Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3 - Николай Владимирович Волков (Волтор)

– А то, что ее долгое время жгли железом?

– Ну, может полностью и не оправится, но, скорее всего, восстановится довольно быстро до приемлемого уровня.

Он поморщился.

– От тебя все еще несет черной энергией. Ты что, еще не все смыл?

– Скорее уж мне пришлось её там столько набрать, что часть еще со мной. Не то, чтобы я сознательно в процессе участвовал, но… Потрачу. Или выветрится. Сможешь помочь мне еще с одним вопросом?

– Даже с парой. Звонил отец Павел.

– Что-то нашел?

– Пока нет, но весь город под плотным колпаком Церкви. Если хоть что-то где-то произойдет – мы узнаем об этом почти сразу. Оборотни ищут, но пока тоже тишина.

– Это хорошо. Но у меня другой вопрос…

– Задавай.

Я очень долго думал, как его сформулировать.

– Похоже, – произнес я тихо – я привлек к себе внимание Иных. Если ты что-то знаешь о них, или знаком с тем, кто мне мог бы рассказать хоть что-то – я был бы очень тебе признателен.

Его молчание было намного дольше, чем мое.

– Не ко мне тебе надо, парень. – Сказал он, наконец – Тут тебе мало кто поможет… Я бы сказал, что кто-то из глав вашего Совета может что-то знать, ну и королевы обоих Дворов. И вряд ли кто-то еще. Но у сидхе просить помощи, да еще и в таком – это не расплатишься потом, так что я бы ставил на Совет.

Я кивнул, дожевывая.

– И все равно – помог. Благодарю. Больше нигде и ничего не слышно?

– Нет.

Он отвлекся на очередного посетителя, а мы остались доедать баранину.

Когда тарелки были подчищены, а мои вещи хоть немного высохли, я переоделся и мы вышли к машине.

– Куда теперь, босс? – поинтересовался явно повеселевший Оли.

– Даже не знаю. Чувствую я себя все еще странно, после того как мы выбрались, но Драмин права, дела надо делать и времени все меньше.

– Конечно, я права, глупыш. Впрочем, у меня опыта в разных вопросах больше, так что не обижайся, если я часто буду правой.

Я чуть не подпрыгнул. Все-таки у фэйри совершенно фантастическая способность появляться тогда, когда их не ждешь.

– Отчиталась перед Мэб?

– Да. Она велела передать, что долг еще не погашен, но это хорошее начало. Итак, ты уже решил куда мы теперь направимся?

– Пока нет, но готов выслушать предложения. В конце концов – сама сказала, у тебя опыта больше.

Она посмотрела на меня своими серыми глазами, которые явно могли соблазнить не одного мужчину, но лично мне в этот момент было глубоко плевать на любые взгляды.

– Я… Поспрашивала, пока была у королевы. В общем, некроманты лучше всего чувствуют себя в местах где смерть либо свежая и регулярная, как в старину в Колизее, либо там, где она предельно открыта и стара. Очень старые тела. Там они быстрее подпитываются.

Ну, новый Колизей в этом городе найти сложно, а вот место где есть одно безумно старое тело… В общем, я там был совсем недавно, хотя и по иному вопросу.

– Ты смогла разглядеть этого Дитриха? Сможешь его узнать, если увидишь?

– Да. Так где посмотрим?

– Скорее всего там, где его никто и не ждет при свете дня.

Я завел машину, и мы отправились снова на Невский проспект. Просто удивительно как судьба способна иногда вязать узлы. Уверен, что мой недавний оппонент встретился с Дитрихом даже не сходя с места… В конце концов – он явно на такое способен.

Как обычно, парковка в центре города посреди бела дня – способна свести с ума любого, особенно в городе с многомиллионным населением. Тем не менее, я сумел найти какую-то щель и приткнуться в неё, прямо на глазах у изумленного милиционера. Впрочем, его изумление больше было направлено на Драмин, которая неторопливо вышла из машины, припечатала его поцелуем, и сказав, что «мы не надолго, присмотри за машиной, мальчик», направилась следом за мной, сжимающим в одной руке посох, а другой держащим сумку. Оли плыл за нами в кильватере, не имея ни малейшего понятия о том, что я задумал.

– Мило… – произнесла фея, оглядывая набережную – И что мы тут делаем?

– Вот в этом здании находится самый старый и выставленный на всеобщее обозрение труп в этом городе. Мумия, которая сохранилась просто в идеальном состоянии. Если я правильно помню – это был какой-то жрец.

Её глаза засияли.

– Египетская?

– Разумеется. Около трех тысяч лет, а может и больше. А что?

– Да это просто идеально… Скажи, а она все еще в тряпье или ее развернули?

Я постарался припомнить.

– Кажется развернули… А это имеет значение?

– Да, и очень большое. Само по себе, осквернение пирамиды уже нарушило связь жреца с его богом. То, что ее вывезли в другую страну – это как рассечь все связи. А то, что ее развернули… Ты же понятия не имеешь о том, во что тогда верили, так ведь?

– Ну, в целом… Хотя, ладно. Да, не имею.

– Когда ее развернули – они лишили покоя душу жреца и его самого лишили места рядом с его богом. Осквернить еще больше было бы можно, только если бы ей занялся какой-либо некрофил. Для некроманта – это такой лакомый кусок, что и не пересказать… Всё, чем был тот жрец при жизни извращено и очернено. Его душа и дух ныне скованы в теле, которое берегут от разложения как экспонат…

Я замер пораженный одной мыслью.

– Постой. А этот жрец был в этом отношении силён? Я имею в виду – в смысле души и духа?

– Более целеустремленных людей сложно было найти, а что касается души… Скажем так, я подозреваю, что именно сама душа до сих пор не дала телу развалиться.

Я оперся на ближайшую стену.

– Так… Драмин, ты, часом, не знаешь где можно разжиться экземпляром «Некромантии для чайников»? Ну, или, хотя бы «Основами практики жертвоприношений»?

Она звонко рассмеялась.

– Мальчик, я знаю даже где находятся последние два экземпляра «Аль-Азифа». Правда они в оригинале, а не в переводе.

– Это еще что такое? – поинтересовался Оли.

– Изначальное название «Некрономикона», – отмахнулся я – но нам сейчас до него дела нет. Тогда, может быть ты сможешь мне подсказать, для принесения в жертву на том ритуале – жертва обязана быть живой?

– Она обязана быть вместилищем духа и души. И должна иметь большое значение для тех сил, которым жертвуется.

Сидхе улыбнулась.

– Вижу, что ты понял, да?

– Да.

– Может кто-то мне объяснит? – жалобно поинтересовался Корхонен.

Мы с феей переглянулись и в один голос ответили:

– Мы нашли третью жертву.

Глава 23

Нет, что ни говори, а обойти Эрмитаж стороной не удавалось ни одному человеку, хоть ненадолго задержавшемуся в Питере, и тому всегда находилась масса объективных причин. Кому-то крайне импонировали предметы старины, выставленные в нем, кого-то интересовала живопись или скульптура, кто-то довольствовался архитектурой и местом где когда-то жили русские цари…

Такую публику как я – сюда тянуло совершенно другое. Для чародеев и всей схожей братии – Эрмитаж был и остается самым большим на Земле хранилищем артефактов, и я более чем уверен, что часть из них была подарена музею Белым Советом. Например – с защитными функциями, и с рассеивающим магию эффектом.

Помимо этого, как показали недавние события, здесь вполне можно было пообщаться с кем-то из богов, до кого весьма затруднительно было достучаться в других местах.

В общем, что ни говори, а Эрмитаж блистал ярким камнем в короне города для всех, кто сюда приезжал и жил.

Да, я не спорю, есть и не менее красивые места, тот же Петергоф, например, или Пушкинский парк, но… Их красота обусловлена только местом, в отличие от этого безусловного бриллианта, собравшего предельное количество граней.

К тому же, рядом с ним находится «милый дом ужасов» – Кунсткамера, который является таким же хранилищем,