Щит Королевы - Наталия Подлесная

Тоже мне, стихоплет: «Зря цветочек привезли из далеких стран»… Можно подумать, он сам не из Ольтании! То есть, конечно, родиться он мог где угодно, но последние годы перед приездом в Брайген провел точно в Тильясе – этот характерный акцент невозможно ни с чем спутать. Кстати, а как понимать «Короля со свитою камень успокоит»? Недопророчил?

Ну вот, я снова полна энергии. Разложила тайны по полочкам… Прежде всего имеет смысл поговорить с Мэттом.

Правда, сегодня не его очередь дежурить. Но мы помирились, может, он придет просто так – как раньше приходил? Подожду.

Позавтракав в компании Гвальда и Стради, я не забыла попросить сделать грибы поострее для моей Берьи. Точнее, не моей, подумала я с улыбкой, а моего дома… Поставив блюдце с угощением в уголок, попыталась определить, где вход в само жилище лашши. Безуспешно: пошарив рукой в узком промежутке между стеной и шкафом, я так до лаза и не достала. Интересно, далеко ли отсюда до ее норки? А может, Берья не только у меня столуется?

С другой стороны королевских покоев – дома послов. Выходят они в противоположные коридоры, но лашши-то не по улицам бродят, им все равно, у кого куда двери смотрят. Это для меня послы живут довольно далеко – четверть часа ходьбы. Выбраться из королевской части Брайгена, завернуть на улицу Мечников, в обход мимо пекарен… А для лашши – три минуты, если лаз проделан.

Кстати сказать, никто не знает, как домовые ухитряются передвигаться в толще породы. То ли прогрызают камень, то ли долбят его чем-то… Сами они не признаются, а на глаза с зубилом в лапках пока никто из них не попадался.

Активно шуровать под шкафом смысла все равно не имело, да и Берья могла неправильно меня понять. Ладно, будем надеяться, что вечером любопытный зверек опять захочет со мной пообщаться.

Так, поговорить с Мэттом, возможно, сходить к дому Твана, попытаться что-то разузнать о Биримбе… Посоветоваться бы, но Мэтта все нет. Буквально уже ерзать на стуле начинаю…

– Гвальд, ты случаем не знаешь, Мэтт не собирался сегодня почтить меня своим присутствием? – Неожиданно для меня самой фраза прозвучала с неприятным ехидством.

– Вообще-то он сегодня не дежурит. – На лице Щита отразилось удивление.

– Да, он вчера у меня был… Но я подумала…

– Соскучилась?

Невинный вопрос, заданный невинным тоном. Но я поспешила отвернуться от Гвальда, почувствовав, что неудержимо краснею:

– Не то чтобы сильно. Так, поговорить хотела.

– Не ты первая. Чинтах вот тоже с ним как раз сегодня поговорить хотела. Даже на завтрак пригласила.

Чинтах? Которую он любил… или до сих пор любит?

– И… как?

– Что – «как»? Мне откуда знать? – довольно резко ответил Гвальд, что на него было совсем не похоже.

Зеленая Дева! Так Тиро же мне говорил – уже целую вечность назад! – что Гвальд с Мэттом чуть ли не соперничали из-за этой барышни. Да он просто ревнует!

И все-таки интересно, с какой стати Мэтт отправился с ней на завтрак? Он же ее бросил! Об этом Тиро тоже не смог умолчать… Наверно, просит его вернуться, рассказывает, как ей одиноко. Еще бы, с Мэтти любая почувствует себя уверенно, с ним легко, он заботливый, надежный, верный… А Чинтах красивая – по гномьим меркам. Наверняка Щит к ней вернется. И будет навещать свою королеву лишь по обязанности…

Внезапно меня как холодный душ окатил: да я сама ревную!

Вздохнув, я присела за столик напротив Гвальда принялась за нелюбимое вышивание, чтобы хоть чем-то занять себя и успокоиться. Гвальд отложил свой только что начищенный до блеска шлем в сторону и мягко произнес:

– Ты прости, но я правда не знаю.

Помолчали. Я взглянула на Щита: опустив глаза, он словно бы собирался с духом продолжить… Хочет выговориться?

– Ну что ты, – пробормотала я. – Я не обижаюсь. Ты ведь так из-за Чинтах? – почти против воли вырвалось у меня.

– Она мне всегда нравилась, – нехотя подтвердил Гвальд, – с самого детства. Но Мэтт все портил!

Вот как! Мэтт стоял у друга на пути! У меня внутри все будто взбаламутилось: это моя душа не знала, как реагировать на слова Щита.

– Ты же говорил, что Мэтт твой лучший друг. Да и он доверяет тебе, как себе. – Я поспешила ответить, чтобы не выдать смущения.

Гвальд прикусил губу и немного помедлил, а затем принялся рассказывать…

Вряд ли я такой уж опытный врачеватель душевных ран, да и у самой на сердце неспокойно. Но, видно, что-то такое во мне есть: сначала Втайла поведала свою невеселую историю, теперь вот Гвальд хочет поделиться тем, что наболело. Или я просто оказываюсь рядом в нужный момент?

– За ней бегали все моложе пятисот и старше пятидесяти. Бегали, пока не появился он. Точнее, он был рядом всегда, но в детстве мы просто дружили – веселая такая стайка молодняка, вместе гулявшая, вместе шалившая… Поначалу никто не подозревал, что между ними что-то есть. А потом вдруг Чинтах переехала к нему. И поклонники сразу притихли. Еще бы: Мэтта даже взрослые уважали, хотя ему тогда всего-то было…

– Что, тебя разве не уважали? Может, ты себя просто недооцениваешь?

Гвальд махнул рукой и запустил ее в свою русую бороду.

– Я всегда был на вторых ролях. Даже за наши проказы влетало больше Мэтту: что ж он, такой рассудительный, а вот подбил всех пойти в заброшенную штольню или сбежать с уроков. А Гвальд – ну да, он тоже соображает неплохо, но заводила-то Мэтт… Мы именно его слушали, и так было всегда. А Чинтах не выносит неудачников. Еще когда мы были совсем маленькими и играли в «принцессу, драконов и эльфов», она каждый раз была принцессой, а Мэтт ее спасал. Я был то драконом, то эльфом и однажды возмутился, что мне постоянно достается играть какого-нибудь злодея. Знаешь, что она сказала? – спросил Гвальд, напряженно вглядываясь мне в глаза.

– Что?

– Что это хоть и игра, но Мэтт-то ее точно спасет. А насчет меня она сомневается.

Я, смутившись, опустила голову: честно говоря, и у меня тоже часто было такое ощущение, ни на чем, впрочем, не основанное. Гвальд сам по себе – отличный товарищ, но на фоне Мэтта, от которого прямо-таки исходила уверенность, он проигрывал.

– И тогда я ушел из их компании, – продолжал Щит. – Года два я почти с ними не виделся. Мы играли с внучкой Дамерта, и она была принцессой, а я ее спасал. Но потом мне просто стало скучно, и я вернулся. Лучше бы я этого не делал.

– Почему?

– Мне было не так интересно, зато я был главным. Я почувствовал, что тоже гожусь в герои. А какой мальчишка не мечтает им стать?

Гвальд откинулся на стуле, припоминая.

– Тиро тебе случайно не рассказывал? Он видел, что со мной творилось, когда после сотого Дня терпения Чинтах они ушли домой вместе с Мэттом. Чинтах так и сказала: «Пошли домой». Они обнялись и ушли. И всем было понятно, что Мэтт не просто ее провожает.