нашего с ним разговора вибрация едва ощущалась, то теперь она была настолько сильной, что пришлось сжать зубы, чтобы не застучать ими. А тут еще на палубе показался Берни Аднер с самым озабоченным видом и бегом направился на мостик.

– Чувствую капитан. Кстати, он поднялся выше.

– Вижу, Рианель, вижу, и в этом нам с ним не тягаться.

Оба они, и Брендос и Аделард Ламнерт соревновались в том, у кого лицо будет более невозмутимое. Ну а мне уже было не до этого, и потому я, отмахнувшись от Аднера, уже открывшего рот, чтобы сообщить, и без слов понятно, очень неприятное известие, зачастил:

– Лард, давай к носовой аркбалисте. Сейчас я добавлю ход, корабль начнет раскачивать с кормы на нос, и ты уж постарайся, выбери момент, когда аркбалиста будет направлена точно на альвендийца. Только тяни до последнего, чтобы ты уж точно не промахнулся, а он отвернуть не успел.

Тут я снова отмахнулся от Аднера, болезненно сморщившегося и даже ухватившего меня за руку. После чего хлопнул по укрытому под сталью кирасы плечу Аделарда:

– Давай к аркбалисте, Лард, времени у нас почти не осталось.

Когда Аднер пообещал сделать носовую аркбалисту намного более мощной, я, конечно же, даже не сомневался в том, что у него все получится – Берни не тот человек, у которого слова расходятся с делом. Но дальше пришлось немного понервничать. Ему предстояло уложиться в двухнедельный срок, но первые несколько дней Берни только ходил вокруг нее, что-то замерял, чертил, записывал, после чего рвал бумажные листы в мелкие клочья.

Затем, с помощью Родрига он разобрал аркбалисту на составные части, и тут наступило затишье на несколько дней. Оставалось всего ничего до окончания срока, вытребованного мною у Жануавье, и аркбалиста по-прежнему лежала разобранной, когда на двух телегах привезли выполненный кузнецом заказ и началась, наконец, сама работа.

Она заняла двое суток без перерыва. С носа то и дело доносился визгливый голос чем-то возмущенного Аднера.

Берни привел меня посмотреть на уже готовую аркбалисту, и я ужаснулся:

– Это бревно точно сможет летать? – указал я на лежавшую рядом с ней стрелу. – Ее же как сваю в землю можно забивать!

– Вы же сами просили помощнее, – смущенно ответил Аднер. – Но летать будет, я никогда не ошибаюсь в расчетах, – после чего сунул мне их под нос.