Злое счастье - Людмила Астахова

Впрочем, печальным воспоминаниям государь Альмар предавался исключительно в свободное от военных совещаний и заседаний Совета время. Представители всех Домов Тир-Луниэна съехались в Далатт, за исключением лорда Хейнегина, остановившего продвижение войска Ламмина. Альмар, как никто, понимал, насколько уязвим сейчас, когда враг захватил часть Исконного Тир-Луниэна. Пока драка шла в Приграничье, Высокие Лорды смотрели на войну, как говорится, сквозь веера своих женщин, то есть как на нечто далекое и отстраненное. Тем паче Отступник Мэй сам вызвался стеречь рубежи. Но когда Чардэйк начал масштабное нашествие, все вдруг спохватились и всю вину возложили… правильно, на Верховного Короля. На кого ж еще?

Последним в Далатт явился злой, как тысяча дэй’ном-берсерков, Лайхин Волчара. И сразу же, воды не испив, потребовал экстренного созыва Королевского Совета. Мол, отечество в опасности и враг на пороге, так чего ж мы медлим? Альмар не стал противиться. Хотят откровенного разговора – пожалуйста! Только чтоб потом без обид. Хотя, когда это совет заканчивался тихо-мирно и без единой разбитой благородной рожи?

В бывший кабинет Оллеса набилось столько народа, что даже разжигать камин не потребовалось, так густо надышали самые знатные и могучие воины Тир-Луниэна. Кстати, и без вина тоже можно спокойно обойтись. Кое-кто накануне приложился к бочонку вина из запасов леди Гвварин.

Когда Альмар вошел в комнату, шум сразу же стих, присутствующие вскочили, почтительно кланяясь Верховному Королю. Это – хороший знак. Значит, еще не все потеряно.

Король занял место во главе стола и спокойно оглядел собравшихся, его темные глаза скользнули по знакомым лицам. Лорд Гваихмэй – самый старый из Высоких, белый, как лунь, мрачный и вечно раздраженный. Лорд Ольвен – заядлый спорщик, безраздельный господин самой щедрой житницы Тир-Луниэна – благословенной долины Куаль. Красавчик Сайнайс, выглядевший в зрелом возрасте, как юноша-подросток. Горе тому, кто обманется синим сиянием его огромных очей и решит, будто тонкие пальцы не держали ничего тяжелее кубка с вином или кисточки живописца. Обманчива красота униэн. Лорд Сайнайс мог голыми руками убить шестерых легко вооруженных воинов. В его роду вот уже тысячу лет культивировали и развивали искусства рукопашного боя. Ранэль по прозвищу Золотой Лебедь спал на ходу, ведь еще два дня назад он бился с дэй’ном. И со своего места встал с трудом и, сев обратно, тут же положил голову на сложенные руки. Но лучше не обольщаться: дескать, Лебедь дрыхнет и ничегошеньки не слышит. Все он слышит и выводы делает быстрее других. А вот и Орэр’илли всегда готов все поставить с ног на голову, додумать, о чем не говорили, и накрутить себя. Такого мнительного человека еще поискать.

Лорд Сэнхан Джэрэт’лиг молчит и прячет глаза, явно зол и с жестокого похмелья. Он неприязненно переглядывается с Волчарой. За его спиной лорд Тиншер. Тот последний, кто видел Отступника Мэя живым. И в связи с недавними событиями, скорее всего, останется таковым. А к Альмару в сны скоро будут приходить сразу двое братьев Джэрэт’лигов – старший и младший.

– Ну что ж, благородные господа, начнем, пожалуй, наш совет. Раз уж мы собрались здесь в столь ранний час, – молвил король. – Выслушаем же лорда Глайрэ.

Лайхин не заставил себя упрашивать. Он вскочил так резко, что опрокинул стул.

– Войско собрано, ополчение рвется в бой, даже наемники из ангай и те готовы, но мы почему-то не двигаемся с места. Государь дожидается, пока Эйген осадит Далатт или когда ему пришлют голову Рыжего? Я никогда не любил Отступника, скажу прямо, я его и сейчас ненавижу, но сидеть и ждать, пока Верховный Вигил окончательно растерзает Эр’Иррин и все Приграничье, подло!

Альмар нахмурился:

– Лайхин, вы призываете поспешить на помощь Мэю? А ведь он сам вызвался пожертвовать собой ради отчизны и народа.

Ледяные глаза Волчары подозрительно заблестели.

– Государь так настойчиво ждет самопожертвования от всех нас, что, если мы случайно не торопимся, жертвует нашими жизнями по собственной воле и усмотрению, – прошипел он.

Лайхин нарывался, откровенно и без всякого стеснения провоцируя Верховного Короля на скандал.

– Чардэйк выбрал не слишком удачное время, чтобы напасть…

– Для кого неудачное? – перебил Альмара Золотой Лебедь. – Для нас или для них? Не думаю, что хан’анх вкупе с Повелителем такие уж дураки. Это нам повезло, что Мэй все лето держал Чардэйк в Приграничье, и мы сумели вырастить и благополучно убрать урожай.

Раньше он короля никогда не смел перебивать.

– Мы выступим сразу после Дня Безымянных. Это решено! – повысил голос Альмар.

– Кем решено? – взвился Волчара.

– Мною и Советом. Пока вас не было, лорд Глайрэ, нам пришлось решать государственные вопросы. Где вы, к слову, были?

В интонациях государя читался подтекст, заставивший Лайхина побледнеть. Он метнул подозрительный взгляд на Риадда ир’Брайна, молчаливой сумрачной тенью замершего за креслом короля.

– У меня были важные дела, – отрезал Глайрэ’лиг.

– Важнее, чем война с Чардэйком? – ядовито вопрошал Альмар.

Но Волчара не стушевался, как предполагалось. Чего-чего, а решимости ему было не занимать. Он уперся руками в столешницу и подался вперед.

– Помочь даме в час невзгод – обязанность рыцаря и благородного человека, государь. Разве не так, лорд ир’Брайн? Не затравить, заметьте, а помочь и защитить.

Воцарившаяся тишина нарушалась лишь тяжелым дыханием Сэнхана. Все прекрасно поняли, о какой даме шла речь. Сплетни о бегстве леди Гвварин поползли по столице едва ли не сразу. И только неимоверными усилиями агентов Риадда они не успели дойти до Приграничья. А сама Хелит как сквозь землю провалилась. Вместе с сыном Сэнхана.

– Ты видел моего сына, Лайхин? – спросил требовательно тот.

– Как тебя сейчас. Жив, здоров и… невоспитан. Но кто-то… – Волчара сделал многозначительную паузу. – Кто-то выкрал его вместе с Хелит.

– Вот как?! – Брови короля удивленно взлетели вверх.

Он-то полагал, что леди Гвварин уже на полпути в гарем какого-нибудь ангайского царька. Или лежит в канаве с перерезанной глоткой.

– Ага! Именно! Я полагаю, кое-кто знает, где сейчас находится Аллфин и Хелит.

Высокие лорды, не сговариваясь, синхронно повернули головы и посмотрели на ир’Брайна. Даже король. Сэнхан встал.

– Если с моим сыном и невесткой что-то случится… я сожгу тебя заживо, Риадд. И… – Желваки на скулах князя Тир-Галана ходили ходуном. – Мне не нужен Верховный Король, предающий своих друзей и воюющий с невинной юной женщиной.

Альмар ответил самым будничным и спокойным тоном, на какой был способен.

– Ты понимаешь, что твои слова означают мятеж, лорд Джэрэт?

В этот самый миг, когда Сэнхан уже успел открыть рот для отповеди, дверь в кабинет разлетелась на мелкие щепочки. В освободившемся дверном проеме стояла Ридвен Ястребица.