Ричард Длинные Руки - лорд-протектор - Гай Юлий Орловский

– Больно старая, – сказал я с сомнением.

Он сказал поспешно:

– Это пергамент старый. Для солидности. А данные на нем самые новые.

– Благодарю, – сказал я.

Он проводил меня до двери, правой рукой опирался на свой посох, весь такой простой и бесхитростный, только в навершии безобразно огромный рубин, который даже император восхотел бы иметь в своей сокровищнице.

Я нес рулон под рукой, Уэстефорд кланялся, вспомнил наконец– то, какой бурей я прошелся здесь года полтора тому.

– Вы к нам надолго? – спросил он и добавил поспешно: – Если, конечно, я могу осмелиться поинтересоваться…

– Пока ненадолго, – успокоил я, – однако еще появлюсь. Еще как появлюсь!

Перед отъездом я заглянул в местную церквушку. Отец Велизарий все такой же худой, изможденный постами и ночными бдениями, но держится прямо, лицо бесстрашное, взгляд прямой и вопрошающий.

– Благословите, святой отец, – сказал я.

Он приблизился, всмотрелся и ахнул.

– Сэр Ричард!

– Узнали? – спросил я весело. – А помните, как мы бедного элементаля спасали?

Он коротко усмехнулся, словно я напомнил нечто весело-непристойное из нашей непутевой юности.

– Помню… Долго я потом думал, не нарушил ли я библейские заповеди. Умеете вы задавать непростые задачи, сэр Ричард!.. С чем пришли?

– С хорошими новостями, – заверил я.

– Правда? А то меня уже трясет от одного вашего вида.

– Хорошими, в самом деле хорошими, – сказал я. – Церковной литературы вам подбросим, присмотрим площадку, чтобы вы могли то ли сами обучать грамоте местных детишек, то ли руководить этим процессом.

Он смотрел в недоумении.

– Обучать? Грамоте?.. Зачем?

– Вы рассуждаете, словно колдун какой, – упрекнул я. – Это они за элитность образования. Они – белые и благородные, а все остальные – быдло тупое.

Он сказал виновато:

– Да, вы правы, все мы дети Христовы. Я просто не знаю, чем вы помочь можете, но я готов… да, готов, сын мой.

– Договорились, – сказал я. – Отец Велизарий, я на вас рассчитываю!

Обратно к Хребту я пронесся, словно черный метеор, нигде не заметил никого поблизости, место в самом деле дикое, нагнулся с коня и постучал по камню рукоятью молота.

Через минуту глыбы задвигались, образовалась темная яма, расширилась. Я соскочил на землю, Бобик проскочил первым, Зайчик пригнул голову и почти вполз за мной, а рабочие сразу же за нашими спинами торопливо заложили вход камнями.

Выбравшись из тоннеля, я созвал командиров прибывших отрядов. За эти два дня, которые я провел в герцогстве Брабант, подошли войска трех баронов, двух графов и беститульного, но владетельного лорда Уолтера Мэнни с его пятьюстами рыцарями и двумя тысячами пеших, но хорошо вооруженных и обученных солдат.

– Скоро, – заверил я. – Очень скоро!.. Все вы будете иметь возможность совершить великие подвиги, увенчать себя славой, а также получить немалые материальные выгоды. Правда, необходимость новых методов войны принуждает меня несколько отойти от старых схем…

Лорд Уолтер Мэнни поинтересовался с осторожностью:

– А какие новые?

– Знатность рода учитывается лишь на пирах, – объяснил я. – А когда начнется вторжение через тоннель на ту сторону, вы все будете подчинены доблестному и опытному военачальнику, сэру Будакеру!

Уолтер Мэнни, судя по его лицу, ничуть не против, но графы поморщились. Я посмотрел на них строго, они промолчали. Ничего, когда все пойдет хорошо, тоже бурчать перестанут.

Зато если я потерплю поражение, разорвут и меня, и Будакера.

Зеленая и почти плоская равнина с редкими кустиками, в стороне угрюмый лес, синее небо с причудливо изогнутым облаком, даже я увидел в нем такое отчетливое очертание исполинского красного дракона, что захотелось перекреститься и пробормотать имя Божье.

Дорога все больше сдвигалась к лесу, наконец вдали возникло сияние, словно заблистал град Божий: янтарная крепость под лучами заходящего солнца выглядит небесным видением.

Из груди моей вырвался такой горестный вздох облегчения, что даже Бобик услышал и подбежал, на бегу поглядывая обеспокоенно и заинтересованно.

– Мы дома, – крикнул я. – Какое это счастье… возвращаться!

Бобик заулыбался, Зайчик ржанул и пошел быстрее. Лоралея, простучало у меня сердце. Лоралея встретит, обнимет, прижмется всем телом, ласковая и счастливая, что я есть, что вернулся, что снова с нею…

Настоящая женщина, что с великой неохотой отпускает мужчину, но в то же время понимает, что он перестанет быть мужчиной, если слишком долго будет оставаться возле ее юбки. Зато как она радуется, каким божественным ликующим светом загораются ее глаза, когда видит, как я на полном ходу влетаю в крепость, когда бегу к ней…

Как она сама светится счастьем, когда бросается мне навстречу!

Солнце опустилось за стену крепости, когда я на скаку затормозил Зайчика перед воротами. Массивные, огромные, они и выглядят несокрушимыми, как меня уверяли, никакой таран их не прошибет, а от огня защищены листами железа, набитого в три слоя.

Со стены прокричали, створки медленно раздвинулись, Зайчик влетел во двор. Бобик весело понесся собирать дань на кухню, я не успел слезть на землю, смутно удивляясь слишком большому числу вооруженных людей.

Ко мне подбежали несколько рыцарей. Один прокричал отчаянным голосом:

– Сэр Ричард! Как хорошо, что вы вернулись!

– Что случилось? – вскрикнул я, сердце тревожно затрепыхалось. – Что случилось?

Расталкивая рыцарей, ко мне протолкался Макс, бледный, с большой кровавой царапиной на щеке.

– Сэр Ричард, – вскрикнул он, мука прозвучала в его голосе. – Граф Ришар!..

– Что? – вскрикнул я в ужасе. – Он что… не с нами?

Он покачал головой, все виновато потупили головы, я видел, как стараются не встречаться со мной взглядами. Только Макс заставил себя смотреть мне в лицо, хотя я видел, что и ему это непросто.

– Он руководил отрядом, – сказал он хриплым голосом. – Колдуны свалили весь отряд сэра Норберта… а воины схватили леди Лоралею. Она кричала и отбивалась, но они силой забросили ее на коня, окружили и… умчались.

Мир потемнел у меня перед глазами и покачнулся. В ушах зазвенело, я как издали услышал свой сиплый голос:

– Как… они смогли? Леди выезжала за пределы крепости?

– Да, – ответил он убито. – У вас не осталось противников, все знали. А леди Лоралея очень искусна в лечении. Она взялась обучать наших женщин в крепости, а для этого нужно много трав… ее охраняло восемь человек, а сам сэр Норберт всегда ехал впереди с обнаженным мечом в руке!