Дочь Бога - Владимир Пожарский

Городок-то всего в полусотне километров от столицы, поэтому Их Величества отправились туда на автомобиле. Да, их сопровождало ещё две машины с телохранителями. С телохранителями, а не с гипнотизёрами, которые могут прочесть мысли всех людей в радиусе километра. Хотя, наверно, и те бы не помогли.

К полицейскому участку, где должно было пройти прощание с убитыми девушками, можно проехать только тремя маршрутами, и на этих трёх улицах в заранее арендованных квартирах с окнами – на дорогу, засели террористы с базуками. Спасти короля и королеву могло лишь чудо, но его не произошло. Даже Трисмегиста оказался бессилен…

* * *

Второй раз за последний месяц в католический храм съехались все королевские семейства мира. Только на этот раз – в траурных одеждах. Оцепленный тройным кольцом гвардейцев брюссельский Собор Святого архангела Михаила и Святой Гудуллы огласился поминальными молитвами святых отцов и плачем четверых, так внезапно, осиротевших детей. Дорсет поначалу пытался шептать Лизе слова утешения, но от них слёзы ещё обильней текли из её глаз. Майкл замолчал и струной замер рядом с женой. Лишь время от времени, он легонько сжимал пальцами её локоток.

После службы чёрная колеблющаяся лента похоронной процессии потянулась по городским улицам на север, в Лакенский Нотр-Дам. В фамильную усыпальницу всех бельгийских монархов. «Побудем с ребятами во дворце недельку-другую, – шепнул Рощин Наташе. – Надо их поддержать». Живописец, его верная подруга, Коля и Леночка шли следом за всхлипывающими принцами и принцессами. А уже потом – министры и прочие придворные. Так пожелала Лиза, пока ещё не коронованная, законная наследница престола.

Неделя траура тянулась бесконечно. В обычно шумном домашнем дворце повисла вязкая тишина, режущая уши. Все дети, неважно – королевские отпрыски или простые русские мальчик и девочка, говорили только вполголоса, словно боясь, потревожить покой погребённых. Наташа и Глория, как могли, пытались отвлечь от мрачных мыслей младшую принцессу, ухаживая вместе с ней за растениями в обширной оранжерее. Как-то туда забрела и Лиза. Она понаблюдала за не слишком умелыми садоводами несколько минут, затем быстрым шагом отправилась на поиски Рощина.

Влад, в пожалованных ещё королём покоях, как обычно во все эти скорбные дни, что-то мастерил на пару с Колей. Дорсет сидел тут же в кресле, но немного поодаль от изобретателей, со стаканом виски в руках. Ополовиненная бутылка стояла на полу. Принцесса, не дав и слова произнести, поднявшемуся навстречу к ней Рощину, подняла указательный пальчик:

– Погоди, Влад! Мне пришла в голову, как мне кажется, отличная идея.

– Давай, говори свою идею! – обрадовался художник, наконец, немного ожившей после трагедии Лизе. Он пододвинул к ней стул с золочёными завитушками: – Присядь! Внимательно тебя слушаю.

– У нас в оранжерее столько всяких растений… Может быть, там найдётся то, что тебе нужно для снадобья?

– Обязательно схожу посмотреть! – кивнул Рощин. – А я и не подумал об этом…

– И ещё! – отчеканила без пяти минут королева. – Даже, если их там не окажется – мы снарядим две, три… да сколько угодно экспедиций, чтобы они отыскали эти растения: и в Африке, и в Америке! Отправим лучших ботаников на самолётах. И не думай, пожалуйста, о деньгах.

Влад потеребил волосы на макушке:

– Тебе хочется побыстрее?

– Ну, да. Всё утро я высчитывала в морских милях будущий маршрут «Улисса», делила на его скорость. А, кроме этого, ещё нужно время на поиски чудесных травок где-то в джунглях Индии и Амазонки… – Лиза замялась. – Меньше двух месяцев у меня не получается!

– А что произойдёт за эти два месяца? – поинтересовался живописец.

Принцесса смутилась:

– Уже произошло…

– Ты беременна? – и спросил, и не спросил моментально протрезвевший граф, вскакивая с кресла.

– Да, – Лиза повернулась к мужу. – А Влад же не объяснил, когда тот эликсир надо принимать: до или после. Если – до, то мы опоздали…

«Успокой нашу Лизоньку, мой дорогой, – неслышно для всех, кроме Рощина, засмеялась Светла. – Можно и после того! Тем не менее, мысль с ботаниками на самолётах – интересная. Только Южную Америку и Австралию, всё равно, оставь для себя». – «Хорошо, любовь моя!» – и виртуальный поцелуй полетел к фее.

* * *

В сопровождение «Улиссу» новая королева отрядила фрегат военно-морских сил Бельгии. «И дорогой Влад, не спорь! Кругом пираты, и вообще, неспокойно как-то… Им всё равно надо чем-то полезным заниматься, так пусть охраняют моих друзей!»

Беременная Лиза не рискнула отправиться в долгое плавание, собираясь дожидаться уже готового снадобья на твёрдой почве. Дорсет, ставший Его Королевским Высочеством и принцем, уже не мог вольно распоряжаться своими перемещениями как прежде, о чём, кстати, нисколько не жалел. Глория, как и предполагал Влад, стала для монаршей четы ближайшей соратницей, и чтобы она не чувствовала себя ниже рангом среди других фрейлин и прочих придворных, Лиза пожаловала ей титул графини. «Ты долгое время преданно оберегала нашего Майкла, поэтому по праву заслужила графскую тиару!»

Рощину и Наташе не стало скучно, когда они остались вдвоём, не считая, конечно, команды и горничных. Из бельгийского Остенде яхта зашла в Мэлдон и высадила ребятишек. «Пока вы окончательно не превратились в детей капитана Гранта!» – пошутил Влад. На прощание живописец сунул Коле в карман толстую пачку фунтов и посоветовал не останавливаться с их приборчиком на достигнутом результате. И, когда потребуется, мальчик должен покупать для будущего прибора всё, что угодно, не считаясь с расходами. А, если что-то ему не продадут из-за возраста, то надо попросить поучаствовать старшего Джонсона. Рощин в общих чертах поведал приёмному папе нового воплощения Николы Тесла об их совместном проекте. Тот пообещал всестороннюю помощь. Влад расчувствовался и уже собирался предложить душевному американцу – подумать о должности главы его брюссельского банка. Он даже мысленно разыграл начало их беседы на эту тему: «Оклад? Да, любой!» – «Любой, – это какой?» – «Ну, сколько, вы желаете получать за честное ведение дел? Столько и будете получать!»

Рощин уже открыл рот, но вмешалась Светла, слегка грубовато затормозив «благородный» порыв: «Твоему брюссельскому банкиру мы с мамочкой будем каждую неделю прочищать мозги! Ты желаешь такой доли бедному Джонсону?» – «Зачем же так часто?!» – удивился живописец, и фея не замедлила с ответом: «Я же тебе обещала самого честного банкира в мире. Иначе, нельзя! Да и потом, ему следует забыть, многое из того, что там станет происходить…» – «Всё-всё, оставляю Джонсона в покое! Пусть мирно занимается детьми», – нарочно для Светлы, Влад зримо представил, как он клятвенно прикладывает ладонь к сердцу.

* * *

«Улисс» обогнул Европу с запада, сделал для заправки топливом короткую остановку в Гибралтаре и, проходя с крейсерской скоростью мимо Канарских островов, был уже на полпути в Дакар. Из этого африканского порта предстоял длинный переход через Атлантический океан до Макапы, небольшого города в устье Амазонки.