Орк-лекарь - Евгения Лифантьева

— Смертный, отдай то, что ты принес! Тебе оно принесет только вред.

Я захлопал глазами, пытаясь понять, чего же от меня хотят. Видимо, удары по голове плохо сказываются на способности к логическому мышлению. Поэтому я еще пару минут соображал, что же, собственно, я принес, и лишь потом вспомнил, что на этот раз поперся в туман, чтобы убрать подальше от орочьих степей «Зерно Хаоса». Я достал из сумки футляр с этим проклятым «яйцом» и подал наклонившемуся ко мне «дворнику». То повертел в руках коробку, открыл ее — щит полыхнул так, что Асаль-тэ-Баукир кубарем скатился с него. Но великан быстро сунул «Зерно Хаоса» в тот же мешок, куда собирали мусор, и ощущение выворачивающего внутренности давления моментально исчезло. Кивнув мне, «дворник» отвернулся, фигуры выстроились в цепь и пошли в направлении одной из ведущих на арену арок. Причем перемещались они с непостижимой скоростью — только что были рядом с нами, а через миг уже почти неразличимы в постепенно затягивающем открытое пространство тумане.

— Парни, вы можете объяснить, что происходит? — подал голос Игорь.

— Что сами знаем — расскажем, — ответил Богдан.

А я подумал, что мне, во-первых, дико хочется есть, а во-вторых, надоело валяться на этой арене. Конечно, трупов вокруг уже нет, но я же помню, сколько их было, и удовольствия это не доставляет.

«Распространи заклинание переноса на остальных», — прозвучал у меня в голове шепот Асаль-тэ-Баукира.

«Думаешь, сумею?» — засомневался я.

Но все же забормотал привычные уже формулы. К моему удивлению, все получилось: через миг мы уже были у костра. Причем я по-прежнему лежал, держа в руках щит и ятаган, которые успел уцепить в последний момент, а Игорь и Богдан стояли.

— Здесь и поговорить, и выпить приятнее, — сказал, глядя на их недоуменные физиономии.

— Да, похоже, сюда никакая тварь Хаоса не сунется, — кивнул Богдан.

И, обращаясь к Игорю, добавил:

— Да ты садись, в ногах правды нет. А флягу перекинь по кругу, нечего тару задерживать!

Рассказывал в основном Богдан. У меня и сил не осталось болтать, и рот занят. Нашарив в сумке мешочек со сладким «китикетом», я возблагодарил всех богов за то, что некоторые привычки у Жужуки — ну в точности, как у моей бабушки. Нет, не орочьей, а человеческой, к которой родители подкидывали меня на выходные класса этак до четвертого. Было порой забавно во вторник или в среду на перемене обнаружить в портфеле пакет с чуть подсохшими булочками или раскрошившимся домашним печеньем. Причем бабушкина стряпня за пару дней не портилась, оставалась такой же вкусной, так что ел я те булочки с огромным удовольствием.

И теперь я тоже жевал шарики из сушеных ягод, муки и меда, запивал их «универсальным исцелителем» и слушал, как Богдан рассказывает про веера миров, ось мироздания, на которой мы находимся, Создателя с его следами. Про Хаос, который в его мире зовут скверной, про ролевые игры (тут мне все-таки пришлось кое-что добавить), про угрозу всему мирозданию и хитрый план Арагорна, который на самом деле — никакой не устроитель ролевых игр, а самый настоящий бог. Про людей, которые способны своим присутствием стабилизировать миры, и еще много про что.

Игорь ни к ролевикам, ни к реконструкторам никого отношения не имел. Он оказался бывшим офицером, который из-за травмы потерял возможность двигаться. Арагорн предстал перед ним в роли ученого-экспериментатора, предложив «поиграть на компьютере».

— И что теперь делать? — задумчиво произнес «боярин», когда мы обо всем наговорились.

— Тебе — пока ничего, — из тумана раздался знакомый голос, и появился Арагорн, которому мы только что перемывали косточки. — У тебя в твоем мире проблем хватает. А вы двое…

Бог склонил голову набок, оценивающе посматривая на нас с Богданом, словно в первый раз видел, и продолжил:

— А вам скоро все-таки придется лезть в закрытый мир. Да, кстати, кто умеет фотографировать?

— Я! — отозвался Богдан, словно вместо льдистого камня на толстой цепи носил пионерский галстук. — Всегда готов изуродовать ближнего одним нажатием пальца. А что?

— Да мысль у меня появилась. В общем, держи!

И Арагорн кинул Богдану небольшое круглое зеркальце в металлической оправе.

— Конечно, не «Кодак», но приспособишься. Надо только навести на то, что собираешься запечатлеть, и подумать, что хочешь это сделать. Ну-ка, наведи на огонь!

«Гардемарин» пожал плечами и повернул зеркальце в сторону костра. Из пламени выпорхнуло несколько лепестков и опустилось на зеркало, словно растворившись в нем.

— Вот и ладненько, — удовлетворенно кивнул Арагорн. — А то нужный момент может наступить когда угодно… В общем, могу забыть, а мне тоже любопытно…

— Что любопытно? — не выдержал я.

— Неважно, — отмахнулся бог. — А теперь — по домам!