Нищий - Евгений Щепетнов

— А куда я без тебя? Вдруг тебя грохнут в Диких землях — кто отнесет весть твоей родне? Да мы с детства вместе, как я могу тебя оставить… да и Викору помочь хотелось. Он все-таки и мне друг, что ни говори…

Аранна подошла ко мне, села рядом, а потом демонстративно легла под бок, устроив голову у меня на плече:

— Глупо спрашивать, да? И так ясно, я думаю. Бестолковый ты, но мой. И я никуда одного не отпущу.

— Мне тоже захотелось вырваться из пещер и повидать мир, — задумчиво проговорил Бабакан. — Гномы редко уходят из клана, мы так и живем до конца своих дней в землянках и пещерах… там и умираем. Очень, очень редко гномы отправляются путешествовать по миру. Кроме того, я со своей Шараной поругался после последнего нашего похода в трактир — сказал, что год не вернусь домой. Пусть помучается! Да и Карана я должен учить уму-разуму — пропадет ведь без меня! Бестолковый совсем!

— Ах ты, свинья бородатая! Это я-то бестолковый? Ты сам-то кто? — разъярился Каран. — Тебя самого еще уму-разуму учить надо! А я моря переплыл, мир видел! Ты же в своих пещерах только дерьмо нюхал!

— Чего это я нюхал-то?! — обиделся Бабакан. — Нет у нас никакого дерьма — туалеты со смывом везде! Вот ты скотина, Каран, лишь бы ляпнуть что-то и обидеть меня! Тьфу на тебя, я теперь с тобой не разговариваю!

— Щасс прям, не разговариваешь ты! Пяти минут не пройдет, как ты начнешь поучать меня жизни! — ядовито хмыкнул Каран. — Ладно, нет у вас дерьма, погорячился я. Только и тебе не надо все время про мою глупость говорить! Язык-то придерживай!

— Все вы придерживайте языки, — вдруг вмешалась Аранна, — мы в опасном походе, а вы как старые бабки растрещались, глупость всякую друг на друга несете. Постыдились бы!

— А девка-то права, — прогудел Бабакан, — что-то мы как-то не по делу болтаем. Ладно. Послушаем нашего командира. Давай, Викор, расскажи, куда и зачем мы идем? Про Дикие земли это так, общие фразы, скажи лучше, что ты там надеешься найти?

— Во-первых, свою жизнь. Не забывай, что тут меня через какое-то время просто грохнут. Тут — наверняка, а как скоро — неизвестно. Может, грохнут, а может, и нет… Во-вторых, я хочу найти остатки древних цивилизаций, а при возможности — и разбогатеть. Развалины, насколько я знаю, полны древними артефактами, мы можем их найти и продать. А еще — огромное чувство любопытства, что там, впереди? В отличие от вас, я ничего не теряю — ни дома, ни семьи, я в этом мире чужой — что мне терять? Потому я спрашиваю вас: может, повернете назад? Я выживу один, не сомневайтесь. Только не надо сейчас ура-шапкозакидательских фраз, оцените реально ситуацию — может, все-таки вернетесь назад? Ведь еще не поздно, а возможно, скоро будет как раз поздно. Скоро мы выйдем из леса, начнутся, если я не ошибаюсь, прерии — степи, по-нашему, потом пустыня — поздно будет возвращаться.

Все помолчали, потом Каран грустно сказал:

— Мне-то некуда деваться… я такой же, как ты, — щепка, влекомая по миру бурным потоком жизни. Я с тобой до конца. Так хоть есть надежда разбогатеть, ну и мир посмотреть. Все лучше, чем прожигать жизнь в трактирах, где в конце концов один из наемников сунет мне нож в спину из-за того, что я пощупал его девку…

— Мы уже высказались, Викор, — медленно и вдумчиво произнес гном, — это наша жизнь. И мы можем ею распоряжаться, как хотим. И мы решили идти с тобой — разве тебе недостаточно этого объяснения?

— Хватит, друг. Извините, что я стал копаться у вас в душах. Если пошли — значит, у вас были причины. И больше не будем возвращаться к этому вопросу. Все так, как оно есть, правда, подруга моя?

— Правда, о друг мой! — Аранна хихикнула и чмокнула меня в губы. — Друг мой, не пора ли нам завалиться в палатку… хм, поспать?

— Вот бесстыжая девка, — восхищенно причмокнул губами Бабакан. — Была бы она гномкой, я бы точно попытался ее у тебя отбить, Викор! Огонь девка!

— А как бы ты попытался ее отбить, — хмыкнул Каран, — намазал бы ядом лезвие секиры и треснул Викора ею по голове?

— Вот злой ты демон, Каран, — зашелся смехом гном, поддержанный всеми моими спутниками, тоже покатившимися со смеху, — ну зачем секирой-то! Она и так бы меня полюбила. Ну как меня можно не полюбить, когда я могучий, статный, умный, веселый парень! Это ты вот кислый, злой и ехидный. Тебя девушки не любят, потому что ты их только используешь!

— Да мне все какие-то попадаются, которых только использовать и остается, где мне вот такую красотку найти? — И Каран кивнул головой на хихикающую Аранну. — Все мои девки только и думают, как вытащить у меня из кошелька побольше денег да скорее свалить от меня.

— А ты где их ищешь-то? — сощурился гном. — В трактирах? В борделях? Чего ты от них хотел-то? Большой и чистой любви? Вроде взрослый человек, а все в рассказки веришь… о шлюхах, бросивших профессию ради великого героя. Шлюха — она шлюха и есть. Ей бы с тебя денег побольше содрать и послать подальше, чтобы не видать больше. Ладно, давайте палатки ставить, и правда, вдруг ночью дождь пойдет — я не желаю, чтобы мне на голову небеса написали, как-то это мне не по душе. Встаем, встаем, Каран, не ленись! Со мной в палатке будешь. Или свою поставишь?

— Щасс прям, с тобой — ты храпишь как бык и воздух портишь. Как тебя твоя жена терпела столько лет! Давно надо было прогнать в Дикие земли!

— Да ты… — Гном разразился чередой ругательств, и они с Караном пошли в темноту, переругиваясь и подхихикивая друг над другом, а Аранна потянулась и сказала:

— Пошли и мы… пора. Надеюсь, ты не против, если я с тобой спать буду — я вроде не храплю…

— Вроде нет… и ты не…

— Молчи! Я больше не хочу слушать про порчу воздуха — мне этого грубого гнома хватает за глаза! Идем. А может, не будем палатку ставить? Расстелем брезент, накроемся, и хватит?

— Нет уж, не ленись. И правда, вдруг дождь пойдет? Хочешь в мокрых штанах дрожать на ветру?

— Нет уж, не хочу, — поежилась Аранна. — Давай ставим.

Дождя не было, а была теплая, даже жаркая ночь… Жаркая не только оттого, что не было ветра и эльфийская палатка хорошо сохраняла тепло, — мы с Аранной оторвались за все дни, когда у нас не было времени заняться сексом как следует, обстоятельно, с расстановкой, с новыми и новыми попытками… Уснули мы глубокой ночью, полностью вымотанные и расслабленные.

Утром, быстро сложив наше барахло, мы отправились по выбранному маршруту на восток. Леса постепенно, километр за километром, становились все ниже, больше было кустарника и лиственных деревьев. Торная тропа, огибая овраги и бугры, вела и вела нас вперед. Я спросил эльфов, знают ли они, куда именно ведет эта тропа. Алдан недолго подумал и ответил:

— Эта к селению Яма, что в сорока километрах от леса, или в ста от нашего поселения. Яма — своего рода центр скотоводов и фермеров — они приезжают туда на рынок, купить-продать. Наши тоже там бывают довольно часто. В селении живут только торговцы, содержатели трактиров и гостиниц.