Республика воров - Скотт Линч

Преодолевая волнение, Локк огляделся с цепкой наблюдательностью уличного воришки: охранник в дверях – ну, это ничего особенного, а вот какие-то два типа в глубине сумрачной прихожей заслуживали внимания – поджарые, в дорогих камзолах, явно с чужого плеча, с криво сросшимися носами и множеством шрамов… Судя по всему, вышибалы. Видно, для охраны своего логова Сабета тоже местных громил наняла.

– Господа… – обратился к Локку и Жану седовласый, тощий как жердь человек; петлицу его камзола украшал поникший черный цветок. – Меня зовут Первый сын Вордрата, я доверенный секретарь госпожи Галанте. Она вас давно поджидает… давненько…

– Прошу прощения, но сейчас еще только без пяти семь. – Жан кивнул на стенные механические часы.

– Безусловно. Впрочем, я не точность часов имел в виду. – Складки в уголках тонких губ Вордраты едва заметно приподнялись, – похоже, этот надменный тип гордился своим умением отпускать колкие, язвительные замечания. – Прошу вас, следуйте за мной. Моя госпожа желает встретиться с вами наедине.

Под нарочито равнодушными взглядами людей, зачем-то столпившихся в прихожей, Локк с Жаном направились к лестнице, ведущей на второй этаж. Судя по всему, черноирисовцы изучали советников противника, запоминая их черты лица, походку и манеру держаться, дабы не пропустить их в том случае, если они захотят пробраться сюда без приглашения. Такое внимание было весьма лестно.

В дальнем конце коридора второго этажа Вордрата распахнул дверь в небольшую полутемную залу, уставленную столами, на которых приглушенно сияли золотистые светильники. За высокими окнами клубился вечерний туман.

У одного из окон, спиной к дверям, стояла женщина с распущенными волосами, медно-рыжей волной ниспадавшими до пояса. Женщина медленно обернулась. Локк обомлел и уже не помнил ни как они с Жаном вошли в залу, ни как дверь за ними закрылась, ни как щелкнул дверной замок…

Сабета неторопливо направилась им навстречу по сумрачному проходу между столами.

8

На ней был приталенный бархатный камзол, багряный, цвета крови, чуть темнее ее рыжих волос; из-под длинной темной юбки выглядывали кожаные сапожки; шею туго обвивал мягкий шелк платка, белого, как голубиный пух. Никаких украшений, кроме черного ириса в петлице, на Сабете не было, да они были ей и не нужны – светлая кожа и белоснежный платок, рыжие волосы и багряный бархат дополняли и оттеняли друг друга, словно на палитре художника, подчеркивая красоту, ставшую еще заметнее после пятилетней разлуки.

Локк шагнул вперед, стягивая кожаные перчатки с дрожащих пальцев. Восторженные мечты и дерзкие надежды последних пяти лет вмиг исчезли, остался лишь ошеломленный, зачарованный взгляд и вздох, застрявший в горле.

– Здра… Здравствуй, – сказал он.

– Здравствуй, Локк.

– Ага… Сабета… Здравствуй… а…

– Что, красноречие и остроумие на этом закончились?

– Ну…

Звук ее голоса – родного, привычного, не деланого и не нарочитого – опалил Локка, как глоток бренди на пустой желудок.

– Увы, они удалились в неизвестные края, – произнес он.

– Ничего, еще вернутся – скорее всего, неожиданно, – улыбнулась Сабета. – Ты, главное, успей все записать и пришли мне. Я с удовольствием прочитаю.

Их разделяло всего несколько шагов. Локк разглядывал лицо Сабеты, отмечая в нем следы странной алхимии времени, – все черты были теми же, но девичья мягкость и угловатость пропали, сменившись зрелостью и женственностью; карие глаза, в прошлом цвета лесного ореха, потемнели, словно вторя каштановым бликам в рыжих кудрях.

– Дай руку, – сказала она.

Он попытался сплести свои подрагивающие пальцы с ее, но она нежно прижала свою распахнутую ладонь к его руке и замерла, не сводя с него взгляда. Ее ладонь была мягкой и сухой. На миг Локку показалось, что Сабета сейчас притянет его к себе, обнимет – но нет, она продолжала стоять на расстоянии вытянутой руки.

– Ты чересчур отощал, – наконец произнесла Сабета чуть дрогнувшим голосом.

– Я малость прихворнул.

– Говорят, тебя отравили.

– Кто говорит?

– Сам знаешь кто, – ответила она. – И солнца ты давно не видел, прямо вадранцем заделался.

– Ага, мы оба вернулись к родным корням.

– А, ты о моих волосах?

– Нет, о коленках! Конечно о волосах.

– Мне самой странно… Я их в разные цвета красила – и шатенкой была, и жгучей брюнеткой, и яркой блондинкой, а теперь вот личина вымышленная, а цвет натуральный. Тебе нравится?

– Ты же знаешь, я от твоих волос без ума, – вздохнул Локк. – Теряю рассудок и сбиваюсь с толку. Что создает массу неудобств и ставит меня в весьма невыгодное положение.

– Знаю, – с едва заметной улыбкой ответила она. – Может быть, именно этого я и добивалась. – Она отняла руку, отвесила Локку насмешливый полупоклон и подошла к Жану. – Ну здравствуй. Как я погляжу, пузо ты подрастерял, зато шири в плечах приобрел.

– Здравствуй, Сабета. – Жан протянул к ней раскрытую левую ладонь. – Да и ты много чего приобрела, но, в отличие от некоторых, ничего не потеряла.

– Душа моя! – Она приложила свою ладонь к его ладони и удивленно вскинула бровь, когда Жан церемонно пожал ей руку. – А это еще зачем? Мы что, за пять лет из друзей в чужаков превратились?

Она обняла Жана и прильнула к его груди. Локк закусил губу. Жан, чуть помедлив, обнял Сабету в ответ, сомкнув руки у нее за спиной, а потом, высвободившись из объятий, с нарочитым беспокойством охлопал себя по бокам.

– Минуточку, я только проверю, не пропало ли чего.

Она рассмеялась.

– Между прочим, я вполне серьезно это сказал. – Жан, даже не улыбнувшись, придирчиво вывернул карманы.

– Ах вот оно как… – Сабета, отступив на шаг, скрестила руки на груди. – И когда же вы сообразили?

– Да через минуту, – сказал Локк.

– Недурственно.

– Через целую минуту, – уточнил он. – Вензель на кошельке, пожалуй, чересчур, а в остальном все замечательно.

– Я рада, что вам понравилось. Труднее всего было рост уменьшить.

– Ага, это всегда самое трудное, – кивнул Локк. – Но ты, конечно, была в ударе.

– Да вы и сами неплохо справились. А ты все припадочного изображаешь…

– Так ведь сработало же… – вздохнул Локк. – Но ты к этому была готова, потому что знала, чего от меня ожидать.

– А еще потому, что ваших условных знаков не забыла, – ответила она.

Локк с Жаном переглянулись, запоздало осознав свою ошибку.

– Это предупреждение я вам дарю, – с улыбкой добавила Сабета.

– Ну и зачем ты все это устроила? – спросил Локк.

– Мне вас увидеть не терпелось… – Сабета отвела глаза. – Но оказалось, что… в общем, к этому я не готова.