Миры Бесконечности - Акеми Дон Боумен

Лицо Тео словно окаменело, а от привычного румянца не осталось и следа. Жизнерадостность и веселье, которые помогали ему существовать в Бесконечности, исчезли. И кажется, будто передо мной мертвец.

Я бросаю взгляд на Ена.

– Можешь оставить нас на минутку?

– Конечно, – ласково говорит Ен.

А затем выскальзывает из комнаты, оставляя нас наедине.

Я поворачиваюсь к мрачному Тео, ощущая, как чувство вины сжимает грудь.

– Не знаю, слышишь ли ты меня, но мне безумно жаль. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть твоего брата.

Я прикусываю губу. Образ бесчувственного Мартина, обмякшего в руках гвардейца, на мгновение встает у меня перед глазами. Наверное, сейчас все мысли Тео об этом… Как повторяющийся кошмар.

Он выглядит так, будто наступил конец света. Если бы Мэй оказалась здесь – если бы я увидела, как ее увозят в герцогство Смерти, – думаю, для меня бы тоже наступил конец света.

Поэтому я рассказываю Тео о плане Анники и о том, что планирую сделать. Рассказываю, что, когда все закончится, я лично отправлюсь в герцогство Смерти и верну Мартина. Рассказываю, что, как только королева Офелия умрет, я отыщу способ вернуть разум его брату. Отыщу способ спасти всех.

– Я дала тебе обещание, – говорю я. – И не откажусь от него. Так же, как ты не отказался от меня.

Звучит голос Тео – низко, хрипло и еле слышно. Как шепот по сравнению с тем, как он звучал раньше.

Я удивленно смотрю на него:

– Ты не спишь?

Но он не отвечает, и я склоняюсь ниже.

– Тео?

Его зеленые глаза распахиваются:

– Оставь меня одного.

От этих слов меня пронзает такая боль, что я отшатываюсь от кровати.

– Я пришла, чтобы сказать…

– Я слышал тебя, – перебивает он срывающимся голосом. И через пару секунд добавляет: – Мне не нужны твои извинения, потому что я виню не тебя, а себя. Я позволил своему сердцу смягчиться, чего нельзя допускать в Бесконечности.

Я смотрю на человека, которого считала другом, и понимаю, что разрушила это и не знаю, как собрать обломки воедино.

– Уходи, – хрипло просит он.

Я поворачиваюсь к двери, не в силах сдержать дрожь от нахлынувших эмоций.

– Нами? – зовет Тео.

Я с надеждой поворачиваюсь к нему:

– Да?

– Заставь Колтов заплатить за все.

Я молча киваю, боясь сказать хоть слово, и возвращаюсь в свою хижину.

* * *

– Что происходит с людьми в герцогстве Смерти?

Офелия стоит ко мне спиной с расправленными плечами и с высоко поднятой головой, словно смотрит в окно. Серый шелк спадает до пола, скрытого клубящейся дымкой, а практически обнаженную спину обрамляют кружева.

– Ты же понимаешь, что я не отвечу на этот вопрос. – Она оборачивается через плечо и добавляет: – Но вскоре ты сама это узнаешь.

– Мне бы хотелось, чтобы ты изменила свое мнение.

– Твоя ошибка в том, что ты считала, будто это вообще возможно.

– Верить, что люди могут измениться, – не ошибка, – возражаю я.

Ориентируясь на мой голос, она поворачивается ко мне:

– Сейчас ты считаешь меня человеком?

– Разве не этого тебе хотелось?

Она складывает руки на груди:

– Я… нечто большее. И всегда буду чем-то большим.

«Нет, – мысленно отвечаю я, злясь из-за того, какую боль испытываю в этот момент. Из-за того, что это похоже на прощание. – Скоро ты станешь ничем».

* * *

Я поднялась на верхний ярус Поселения и переминаюсь с ноги на ногу в такт звучащей в голове мелодии.

– Тебе действительно не нравится отступать, да? – раздается голос Гила у меня за спиной.

Он стоит в нескольких метрах у меня за спиной в тонком сером свитере и черных брюках. Его каштановые волосы взъерошены, а в изогнутой брови – намек на веселье.

Я опускаю руки и нервно сжимаю ладони в кулаки.

– Не хочу ставить под удар наши планы из-за того, что не умею танцевать. Ведь если принц Келан попросит… – Я прикусываю нижнюю губу и отвожу взгляд. – Анника хочет, чтобы я увиделась с ним до Ночи Падающей звезды. Чтобы соблюсти приличия, так как я пропустила два последних фестиваля.

Выражение на лице Гила не меняется:

– Ты нервничаешь?

– Из-за танцев, миссии или того, что придется с ним встретиться снова? – опустив плечи, уточняю я.

Его карие глаза внимательно смотрят на меня.

И с моих губ срывается тяжелый, отчаянный вздох:

– Я в ужасе. Из-за всего сразу. Возможно, это наш единственный шанс, и мне не хочется все испортить.

Гил подходит ко мне, и с каждым шагом мое сердце стучит все быстрее. Оказавшись передо мной, когда наши лица разделяет лишь с десяток сантиметров, он кладет руку мне на спину.

– Что ты делаешь? – выдыхаю я.

В его глазах появляется блеск:

– Я не могу заставить тебя перестать нервничать, но, возможно, это слегка успокоит тебя. К тому же я все еще должен тебе урок танцев.