Раскрыть ладони - Вероника Иванова

Тень не стала ни подтверждать, ни отнекиваться, просто пожала плечами.

— Подойдите поближе, сейчас буду фокусы показывать!

Нас с демоном долго упрашивать не пришлось: подошли и уставились на листок бумаги, до боли напомнивший мне мои собственные виграммы, даже исписанный в похожей мере кривовато и поспешно.

— Пока не вижу ничего необычного, — заявил Джер.

— А зря! — Бритоголовый хитро прищурился. — Чудо-то уже свершилось, просто незаметно для глаз. Но вот для всего остального...

Он набрал в грудь воздуха, наклонился над столом и дунул, вроде бы несильно, однако восковая печать взвилась над бумагами облаком тончайшей пыли. Такого быть не могло, но глаза не лгали, утверждая: было.

— Ну вот и всё!

Смотрю на кружащиеся в воздухе пылинки.

— Что «всё»?

— Договорённость разорвана. Эта запись останется в архивах Гильдии, но лишь как свидетельство принятия платежа, а вторая — заказчику, на память о потраченных зря деньгах.

— Вторая?

— Ну конечно! Иначе ведь нет возможности потребовать исполнения заказа. Если бы мы так не поступали, с нами не имели бы дел, потому что кому захочется вперёд выкладывать кучу монет и не быть уверенным в успехе?

Значит, если господин старший распорядитель не врал и поручал убить меня по всем правилам, на его копии виграммы восковая печать точно так же рассыпалась прахом, когда... Когда Тень умерла, разумеется.

— А разве заказчик платит сразу всю сумму?

— Конечно. — Великан выпрямился и с удивлением взглянул на меня. — Мы же не шарлатаны какие, а почтенная Гильдия, и отвечаем за свои обязательства.

Ну да, наверное. Это мне нужно потом долго доказывать и выпрашивать, а с убийцами спорить и торговаться не будут. С другой стороны, люди, желающие убить своего врага чужими руками, немало рискуют деньгами. Ведь может случиться то же, что произошло в Виноградном доме или сегодня:

— Подождите-ка. А если Тень погибает, не выполнив заказ? Что тогда?

Убийца недовольно скривился:

— Ничего хорошего для того, кто умер.

С умершими-то мне всё ясно, но живые-то не перестают быть живыми, а значит, нуждаются в продолжении жизни:

— А деньги?

— Остаются в Гильдии.

Теперь понятно, почему он такой кислый... Вся плата за несовершённое убийство прошла мимо кармана Тени. Впрочем, если бы он умер по-настоящему, ему было бы плевать на звонкие золотые или серебряные кругляшки.

— Таковы правила, — развёл руками бритоголовый. — На все эти магические штучки тоже требуются траты, и ещё какие!

Присматриваюсь к ближайшей бумаге с восковым оттиском:

— Магические?

— А как же! Вот вы думаете, что видите перед собой?

— Обычную виграмму, только заверенную...

— Правильно, не подписями, а кое-чем понадёжнее. На каждой из этих бумаг рука заказчика оставила особый отпечаток, по которому легко можно узнать, кто пожелал смерти ближнему своему.

Любопытная подробность.

— Хотите сказать...

— Пока заказ не исполнен должным образом или не отменён по смерти исполнителя, обе стороны связаны обязательствами. На всякий разный случай, — подмигнул бритоголовый. — К примеру, чтобы не было соблазна передумать.

Удобно, ничего не скажешь. Значит, на той виграмме, с которой он сейчас сдул восковую пыль, был отпечаток руки...

— И его нельзя сохранить?

— Кого?

— Этот оттиск.

Великан покачал головой:

— Только пока заказ действует. По окончании действия или при смерти второй стороны печать теряет свою силу.

— Значит, я не смогу...

— Узнать, кто хотел вас убить? Сможете. Потому что нет никаких причин против того. Никто ведь не запрещает мертвецам свидетельствовать против живых!

Придётся поверить на слово. Да и есть ли гильдийцам смысл врать? Лично я не вижу ни малейшего. Добро бы, с меня можно было что-то взять или заручиться поддержкой, а так... Но оплатить долг хотят честно, этого у них не отнимешь.

Я посмотрел на Тень:

— И кто же?

Убийца сдвинул брови, припоминая:

— Имя не назову, не принято у нас об этом спрашивать. Но описать могу.

За неимением лучшей возможности ухватимся за ту, которая подставила свой загривок:

— Было бы неплохо.

— Мужчина. Взрослый, но не старый. Зажиточный. Да, собственно, можно было бы и не продолжать, потому что... — Он сделал паузу, от которой у меня неприятно кольнуло сердце. — Его лицо как две капли воды похоже на твоё, так что тебе лучше знать, кто он.

Почему-то я не удивляюсь. Совсем. Господин старший распорядитель снова готов к решительным действиям? Но как же быстро... Ведь он не собирался убивать, тогда, на чердаке, наслаждаясь моей болью и отчаянием. Почему же передумал? Поспешные шаги обычно совершаются под действием страха, стало быть, дядюшка испугался. Но чего?

А-а-а-а, какой же я дурак!

Поводыри и мой танец с лентами. Это не могло остаться незамеченным, ни в коем случае. Разумеется, сплетня сразу же пошла гулять из уст в уста, и скорее всего, уже спустя час Трэммин знал о моих «подвигах». А ещё знал кое-что другое, донельзя важное и серьёзное.

Знал, что мой дар вернулся ко мне.

Нельзя было лезть на рожон, ой нельзя! Сидел бы себе тихохонько, зато безопасно, выбрал бы момент и ударил побольнее... Не получилось: первым удар нанёс дядя. Вернее, постарался нанести. И самое смешное, действовал расчётливо и разумно, как всегда. Не стал дожидаться, пока я приползу сдавать новые экзамены на включение в Регистр.

Всё правильно. Пока мне отказано в звании мага, меня можно убить, как простого смертного, без риска быть обвинённым в покушении на своего собрата по искусству.

Умный, сволочь. Впору восхищаться и гордиться родством с таким талантливым злодеем. Тьфу!

— Но точно указать на него нельзя?

— Почему же? Можно. Даже перед судьёй.

ЧТО?! Неужели... Нет, быть такого не может!

Ошарашенно пялюсь на убийцу:

— Ты согласен засвидетельствовать заказ на суде?

Тот без особой охоты, но подтверждает:

— Угу. Я имею на это право, потому что договорённость была разорвана по всем правилам.

— И твои слова... Будут приняты судом?

Тень пожимает плечами:

— Откуда я знаю? Я ещё ни разу такого не пробовал.

Бритоголовый задумчиво цокает языком: