Миры Бесконечности - Акеми Дон Боумен

Когда между нами остается чуть больше метра, я замедляю шаг, но продолжаю прислушиваться к их разговору.

– Ты хотела сказать «править ими», – возражает одна из Колонисток. – Хотя вряд ли его можно винить. Люди в герцогстве Войны становятся все сильнее. А ему нужны слабые. Те, с кем справятся его Гвардейцы. Поэтому он так стремится расширить границы своего влияния. Иначе все закончится еще одним восстанием.

Я замираю, словно вкопанная. Еще одним восстанием?

Одна из Колонисток замечает меня, и удивление на ее лице быстро сменяется благоговением. Она старательно склоняет голову, отчего фиолетовые локоны рассыпаются по ее плечам. Остальные тут же поворачиваются ко мне, а затем опускают головы в знак уважения.

Они узнали меня. Я вижу это по их бегающим взглядам. Конечно, ведь я для них подруга принца Келана. Того, кто выше по их иерархии. А они только что обсуждали смену власти в герцогстве.

Я вежливо киваю в ответ и спешно ухожу дальше по дороге, злясь на себя за то, что помешала их болтовне. Мне хочется больше узнать о восстании. Потому что если в Войне есть люди, сопротивляющиеся Колонистам и иногда побеждающие их… То, возможно, Поселение все это время находилось не в том герцогстве.

Если Сфера существует, мы сможем остановить Колонистов. Но если нет… или она находится не в герцогстве Победы… Интересно, придумает ли Анника, как связаться с людьми по ту сторону границы и объединить наши силы?

Не станет ли она требовать от них слишком многого? Не заставит ли отказаться от убежища и более-менее спокойной жизни ради шанса создать армию?

Не потребует ли она от Гила вернуться в Войну?

Пересекая площадь, я отбрасываю эти мысли. Сейчас мой приоритет – отыскать Мартина. А об остальном буду думать потом.

Колонисты ковыряются в полуразрушенных рыночных прилавках, словно падальщики в объедках. Там остались всевозможные вещицы – ароматическое мыло, раскрашенные музыкальные шкатулки, заколки с цветами и даже коллекция крошечных глиняных статуэток. Жадные пальцы хватают все подряд, стараясь заграбастать побольше, и через несколько мгновений на прилавках не остается ничего. А Колонисты расходятся в разные стороны.

Один из Колонистов останавливается и оборачивается на воздушный корабль.

– Какая пустая трата мастерства. Интересно, их вернут, когда Лисандр над ними поработает? Даже думать не хочу, как сильно опустеет рынок… Я так хотел новые запонки.

– Люди не возвращаются из Смерти, – ворчит другой. – В любом случае Победа только выиграет от этого. Если человек смог вернуть себе сознание однажды, то сделает это снова. Так что пусть лучше в других герцогствах разбираются с этим.

В животе разливается боль от этих слов, словно они покрыты шипами. Я старательно выискиваю спокойное место, чтобы поговорить с Тео, но чем дальше пробираюсь на площадь, тем более заполненной она становится. Наверное, здесь собрались все Гвардейцы Легиона Победы, и сейчас они сбивают людей в группы, словно стадо коров. Большинство слуг рассеянно улыбаются им в ответ и смотрят на происходящее совершенно пустыми и незаинтересованными взглядами.

Кажется, они вообще не понимают, что здесь творится.

Так почему принц Келан отправляет их в герцогство Смерти?

И тут на другой стороне площади я замечаю девушку из дворца, отчего кажется, будто у меня земля уходит из-под ног. Пучки волос на ее голове растрепались, да и идет она не сама. Четыре Гвардейца тащат ее в начало очереди, не оставляя мне возможности что-либо предпринять.

Я застываю на месте, подавляя желание действовать. Сейчас любое резкое движение привлечет ко мне внимание. Но я не могу позволить им забрать ее. Я должна остановить их. Должна сделать хоть что-то.

С каждым шагом, который она делает не по своей воле, мое сердце сжимается все сильнее.

Она слишком далеко, ее окружают Гвардейцы, и через несколько минут ее силой усадят в один из летунов. Но на мне только маска Колонистки, и я не могу поставить под удар планы всех жителей Поселения.

Да и что я скажу ей, если смогу до нее добраться?

В голове проносятся мысли с идеями о том, как лучше поступить. А времени становится все меньше.

Может, мне вообще не нужно ничего говорить…

Я продвигаюсь к началу очереди, делая вид, что восхищаюсь воздушным кораблем. А когда она замечает меня, я опускаю ментальные щиты и отчаянно тянусь к ней.

«Ты меня слышишь?» – отправляю я сквозь пространство и время вопрос.

Это не Обмен… я вообще не уверена в том, что делаю. Но продолжаю взывать к ней снова и снова, как делала это с Офелией. И остается лишь надеяться, что девушка услышит меня.

Ее губы слегка приоткрываются, и теплое покалывание, напоминающее статические щелчки, которые я слышала в помещениях для слуг, наполняет мои чувства. Словно рой ос забрался мне в голову.

Вот только в этот раз я слышу не шепот. Я слышу ее.

– Слишком поздно, – кричит она, и ее голос напоминает битое стекло.

«Как мне помочь тебе? – запаниковав, спрашиваю я. – Что мне сделать?»

Гвардейцы толкают ее к летуну, отчего у меня в груди все сжимается так, что я не могу вздохнуть. Но даже когда ее тащат в неизвестность, на ее лице не отражается ни единой эмоции.

«Слушай. Найди остальных», – говорит она.

«Что это значит? – мысленно кричу я. – Что мне слушать?»

Но девушка не отвечает.

Потому что летун взмывает к облакам. Я провожаю его взглядом, слегка прищурив глаза из-за солнечного света.

Но как только я осознаю, что лишилась единственной ниточки, ведущей к разгадке, как люди возвращают себе разум, в нескольких десятках метров от меня раздается взрыв.

Я инстинктивно приседаю. Гвардейцы Легиона бросаются со всех сторон к концу одной из очередей. И сердце сминается, как бумага, потому что, хоть я и не умею видеть сквозь вуаль, знаю, что Тео нет рядом со мной.

Я спешно пересекаю площадь, не сводя взгляда с горящей крестьянской телеги. Гвардейцы летают вокруг нее, словно стервятники. Их руки сжимают оружие, а позы говорят о желании сражаться. Воздух сотрясает еще один взрыв. В этот раз из-за него обрушивается часть здания на другом конце площади. Кирпичи и пыль разлетаются в стороны на несколько десятков метров.

Я поворачиваюсь, выискивая любые признаки местонахождения Тео. И, судя по всему, Гвардейцы задались той же целью, потому что энергетическая волна проносится по небу и обрушивается на землю неподалеку от места взрыва, отчего трава и деревья разлетаются на куски.

Когда пыль оседает, я вижу Тео. Он пытается подняться на ноги. Его вуаль слетела, а Мартин неподвижно стоит рядом с ним.

Говорят, что в опасной ситуации люди совершают только три действия: либо бросаются в бой, либо бегут, либо застывают на месте.