Пустая могила - Джонатан Страуд

– Потому что мы знаем, что вы не Пенелопа, – ответила я. – Мы прочитали вашу книжку «Оккультные теории». Или если говорить совсем точно, то ее прочитал Джордж. Мы, то есть все остальные, вряд ли смогли бы одолеть этот бред сумасшедшего. Но Джордж у нас особенный, он может читать все подряд. Подсунь ему мемуары смотрителя общественного туалета – он и их прочитает. Положит книжку рядом со своей тарелкой кукурузных хлопьев – и начнет читать… Так вот, он рассказал нам о вашей теории бессмертия, о том, как тело человека может омолаживаться с помощью эктоплазмы, отобранной у духов на Другой Стороне.

– Он прочитал мою книгу, вот как? – сказала мисс Фиттис, постукивая кончиками пальцев по своей круглой коленке.

– Да, – кивнула я. – Он прочитал о вашем «эликсире юности», Марисса. Теперь мы знаем, каким образом вам удается сохранять свое тело молодым. Мы знаем о поддельной жизни Пенелопы Фиттис, которую вы придумали, чтобы с ее помощью прикрыть свое возвращение. А еще мы видели сети, которые вы используете на Другой Стороне для добывания плазмы, и стеклянные цилиндры, в которых вы храните эту украденную у духов плазму, мы тоже видели. Единственное, чего мы до сих пор не знаем, – каким именно способом вы употребляете эту добытую плазму. Пьете ее, вдыхаете или втираете в себя как мазь? Так все-таки как же, а?

– Я ее пью, – сказала мисс Фиттис.

– Какая мерзость! – с чувством сказала я, а затем, подняв свой клинок, направила его в сторону парящего в воздухе духа. Тот оставался совершенно спокойным, лишь шевелил своими золотистыми лучами за спиной Мариссы. В центре этого сияния горели и внимательно следили за мной два золотых глаза. – Про вашего советника Джордж нам тоже рассказал. Его зовут Иезекииль, верно?

Услышав свое имя, дух дернулся, его лучи сделались ярче и еще активнее зашевелились в воздухе. Одновременно зашевелились лежащие на столе бумаги, и странички журналов на столиках возле стен тоже пришли в движение. А затем раздался низкий бархатный голос:

– Это та самая девчонка?

Марисса посмотрела на своего духа-полтергейста – с обожанием, но в то же время с тщательно скрываемым страхом.

– Да, это она, Иезекииль.

– Она глупая. И упрямая.

– У нее есть Дар.

– Возможно. Но как она использует его? Посмотри, какого мерзкого духа она выбрала себе в советники. – По воздуху протянулся луч света и уткнулся в зажатую у меня под мышкой призрак-банку. – Уродливая, грубая, примитивная тварь…

– Что?! – вскрикнул череп. – А ну поди сюда и повтори что сказал! Я урод?! Да ты сам урод! Сейчас я твою эктоплазму по ковру размажу как масло по бутерброду! Раздеру тебя на клочки как туалетную бумагу и использую по назначению, понял?! Это я грубая и примитивная тварь?! Да как ты посмел такое сказать?! Мне?!

Мисс Фиттис сидела, выпрямившись, в своем кресле и задумчиво перебирала на своем запястье браслет из каких-то зеленых камешков. Дорогих, наверное.

– У нее есть Дар, – повторила она.

– Тогда сделай ей предложение, да поскорее. Нам еще нужно навести порядок там, внизу.

– Не тратьте время попусту, – сказала я, делая шаг вперед. – Никакого предложения от вас я не приму.

– И тем не менее я его тебе сделаю, – ответила Марисса Фиттис, неожиданно поднимаясь на ноги. Она была выше меня и намного красивее. В мягком золотистом потустороннем свете она была похожа на сказочную королеву. Я же рядом с ней выглядела просто замарашкой. Марисса улыбнулась: – Люси… Мы с тобой очень похожи, ты и я.

– Не думаю.

– Мы обе можем разговаривать с духами. Обе пытаемся разгадать тайны мертвых. Мы обе были на Другой Стороне и видели то, что запрещено видеть простым смертным. Твой Дар столь же велик, как и мой. Но у нас может появиться много общего и кроме нашего Дара. – Ее улыбка стала еще шире. – Если ты присоединишься ко мне, Люси, тебе будет доступна вечная жизнь.

Я обратила внимание на то, что, хотя Марисса покинула свое кресло и подошла ближе ко мне, она по-прежнему оставалась окутанной золотистым сиянием своего духа-советника. Золотистые лучи оплетали ее словно мягкие цепи, словно змеи. Внезапно я вспомнила Чарли Бадда:

– Очень щедрое и заманчивое предложение, однако мне не нравится та светящаяся тварь, которая висит в воздухе рядом с вами.

Марисса снова улыбнулась и легко ответила, поигрывая длинным локоном своих темных волос:

– У тебя свой советник, свой дух Третьего типа, у меня свой. Вот видишь, мы и в этом с тобой похожи.

– Если не считать того, что у Люси вкус лучше, чем у вас, леди, – ввернул череп. – Вы, конечно, не помните, но много лет назад мы с вами уже разговаривали. Поначалу у нас была нормальная культурная беседа, и я пытался поделиться с вами своей мудростью. Но потом… Меня засунули в банку, а вы предпочли мне какую-то летающую лампочку! Не знаю, как вы эту лампочку зовете и какие у вас с ней отношения, но могу точно сказать, что вы промашку дали, уважаемая.

– Молчать, огрызок! – надменно полыхнул светящийся дух. – Даже я не перебиваю Мариссу, когда она говорит…

– Хочешь сказать, что это я слишком часто всех перебиваю, да, светлячок? Ой, пардон, опять перебил. Извини – вырвалось.

– Если бы ты не сидел в этой банке, – грозно пророкотал низкий бархатный голос, – я растер бы тебя в порошок, головастик!

– Катись ты ко всем чертям, сопля блестящая!

Марисса прищурила глаза и впервые за все это время присмотрелась к моей призрак-банке.

– Между прочим, я помню тебя, злой дух, – сказала она. – Мы действительно разговаривали с тобой когда-то, и я пришла к выводу, что ты скользкий, развязный и недалекий умом тип.

– В самом деле? – нахмурилось лицо в банке. – А вы точно уверены, что это не был какой-то другой череп?

– Нет, – сказала я. – Она очень хорошо тебя запомнила.

– С ума сойти!

– Этот отвратительный череп совершенно не заинтересовал меня, Люси, – сказала Марисса. – К тому же у меня уже был мой любимый Иезекииль. С тех пор как я еще маленькой девочкой повстречала его, он открывал мне все новые и новые поразительные тайны. Он направлял всю мою работу. Именно он натолкнул меня и Тома Ротвелла на мысль начать эксперименты с Источниками. Именно с его помощью мы впервые стали исследовать мир Другой Стороны.

Она подняла руку, на которой блеснул зеленый браслет, и золотистые лучи Иезекииля тут же зашевелились, чтобы игриво оплести ее пальцы. Марисса рассмеялась, и в ее смехе прозвучали истеричные, сумасшедшие нотки. Медленно, незаметно я придвинулась чуть ближе, выверяя на глаз разделяющее нас расстояние, готовясь к прыжку, которым смогу достать Мариссу. Признаюсь честно, мне было не по себе. Что-то странное виделось в смеющихся глазах Мариссы, какие-то темные тени, которые существовали как бы сами по себе и поднимались к поверхности радужки, чтобы пристально взглянуть на меня. Теперь золотистая аура играла с волосами Мариссы, светилась на них маленькой коронкой, похожей на тиару, которую надевала, выходя на сцену, Безжалостная Красавица.