Посланник - Александр Прозоров

— Не может быть!

— А ты сходи к Борку, тебя ведь просили.

* * *

Советника Борка правитель застал на крыше, куда прямо из комнаты вело пробитое в потолке отверстие.

— Рад видеть тебя, Посланник, — не выразил никакого удивления по поводу нежданного визита смертоносец. — Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, неплохо, — кратко поблагодарил Найл и сразу перешел к делу: — Ты знаешь, советник, там Тантон просит, чтобы его съели.

— Нет, Посланник, — невозмутимо отказал советник. — Он тут больше двадцати лет заботится о порядке, о продовольствии, чистоте, красоту хорошо чувствует. Что я, мяса другого не найду? Нет, пусть живет.

— Какого мяса? — насторожился Найл.

— Неужели ты не замечал, Посланник, — со странной усталостью сказал Борк, — что в нашем мире всем нужна еда? Вы едите гусениц и мотыльков, смертоносцы — вас, безжалостное время и недобитые хищники несут гибель нам. Этого не избежать. Зато мне удалось добиться, чтобы здесь, в Провинции, смерть сопровождалась не болью, а радостью. Помнишь, чему я учил Шабра? Семейное воспитание и кропотливая, постоянная, умная корректировка в нужном направлении. Вот и все. Кто смог добиться большего — я со своим тихим старанием или Смертоносец-Повелитель со своей грубой силой и запугиванием? Богиня дала нам интеллект для того, чтобы мы умели мирно уживаться друг с другом. В Провинции люди не прячутся, не убегают, не сопротивляются и не устраивают бунтов. Они сами приходят и просят, чтобы их съели. Вот так. Не смертельные схватки друг с другом, которые столь часто сопровождали человеческую цивилизацию, а радость самопожертвования на пользу ближнего своего. Теперь ты понял, что такое истинный разум, Посланник?

* * *

Спустившись, Найл встретился взглядом с Тантоном и отрицательно покачал головой. Толстяк поник и побрел к воротам.

— Ну как? — спросил Симеон.

— Все хорошо. Все счастливы. Люди счастливы, что их едят, смертоносцы счастливы, что сыты, а все остальные счастливы, что попали в естественную среду обитания. Вот только мне от этого всеобщего благоденствия почему-то муторно на душе.

— Если хочешь устанавливать свои порядки, — раздался от стены голос принцессы, — нужно править в собственной стране, а не пристраиваться к чужим.

— Мерлью! — Правитель быстро подошел к ее топчану, присел. — Я тебя целую вечность не видел.

— А когда тебе? Ты или с девицей своей спишь, или вино пьешь. Откуда у тебя свободное время?

— Я хотел дать людям отдохнуть, пожить спокойно.

— Нагулять жирок…

— Слушай, — проглотил откровенное оскорбление Найл. — Давай уйдем из этого болотного рая? Пропади они пропадом с таким счастьем!

— Знаешь, Найл, — призналась девушка, — последнее время ты стал довольно неприятен…

— Ты хочешь остаться?

— Ну уж нет, — сверкнула глазами девушка. — Я все-таки принцесса, а не овца.

— Симеон, — выпрямился правитель, — завтра утром мы уходим. Ты с нами?

— Ну, не оставлять же вас без медика!

— А ты, Нефтис?

— Да, господин мой, — выпрямилась во весь рост стражница.

Найл заметил, как одна из служанок попыталась спрятаться в ее тень, и сделал шаг вперед:

— Джарита?

— Опять, господин мой?..

— Что «опять», Джарита? — Найл подошел к служанке.

— Зачем нам уходить, господин мой?.. — прошептала женщина. — Здесь хорошо. Кормят… — Она говорила все тише и тише. — Я не хочу больше голодать… мерзнуть… бояться… Может, нас еще и не изберут…

— А если изберут?

— Все лучше… — служанка отвернулась, — чем в пустыне гнить…

Вокруг все притихли. Правитель скрипнул зубами.

Больше года он пытался научить бывших слуг смертоносцев свободе, научить самих делать выбор, избавиться от слепой покорности. И вот наконец его главная служанка решилась на самостоятельное решение.

«Она хочет быть рабыней!»

После короткого спора между свободой и сытым брюхом — победило брюхо.

Спрашивать еще кого-либо правителю расхотелось.

— Выступаем завтра утром, — коротко сообщил Найл, вышел в коридор и поднялся к себе.

Море хмурилось. Крупные серые волны разгонялись на бескрайнем просторе и злобно набрасывались на берег… И бессильно шипели, уходя в песок, а на их место тут же вставали другие, продолжая бесплодные атаки.

Позади послышались тихие шаги.

— Иди сюда, Завитра, — позвал Найл.

— Хоть бы оглянулся, — обиженно ответила принцесса.

Найл резко повернулся, Мерлью демонстративно отступила.

— Я хочу узнать, — сурово сказала она, — куда ты собираешься идти дальше.

— А ты куда предлагаешь? — появилась в проеме голова Симеона.

— Ну, в Дельте нам делать нечего… Можно пойти на солеварню, там Найла любят, — принцесса стрельнула в правителя коротким злым взглядом.

— Или в Диру. Город небольшой, сможем справиться.

— Откуда ты знаешь? Может, там захватчиков больше, чем в Дельте вампиров!

— Зато я все ходы и выходы знаю, — парировала девушка.

— Ты забываешь еще одно направление, — напомнил Найл.

— Какое?

Правитель кивнул на гору за замком.

— Но ведь там владения Мага!

— Если его владения здесь, то почему злых божков он подбрасывал в Дельту?

— Подожди, Найл, — выступил на стороне девушки Симеон, — ведь именно здесь было уничтожено войско Касиба Воителя.

— Да, — согласился Найл. — Но оно погибло не в сражении, его заманили в ловушку. Дерзкой хитростью Маг выманил тысячи пауков и подставил под удар стихии. Это вовсе не значит, что его обитель находится тут. Скорее наоборот — доказывает, что Мага здесь быть не может. Какой смысл заманивать сильного и опасного врага в собственное логово? Нет, он отсиживался где-то в другом месте, и очень может быть, что в Дельте.

— Ты уверен?

Вместо ответа Найл мысленно позвал Дравига и попросил повторить, что нашли смертоносцы за все время полетов над здешними горами.

— Ничего, — ответил старый паук. — Отпущенные пленники рассказывали об озерах и селениях, но с воздушных шаров ни один разведчик ничего не увидел.

— А ты пойдешь с нами? — внезапно спросила принцесса.

— Я — да, — четко ответил смертоносец.

— Подождите, — вмешался Симеон. — Какие пленники?

Найл вспомнил, что медик не присутствовал при его разговоре с великим Кизибом и ничего не знал о тех далеких событиях.