Тёмные птицы - Софи Авдюхина

Сева тут же попытался придумать иные обстоятельства, при которых она могла бы так запросто усесться на его кровать, даже не спросив разрешения. Наверное, так поступают люди, которые давно встречаются друг с другом. Он представил, как она все с тем же равнодушным видом заходит в его комнату, бросает на кресло кофту, берет со стола кружку остывшего чая, поворачивается к нему и говорит… Хм, а что в таких случаях говорят девушки? Он задумался, пытаясь припомнить хоть какой-то пример. Но в голову лез только образ Юли и ее отношения с его отцом. Единственная счастливая семейная жизнь, которой он был свидетелем.

– Ты поел? – спросила Полина голосом Юли. И Севе тут же пришлось признать, что это выглядело ужасно нелепо. Нет, Водяная вряд ли относится к тому типу колдуний, которые хотят всех накормить, приласкать и утешить. Да и ведение хозяйства ее, наверное, не интересует. Тогда что?

В эту минуту в лазарет и заглянул Леша Попов. Все тут же принялись обмениваться с ним новостями, расспрашивать, рассказывать. А он поглядывал на Водяную колдунью – ясно, пришел только для того, чтобы поглазеть.

– Ну, а ты как себя чувствуешь? – спросил он, улыбаясь. Ему не было дела до ее равнодушного вида. Он этого даже и не заметил, наверное.

Полина пожала плечами, но робко улыбнулась в ответ: Сева видел ее белый, словно выточенный из мрамора профиль.

– Как лошадки? – вдруг подала она голос.

– О, да как обычно.

– А Видга?

Все притихли. Попов выглядел сконфуженным.

– Видга? А ты не знаешь?

– Не знаю что? – тихо спросила Полина, откладывая ложку.

– Видга… умер, – проговорил Попов.

– Умер? Мой Видга?

Сева замер от ее шепота. Такого печального… недоверчивого… Внутренне он весь сжался от жалости к ней – не к коню, которого поразила неизвестная болезнь, а именно к ней.

Полина посмотрела на смутившегося парня, виновато прикусившего губу, и вновь повернулась к тарелке.

– Да, это очень грустно… – пролепетала Оксана, глубоко вздыхая.

– Мы тоже были ужасно расстроены. Умер не только Видга… – добавила Пелагея, протягивая Полине руку. – Это все из-за расстроившихся защитных чар. Здесь творилось бог знает что.

– Эй, ну ладно тебе… – Попов вдруг встал и обнял Водяную колдунью за плечи. Еще и уселся на Севину кровать. Но Полина лишь несколько раз всхлипнула, вытерла ладонью глаза и отстранилась от парня.

Сева видел, что тот приходил еще раз, через несколько дней. Он пробыл за ширмой у Водяной минут пятнадцать и вышел все такой же жизнерадостный, каким был, когда заходил в лазарет. И теперь, вот, наверное, решил, что они уже могут считаться лучшими друзьями? С какой-то стати вдруг начал отгонять от нее любопытных, хотя сам еще недавно был таким же навязчивым…

И действительно, вокруг Полины вдруг образовалась целая толпа, так что Маргарите пришлось обойти стол и сесть между Митей и Севой.

– Куда запропастилась Василиса? – протянула Анисья, передавая мешочек с предсказаниями Маргарите и нескольким зевакам, склонившимся над столом. Хотя Полина молчала, заворачивая в трубочку блин, и только кивала в ответ Алеше Попову, все продолжали от нее чего-то ждать.

– Да где-то застряла, – отмахнулась Марго, хитро взглянув на Муромца. Тот быстро отвел глаза и ничего не сказал. – Ну? Как продвигаются поиски в подземельях? Нашли что-то про Чашу Перуна?

– Я думаю, завтра мы с Муромцем еще раз попробуем дойти до этого тупика и поищем еще какие-нибудь знаки. Вдруг эта стена чем-то отличается от Врат Велеса? Может, мы что-то упустили, – чуть бодрее сказал Сева, переставая следить за Поповым.

– Эх, ну почему нам нельзя с вами, какая несправедливость! – капризно воскликнула Анисья. – Велес точно нас не отпустит.

– Не ной, пожалуйста. Лучше расскажи, что ты там нашла, – сказал Митя.

– Я выписала несколько фраз из старых песен, где упоминался Перун. По строению они очень похожи на заклинания. Я пробовала читать их, но ничего, конечно, не произошло. Возможно, их надо прочитать в каком-то специальном месте. Сегодня вечером передам вам записи. Произнесите эти слова возле стены, глядишь, что-нибудь и сработает.

– Отлично, хоть что-то есть! – обрадовался Сева.

– Что вообще известно про Перуна? – спросила Маргарита, подливая себе мятного чая из пузатого самовара. – Что это был за маг? Какой стихией владел?

– Он Водяной.

– Нет, об этом до сих пор спорят. По легендам он мог управлять дождями и грозами, что точно делает его Водяным. Но немало историй рассказывают, что он отлично метал огненные стрелы.

– Ого, – одобрительно воскликнула Маргарита.

– А еще парочка историй повествует о каменных стрелах, а не только огненных, – добавил Митя, к которому на колени только что запрыгнула пестрая утка. – Так что наш Перун всех запутал.

– Но не зря же руна зовется «Чашей», – возразила Анисья. – Здесь явно имеется в виду Водяная магия.

– Этого бога еще связывают с войной. Наверное, он был хорошим боевым магом, – сказал Сева. – Что делает странной его часть подземелья. Он мог бы оставить оружие, как остальные боги, но вместо этого лишь опечатал какой-то «Чашей» часть коридора.

В это время маг, который сидел рядом с Муромцем, встал из-за стола и отправился слушать новую песню выступающей на крыше группы.

Вслед за ним поднялась и Водяная колдунья. Она пробралась на противоположную сторону стола и заняла место с друзьями. Алеша Попов тут же помрачнел, Анисья, заметившая это, понимающе ему улыбнулась и протянула тарелку с блинами.

– А что означает имя Перун? Может, в нем скрыта разгадка? – продолжала Маргарита.

– Трудно судить. В древности у всех могущественных магов были выдуманные имена. Каждый должен был носить имя, не совпадающее ни с чьим другим. Оно давалось во время Посвящения и было призвано защищать колдуна.

– Темные до сих пор так делают, – послышался голос Водяной колдуньи.

– Не только Темные, – тут же ответил Митя.

– А кто еще? – Маргарита повернулась к нему, удивленно дернув бровями.

– Ирвинг, например.

– О, как это я не догадалась! Но послушайте, как же нам во всем этом разобраться? Если бы потусторонние сказки могли помочь! Но у нас все еще запутаннее.

– Разве потусторонние знают о Перуне? – удивилась Анисья.

– Конечно, – ответила Полина. – И про Илью Пророка. Только в их мире это мифологические герои. А в деревне, где живет подруга моего деда, они вовсе считаются одним и тем же человеком.

– В каком смысле? – изумленно спросил Митя.

– У потусторонних деревенских жителей есть примета: Илья Пророк бросает льдинку в воду, после чего реки становятся очень холодными. Только здесь я узнала, что он делает это на самом деле. Но в деревне, где я оказалась в ту… Купальскую ночь, – она вдруг бегло взглянула на Севу, но он не успел даже моргнуть в знак того, что понимает, о чем идет речь, – старики говорят, что это делает Перун. Наверное, они все перепутали…