Хаос времён года - Эль Косимано

Последнее пламя гаснет, когда я добираюсь до рельсов.

Рельсы темные, приподнятые шпалы трудно разглядеть. Я зацепляюсь за одну из них мыском ботинка и опрокидываюсь навзничь, пребольно ударяясь руками и коленями о ледяной металл.

– Джек? – окликает меня Чилл, и я различаю нарастающее в его голосе напряжение. – Что случилось? Почему ты остановился?

– Не могу… – Я задыхаюсь, слова застревают в пересохшем горле. – Не могу больше бежать.

В ухе что-то шуршит, и до меня доносится напряженная перепалка знакомых голосов. Я склоняю голову, грудь вздымается, руки упираются в рельсы. Дождь струится по моей шее, стекает с кончика носа.

– Вставай, – обращается ко мне голос.

Поднимаю голову, вглядываясь в темноту перед собой, но хозяйки голоса, который я только что слышал, здесь нет. Звук раздался у меня в ухе.

– Флёр?

– Если ты любишь меня, то встанешь и перейдешь через этот мост. Сейчас же, Джек!

Я с трудом поднимаюсь и, осторожно перебирая ногами, перемещаюсь с одной шпалы на другую.

– Ты справишься, – продолжает она. – Просто сосредоточься на том, что впереди, и не оглядывайся назад.

Я бреду, спотыкаясь, позволяя ее голосу вести себя. Я хочу сказать ей, что люблю ее. Что если не осилю этот путь, то умру в попытке это сделать, но мне не хватает воздуха, чтобы выговорить слова. Каждый вдох обжигает легкие.

Дождь лупит меня по лицу, за спиной в воздухе шипит огонь. Порыв ветра лишает равновесия, и я вытягиваю руки, чтобы не упасть, и опускаю глаза вниз.

– Я на мосту.

– Не останавливайся. Что бы ни случилось, продолжай идти. – Каждое слово пронизано ноткой беспокойства.

– Соммерс! – гремит у меня за спиной голос Дуга.

Я ускоряюсь, вытягивая перед собой руки в попытке сохранить баланс и противостоять ветру. Я почти не чувствую его порывов, хлещущих мое тело. Из-за дождя на коже образуется слой льда. Вероятно, я так замерз, что уже ничего не чувствую. А может, пребываю в шоке. Переохлаждение меня доконает, лишив Дуга удовольствия прикончить меня.

Рельсы трясутся. Несмотря на предупреждение Флёр, я все же оглядываюсь и вижу стоящего на мосту Дуга.

Здесь нет ни деревьев, которые переправили бы меня через реку, ни огненных шаров, чтобы выиграть мне немного времени.

– Я не справлюсь, Флёр. Я…

– Не смей останавливаться! Дуг устал, ему больно. Он расходует слишком много магии и истощает себя. Просто перейди на другую сторону моста, а с остальным мы разберемся.

На меня обрушивается новый порыв ветра, я втягиваю голову в плечи в попытке защититься и продолжаю брести вперед. Покрытые коркой льда волосы хлопают по щеке, когда ветер меняется, усиливается. Черная поверхность воды отступает от края моста, открывая темное дно реки внизу, и я слышу знакомое завывание – это образуется воронка.

– Шевели задницей, Джек! Дерьмо-то вот-вот завоняет! – Это, конечно, Хулио. Он где-то позади меня, на берегу.

Я бегу, спотыкаясь о шпалы, и не оглядываюсь, когда смерч перекатывается через край моста. Его сила тянет меня, тащит назад, но я продолжаю упорно продвигаться вперед, стараясь освободиться. Крики Дуга тонут в реве воды. Чувствуя, что не в силах дольше сопротивляться, я бросаюсь на рельсы и судорожно вцепляюсь в шпалы.

Водяной смерч сотрясает рельсы, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть через плечо, в полной уверенности, что меня вот-вот раздавит поезд. Воронка катится по мосту, вырывая шпалы. Дуга я больше не вижу.

– Давай, Джек! Продолжай двигаться! – Голос Флёр едва различим за треском ломающегося дерева. Я встаю на колени, а затем поднимаюсь на ноги, пригибая голову от ветра. Вдалеке мерцает огонь.

Я уже близко.

Русло реки остается позади. Справа от меня возникает склад, слева – подъездная дорожка. Ветер утихает, воронка рассеивается.

– Соммерс! – доносится откуда-то издалека голос Дуга. Он кажется мне усталым и измученным. А еще – злее, чем раньше.

Спотыкаясь о шпалы, я иду на свет и сворачиваю влево на узкую дорогу, тянущуюся параллельно рельсам. Приказываю себе бежать, но тело не слушается. Я проваливаюсь в глубокие лужи, прижимая руку к саднящему боку. Каждый затрудненный вдох обжигает легкие.

Прямо передо мной вспыхивает пара ослепительно-белых фар, и я поднимаю руки, чтобы прикрыть глаза. Машина останавливается, окно опускается.

– Садись. – Ликсу сжимает руль, хмуро глядя на железнодорожные пути. Дворники разгоняют потоки дождя, забрызгивая меня водой. – Ну, чего ты ждешь? Напечатанного по всей форме приглашения? Садись уже в чертову машину!

– Все в порядке, – уверяет меня голос Флёр. – Она отвезет тебя к Огги. Там и встретимся. Мы уже в пути. А теперь мне нужно идти.

Связь прерывается, мой наушник замолкает. Я стою под дождем и во все глаза смотрю на Ликсу. Костяшки ее пальцев, сжимающих руль, побелели.

– Последний шанс, – говорит она, кивая в сторону моста.

Пробормотав ругательство, я проскальзываю на сиденье позади нее, свирепо глядя на нее в зеркало заднего вида, и захлопываю дверцу. Надеюсь, она не поддастся «блестящей идее» убить меня и выбросить тело.

Ликсу пускает машину задним ходом, и та пятится по съезду, визжа шинами и светя фарами. Стоящий на противоположном конце моста Дуг раздвигает пелену тумана, точно занавес, наблюдая за тем, как мы несемся к дому Огги.