Обещанная колдуну - Анна Платунова

Не вернется. Я задохнулась, вцепилась в горло.

— Тихо, тихо, родная моя.

Тёрн осторожно взял мои руки, поцеловал ладони. Какие у него холодные пальцы…

— Очень мало времени, Агата. Очень мало. Прошу, выслушай.

Сделала над собой усилие и кивнула: я должна держаться ради него. Тёрн улыбнулся, пытаясь подбодрить, но улыбка была лишь тенью его прежней улыбки — ускользающей тенью. И он поскорее отвернулся, потому что больше не мог ее удержать.

Один из ящиков стола оказался заперт на заклинание — простенькое, но доступное лишь магу. В душе шевельнулся слабый интерес: что же такое важное хочет сообщить мне Тёрн? Я подалась вперед, глядя, как Тёрн извлекает на свет шкатулку. Шкатулка оказалась небольшой — величиной с ладонь, но сразу стало понятно, что это необычная вещица: в ее крышку и в стенки были вделаны драгоценные камни. Изумруды, сапфиры, несколько рубинов — маленькие, но яркие.

— Аккумуляторы? — догадалась я.

— Да.

— Тёрн! Аккумуляторы!.. Значит…

— Слишком слабые, Аги, — он верно понял все, о чем я хотела ему сказать. — И поздно… уже…

Я до боли в пальцах сжала край стола, приказывая себе не реветь.

— Что это за шкатулка? — спросила я безразлично, и то лишь потому, что Тёрн, кажется, ждал вопроса.

— Аги, это… — в глазах его, все еще темных, вдруг мелькнула лукавая искорка. — Знаешь, как я мечтал, что однажды, когда придет время, я полюбуюсь на твое лицо. Как бы ты удивилась… Я только поэтому не говорил. И сейчас не скажу. Пусть это будет мой последний подарок.

— Тёрн, но я не понимаю… — пробормотала я растерянно.

— Когда все закончится и Разлом будет закрыт, ты должна приехать в столицу и сказать Рею, чтобы он освободил площадь, где прежде стояла Академия, от торговых рядов. После этого поставь шкатулку в центре площади, открой ее и быстрее беги к парапету. И все, что произойдет следом… надеюсь, тебя впечатлит.

— О, Тёрн!..

«Меня уже ничего и никогда не впечатлит! Ничего мне не нужно, никаких подарков!» — хотелось крикнуть мне.

Но у мужа на секунду сделался такой веселый, такой мальчишеский задорный взгляд — видно, он представил мое удивленное лицо — и я не посмела разрушить его радость.

— А после… Эррил обещал вернуть Академию. Придется ему заняться приглашением преподавателей и… всем остальным.

— Эту шкатулку может открыть только маг?

— Нет, я снял запирающее заклятие, открыть сможет любой. Не волнуйся, это несложно. И еще, Аги…

Тёрн указал на неровные стопки исписанных листов и даже неловко попытался их подравнять. И, видно, только сейчас понял, что на этом его труд окончен, ошарашенно провел рукой по лбу.

— Здесь собраны новейшие заклинания, формулы… Но ты знаешь. Можно издать книгу. Если ты займешься… Потом.

Он растер грудь, точно что-то жгло изнутри.

— Времени мало, Аги. Мне пора.

Слова ударили наотмашь, оглушили.

— Н-нет…

Я протянула руки, не зная, чего хочу — обнять или загородить путь.

— Что же поделать, родная моя девочка, — сказал он с болью.

Сам шагнул навстречу, прижал к груди, зарылся лицом в волосы, вдыхая запах, и все не мог надышаться.

— Сначала тяжело будет, — глухо произнес он. — Но связь… ослабнет со временем. У тебя впереди долгая жизнь. Я хочу, чтобы ты прожила ее счастливо… Ради меня…

Наверное, я была в состоянии шока, потому что, ни слова не говоря, пошла следом за мужем в коридор, молча смотрела, как он надевает плащ. Зимний плащ с меховой оторочкой — ему теперь все время было холодно.

Юджин все так же сидел на корточках, прислонившись к стене. С трудом поднялся, разогнув длинные ноги.

Тёрн наклонился и легко коснулся моих губ поцелуем, посмотрел так, словно хотел сказать: «Давай притворимся, что я вернусь и мы прощаемся не навсегда».

Но мое заторможенность слетела с меня, когда он шагнул к двери.

— Нет! — закричала я, вцепилась обеими руками в рукав плаща. — Я иду с тобой! Сейчас. Подожди. Мне только переодеться в костюм для верховой езды. Не смей уходить без меня!

— Ты не пойдешь, — спокойно сказал он. — Нет, Агата. Ты останешься дома. Ты забыла о моей просьбе?

— Рей откроет шкатулку! Да кто угодно сможет! Я иду с тобой!

— Нет, Агата! — взгляд потемнел. — Нет!

— Да! Ты не смеешь! Как ты можешь! Ты обещал, что не будешь неволить ни в чем! А сейчас! Ты тиран, вот кто! Я не твоя собственность!

— Я тиран, — сдержанно согласился Тёрн, не повышая голоса ни на йоту. — Но ты отсюда не выйдешь.

— Что, запрешь двери?

— И окна, если понадобится.

— Ненавижу!

Он горько усмехнулся.

— А я люблю тебя, моя девочка.

Юджин, похожий на тень самого себя, беззвучно скользнул за дверь. А следом за ним вышел Тёрн, шагнул за порог и даже не обернулся.

Рыдая, я упала на колени в коридоре прямо в грязь, которую мы принесли на обуви. Потом поднялась, держась за стенку, прижала к лицу руки, да так и застыла, не зная, что теперь делать, куда идти. Да не все ли равно…

Услышала, как открылась дверь. Вздрогнула. Но еще сильнее испугалась, когда Тёрн опустился рядом на колени и прижался лицом к моему животу.

— Я защищаю не только тебя, — тихо сказал он. — Не хотел говорить сейчас. Слишком много навалилось на тебя, моя девочка.

— Что? — выдохнула я. — Я верно подумала? Чудо?

Проглотила вязкую слюну.

— Ребенок?..

Он кивнул.