Слепая совесть - Нидейла Нэльте

— Вам было бы приятно узнать, что подданные злословят обо мне за спиной?

— Кто посмел? — Иллариандр, похоже, возмущен.

Хочется верить, что не притворяется. Близ сидящие прислушиваются, впрочем, Дарсаль с моей стороны и Ивен со стороны императора создают неплохой барьер для любопытных. Никто не рискует слишком близко наклоняться или слишком пристально всматриваться.

— Простите… вам, наверное, не до моих проблем… — опускаю глаза.

— Что вы, любимая, вы всегда можете прийти ко мне со своими проблемами!

— Спасибо, — улыбаюсь. — Просто я случайно услышала, как обо мне говорили нелицеприятные вещи Валтия с той шри, которую вы мне представили. Не помню имя, простите.

Дарсаль

Нужно было предупредить Ноэлию, мое упущение. Она не спросила, я и не подумал, что не знает, как обеды проходят. Похоже, большая свита сановников оказалась для нее неожиданностью. Впрочем, девочка быстро берет в себя в руки и даже начинает легкую игру. Понять бы, что думает император. Ивен, кажется, слегка заинтригован. Правда, на слова о Валтии реагирует не слишком доброжелательно.

— Дарсаль. — Явное движение императора в мою сторону. Киваю — слушаю. Ощущаю, как стягивается, клубится омаа. Уплотняю. — Что скажешь? Подходит ли Валтия императрице?

За столом тишина, теперь уже ситуацию так просто не спустишь. Надеюсь, Ноэлия сделала это сознательно.

«Ты же не будешь выражать сомнение в выборе императора», — врезается настойчивый голос Ивена.

«Ты же не ждешь, что я буду действовать вопреки спокойствию императрицы?» — отвечаю.

Ивен молчит, легкий всплеск, словно хочет что-то добавить, но передумывает.

— Валтия хорошая наставница, мой повелитель, и старательно исполняет обязанности, — произношу уже вслух. — Но ее отношение к императрице, к сожалению, не переросло в симпатию и приязнь. Иногда она позволяет себе лишние высказывания.

— Ты рекомендуешь ее заменить? — Голос императора ровен, но до меня долетают короткие отпечатки хмурых взглядов.

— Да, рекомендую, — отвечаю, решившись.

В конце концов, это мои прямые обязанности — следить за аурой и спокойствием императрицы.

— Хорошо. — Обаятельная улыбка нашего императора свела с ума не одно женское сердце. Отражается, даже несмотря на невидимость ауры. Внимание уже полностью на невесте: — Тогда после церемонии предоставлю вам возможность выбрать другую. Думаю, все, что связано со свадьбой, вам давно растолковали?

— И даже заставили десяток раз повторить, — смеется Ноэлия, хотя слово ей не слишком приятно. Коричневые огоньки обиды.

— Чудесно, — улыбается Иллариандр как ни в чем не бывало.

— И… насчет тех, с кем она сплетничала, — неожиданно продолжает Ноэлия.

— Я могу их приструнить, — шепчет Иллариандр. — Но вы же императрица — сами должны учиться давать отпор.

Ноэлия предпочитает промолчать. По-моему, сказанная за общим столом фраза из совета превращается в своего рода вызов. И девочка оценивает ее правильно. Ждет чего-то, я тоже предпочитаю есть так, чтобы в любой момент быть готовым уйти. Не ошибаюсь: едва император откладывает приборы и поднимается, Ноэлия также спешит встать. Видимо, в ответ на его удивленный взгляд, успевает сказать первой:

— Мне нужно поговорить с вами, мой эрлар.

Явственный кивок, императорская чета рука об руку направляется к выходу. Мы с Ивеном следуем за ними в приемный кабинет повелителя.

— Слушаю, любимая. — Император озадачен. Усаживает невесту в кресло, а себе даже наливает чего-то из графина. Крепкая игристая суть — не вино, коньяк, скорее. — Хочешь? — предлагает.

Яркий отсвет отказа.

— Спасибо. Я не займу много твоего времени. Просто хочу поинтересоваться, не будешь ли ты против, если закажу себе защиту… и не думаю, что на обеде об этом спрашивать уместно.

Вновь на мне скрещиваются два недовольных взгляда — императора и его личного Стража. Стараюсь оставаться невозмутимым, надеюсь, хоть не мрачным.

«Тебе делать нечего, Дарсаль?! — Ментальный тон повелителя, как обычно, давит и едва ли не выбивает из равновесия. — Зачем смущаешь императрицу? Разве все Стражи не уберегут ее от каких бы то ни было воздействий? Или желаешь зародить в ней побуждение скрывать что-либо от нас?»

Если бы он это вслух сказал, пришлось бы опускаться на колено. Но так — есть вероятность, что до Ноэлии суть претензий доносить не собирается.

«Ни в коей мере, мой повелитель», — отвечаю.

«Зачем же надоумил?»

«У вашей… фаворитки есть защита, чем ваша жена хуже?»

«Шарасса и тут успела!» — Не пойму, чего в тоне больше: недовольства или своеобразной гордости.

«Внимание вашей невесты она на себя уже обратила. И если будет продолжать, боюсь, госпожа Ноэлия недолго останется в неведении».

«Я поговорю с ней», — неожиданно соглашается Иллариандр.

Хочется думать, что хотя бы на время Лия освободится от пристального внимания бронированной. Конечно, та едва ли отступится. Да и от меня не отстанет, коль уж нашла что-то.

Император поворачивается к Ноэлии — пристальный взгляд, девочка-то понимает, что мы между собой общаемся. Ждет. Некрасиво это, она же не слышит — догадки и домыслы. И переживания. Чудесная девочка, хорошо держится. Когда же император поймет… Впрочем, нужна ли ему чудесная девочка? Нельзя мне об этом рассуждать.

— Конечно, любимая. — В голосе повелителя мед. — Все, что пожелаешь. Лишь бы тебе было комфортно.

— Спасибо, любимый. — Слова вспарывают омаа, врезаются, ввинчиваются глубоко под кожу, остаются ноющими занозами.

Императрица поднимается, неожиданно подходит поцеловать императора в щеку и направляется к двери. Иллариандр даже решает ее проводить. Спешу за ними, связываюсь ментально с Лексием. А то кто-нибудь предложит еще другого мастера.

Ноэлия

Остаток дня сгорает в каких-то мелких заботах, знакомстве с неимоверным количеством обслуживающего персонала, имена и звания которого запомнить просто нереально. Утрясаю незначительные проблемы, меряю платье, стараюсь не думать, для кого его шили, не видя меня. Ну может, Слепые мои параметры передали?

В Хадрам съезжаются всякие знатные вельможи со всего Айо, во дворец — имперская родня разных колен. Император предупреждает, что на ужине не будет, и я тоже заказываю к себе в покой. Дарсаль говорит, завтра, когда съедутся все, меня сначала познакомят с родственниками.

Валтия больше не заходит и, как выяснилось, освобождает комнаты, в которые толком и переехать не успела. Не хочу ее видеть, как представлю поджатые губы да поучающие интонации, сразу же отметаю все сомнения в правильности поступка. Не факт, что следующая будет лучше, но, в конце концов, императрица я или нет!