Дикая и опасная - Кира Стрельникова

— Так когда? — Тихо, но непреклонно повторил он, и его пальцы переместились под рукав моего свитера, погладив татушку.

— Давай задание закончим, угу, и поговорим на эту тему? — Я пошевелилась, разгоняя кровь по мышцам.

— Только поговорим? — Лицо защекотали пряди волос, когда Тим наклонился ко мне.

— Не только, — сдалась я. — Но сперва с вампирами разберемся, ладно? Ве-э-эрден, мне такой хороший сон снился, ну на фига мозг опять выносить? — заныла я голосом маленькой капризной девочки.

Да, подразнить захотелось, куда ж без этого. А то скучно вот так сидеть и ничего не делать. Я уже приготовилась выслушать реакцию Тима, проверить, повелся или нет, но он вдруг замер, напрягся и осторожно выпрямил меня.

— Что?.. — Я запнулась, наткнувшись на прикрытые глаза альбиноса и хищно раздувшиеся ноздри.

— Яхонтова. Одна. Только что в арку зашла, — кратко ответил он.

Оп. Я подобралась, рука поползла под свитер к «беретте», начиненной серебром.

— Ш-ш-ш, — его ладонь легла на мое запястье, — не торопись. — Верден быстро достал мобильник, набрал Ольгу. — Видела? Да, мы идем, спускайся. Прикрой нас, чтобы не фонили, а то может почувствовать сенсов. Все, пошли. — Тим убрал телефон и вышел из машины.

Я поспешила за ним, на автомате вцепившись в руку альбиноса. Он оглянулся, быстро улыбнулся и подмигнул.

— Открываешь дверь и в сторону, — напомнил Тим. — Никаких геройств, ясно?

— Да, сэр, — отсалютовала, вернув улыбку.

Когда мы зашли во двор, Ольга уже ждала под деревом. Прищурилась, окинула нас взглядом, кивнула.

— Готово, — отрывисто сообщила она. — Не фоните.

— Тогда вперед. — Тим шагнул к подъезду.

Я глянула на окно кухни — там свет не горел, но было видно, что в глубине квартиры кто-то есть, посмотрела внутренним зрением — да, кажется, в гостиной.

— Комната сразу слева по коридору, — быстро ответила я, поднимаясь по ступенькам.

— Понял, — отозвался Тим и опередил меня, остановившись справа от двери.

Ольга молча заняла место рядом, я замерла напротив, осторожно достав из кармана отмычки. Тим держал в одной руке пушку, в другой — световую гранату, а в кармане куртки лежал баллончик с кислотой. Грановская сразу вооружилась как надо и, судя по нехорошо сузившимся глазам, была твердо намерена замочить Яхонтову. Я мысленно усмехнулась: личные счеты, однако, ну надо же. Затаив дыхание, поднесла отмычку к замку, мягко вставила, осторожно пошевелила, нащупывая пружину… Замок тихо щелкнул, открывшись. Верден подобрался, я послушно отступила в сторону, выдернув «беретту» из кобуры и баллончик из кармана. Тим коснулся ручки двери, я напряженно следила за неподвижным пока силуэтом в комнате…

Ольга молча отсчитала пальцами «один, два, три», и Веден резко распахнул дверь, закинув гранату в коридор. Мы крепко зажмурились и отвернулись, в квартире бесшумно полыхнуло и донесся сдавленный вопль. Альбинос метнулся внутрь, Грановская за ним, я после секундного колебания тоже осторожно скользнула в приоткрытую дверь. Едва переступила порог, грудь пронзило острое ощущение опасности, я дернулась… Глухие выстрелы, злобное шипение, переходящее в бульканье, снова шипение — теперь уже баллончиков, и яростный крик Ольги:

— С-с-скотина!.. Сдохни, тварь же такая!..

Горло перехватило, и я помчалась вперед, в комнату, цепенея от страшного предчувствия.

…На ковре лежали останки Яхонтовой, наполовину залитые кислотой, рядом валялся почти пустой баллончик, а у кисти мертвой вампирши я, к собственному ужасу, увидела пистолет. Сглотнула, перевела взгляд к стене.

Сейчас Верден как никогда напоминал тех самых вампиров, которых в фильмах демонстрируют: бледное лицо, ярко выделяющиеся на нем красные глаза, почти бескровные губы — и плетью повисшая левая рука, чуть пониже локтя на куртке красовалась красноречивая дырка. Меня как ледяной водой окатило.

— Тим!.. — просипела, подскочив к нему, и подставила плечо, потому что он уже начал сползать по стенке. Верден тяжело привалился, а меня от нервов и жуткого страха, что Яхонтова могла ведь и в голову целиться, начало трясти крупной дрожью и пробрало на ругательства. — М-мать твою, коммандос хренов, куда смотрел?! На фига под пули подставляться? В-ван Хельсинг недоделанный… — Пока бурчала и сыпала матами, осторожно продвигалась к выходу из комнаты, на время позабыв и про Грановскую, и про труп вампирши.

— Сонька. — У него еще хватило наглости тихо рассмеяться! Убью, честное слово. Вот дойдем до машины, убью на хрен. — Сонь, пуля навылет прошла… Через мышцу, ничего страшного… Кровь только остановить…

— Заткнись, а, ради бога! — оборвала я его, скрипя зубами и часто сглатывая: паника никак не хотела отпускать. — Верден, ё-моё, ты же сенс, неужели не почувствовал?! Меня аж в коридоре торкнуло!

— Сонь, не истери, все обошлось, — выдохнул Тим. — Пару дней отлежусь и в норме буду…

— Фигли пару дней, на неделю запру в спальне! — огрызнулась я, осторожно спускаясь с лестницы и придерживая Вердена за пояс. — И только попробуй, вякни что-нибудь против!! К кровати привяжу!

— Оу, Со-о-онь, да ты шалунья, а! — Вот как он ухитряется, даже будучи раненным, наверняка испытывая сильную боль, еще и говорить таким игривым тоном!!! Скотина красноглазая, я тут в полной панике из-за его здоровья, а он… — Какие интересные идеи высказываешь, — его голос упал до шепота, и у меня едва не подкосились ноги — кажется, мое несчастье беловолосое готовится грохнуться в обморок.

Не, его бесчувственную тушку я вряд ли подниму, даже с помощью Грановской.

— Не смей вырубаться, пока до машины не дотащу! — прошипела я, встряхнув его. — Слышишь, Верден, твою налево, не смей сознание терять!

С другой стороны молча пристроилась Ольга, и мне стало чуть легче.

— Хорошо, не буду, — пробормотал послушно Тим. — Постараюсь…

У меня в голове мутилось, а руки тряслись, мысли с настойчивостью бумеранга возвращались к тому, что пуля могла попасть куда-нибудь в ногу, в жизненно важную артерию, например. Вдвоем с Грановской мы дотащили Вердена до машины, уложили на заднее сиденье — я села там же, держа его голову на коленях, и тут же стянула куртку, добравшись до раненой руки, а Ольга устроилась на переднем, за рулем.

— Тим, посмотри на меня, — настойчиво прошептала я, убрав с его лба волосы, а пальцы другой руки уже нащупывали рану. — Не теряй сознания, держись, слышишь? Смотри на меня, черт, не закрывай глаза!..

— От дырки в руке еще никто не умирал, — пробормотал он, сглотнув. — Сонь, не переживай ты так… Но приятно, знаешь ли. — Верден слабо улыбнулся. — Ради твоих встревоженных глаз стоило получить пулю в руку…

— Дурак. — Я неожиданно почувствовала, как глаза защипало, и всхлипнула, прикусив губу. Пальцы тем временем уже действовали автоматически, накрыв рану и вливая силу, заставляя мелкие сосуды закрыться, останавливая кровь. — Ой дурак ты, Верден…