Большая Охота - Мария Литт

мостовой рядом со своей несостоявшейся жертвой. Парализующий состав, которым было смазано лезвие кинжала, стремительно распространялся по ее телу, лишая возможности двигаться. Между тем коварный эльф неторопливо поднялся, извлек из-под одежды покореженную стрелой пластину из непонятного сплава, прикрывавшую живот, и шагнул к беззащитной башне мимо лучницы. Та изо всех сил пыталась заставить собственное тело слушаться, но ее движения были слабы и нескоординированы, как у вытащенной на берег медузы.

«Я не могу проиграть вот так, подвести остальных, — отголоски мыслей метались в меркнущем сознании Алварики. — Нет, ни за что! Да чтоб ты сдох, сволочь!» — и на этой мысли ее ослабевшие пальцы все же сумели сжаться на древке стрелы и выдернуть ее из колчана, а потом последним усилием лучница ткнула стрелой в направлении ноги проходившего мимо чистильщика. Длинное узкое острие наконечника пронзило ткань штанов и слегка оцарапало тому щиколотку.

Затем сознание оставило Алву, и она уже не видела, как эльф сделал еще два неуверенных шага по направлению к башне, а потом рухнул на мостовую и заскреб пальцами по камням — на этот раз уже не притворяясь. Легкая, едва заметная пленка яда, покрывавшая острие стрелы, сделала свое дело, и жить чистильщику оставалось недолго.

Ибо тип стрелы, извлекаемой из божественного артефакта, коим являлся колчан Алварики, всегда соответствует желанию владельца. И если этот владелец желает кому-то мучительной смерти, то быть посему.

«Как же я так попался-то? — с горечью подумал Дэми. — Почему расслабился? Спешил выполнить заказ, вот почему. Да что там за заказ-то был, когда я его взял и от кого? Ничего не помню… Но мне обязательно нужно его завершить», — и он попытался ползти в сторону башни, преодолевая приступы чудовищной боли — пока не уперся в чьи-то ноги.

— Дэмиталлиан, охотник за головами третьего уровня, — послышался чей-то равнодушный холодный голос. Эльф попытался было поднять голову, чтобы взглянуть на неожиданного собеседника — и в результате не выдержал очередного болевого приступа и потерял сознание.

— Вмешательство не требуется, — между тем заключил голос после небольшой паузы.

После чего площадка перед башней, ставшая местом недавнего боя, ненадолго погрузилась в тишину — пока не послышался быстрый топот ног и к башне не вылетел отряд из четверых вооруженных приключенцев.

— Похоже, мы опоздали, — прокомментировал один из четверки, окинув взглядом представшую перед ними картину. — Но который из них зомбирован, а? Девчонка вроде жива, просто без сознания, а парень… — он наклонился, пощупал лежащему эльфу пульс, а потом приподнял ему веко. — Парень — не жилец, я бы так сказал, если ему срочно не помочь. Что делать будем?

— Что-что… как следует свяжем обоих и быстро отволочем к целителям. Потом разбираться будем, кто из них хороший парень — или девушка — а кто наоборот. Оружие отобрать не забудь, на всякий случай.

— Послушайте, а здесь еще кто-то был или мне показалось? Я вроде бы слышала чей-то голос…

— Тебе показалось. Если бы здесь кто-то был, то мы бы его заметили. Ну не испарился же он?

* * *

— Откуда ты здесь взялся? — знакомым голосом заорал снизу черноволосый парень с большим двуручным мечом, и Фьюри нахмурился. Он помнил этого придурка — по его вине магу отказали в приеме в группу, в которую он хотел попасть. Тогда ему было жуть как обидно и неприятно, но в итоге все обернулось к лучшему. Никакая группа ему вовсе не нужна — он и без них спасет город от нашествия монстра и прославится, станет героем. А потом создаст свой клан, и от девчонок у него отбою не будет, и Колдунью он непременно уведет у этого смазливого самоуверенного придурка — просто так, из вредности. Чтобы неповадно было в следующий раз насмехаться над ним.

Фьюри улыбнулся своим мыслям. Да, так все и будет. А чтобы все задуманное сбылось, нужна сущая малость — подняться по лестнице наверх и уничтожить кристалл, выпустить на волю сотни крохотных искр, запертых в нем. И тогда город будет спасен. Маг на секунду нахмурился — он, хоть убей, не мог вспомнить, каким именно образом разрушение кристалла повлияет на монстра. Фьюри напрягся, пытаясь выудить из глубин памяти тревожащее его воспоминание — и тотчас его словно затянуло в какую-то черную воронку, полностью отключив от действительности. Его окружала пустота. Полное отсутствие всего, как в ночь Рестарта.

Фьюри потряс головой и решительно сделал следующий шаг вверх по лестнице. Желание копаться в воспоминаниях пропало, как будто его и не было, да и сами воспоминания куда-то подевались, словно стертые гигантским черным ластиком. Все было предельно ясно и просто — нужно было достичь поставленной цели, и тогда все точно будет хорошо. Лучше и не бывает.

— А ну стой, придурок! — между тем заорал мечник внизу и бросился к лестнице.

— Стена Огня! — рявкнул в ответ маг, и Рон быстро отпрыгнул обратно к двери, спасаясь от ринувшегося вниз огненного шторма. Негорючие каменные стены башни раскалились, а металлические ступеньки лестницы аж покраснели от воздействия высокой температуры, и стало больно дышать.

«Проклятье! И что мне делать? — в панике думал Рон. — Да, на Арене у мага Огня можно выиграть, хоть это и непросто. Но там хотя бы есть место для маневра и шанс увернуться при должной скорости и ловкости. А здесь? Чтобы его достать, мне придется подняться за ним по узкой и шаткой винтовой лестнице, и как мне уворачиваться? Он же меня с легкостью в угольки превратит, и все будет без толку. Да что там — еще один подобный залп, и ступеньки лестницы плавиться начнут, и тогда его вообще будет не достать. Так что же мне делать?»

— Ну что, съел? — между тем нахально заявил маг. — Ничего ты мне не сделаешь, придурок, так что выкуси! Я один спасу город, без твоего участия, и стану знаменитостью! И тогда твоя Колдунья сама упадет в мои объятия, а тебе придется локти кусать от ревности и злости, вот увидишь!

Но, вопреки всем ожиданиям Фьюри, его оппонент не взбесился от подобного высказывания, а наоборот, самоуверенно усмехнулся, небрежной походкой подошел к основанию лестницы, стоически не обращая внимания на плавящиеся от жара подошвы собственной обуви, и заявил:

— Вот что я тебе скажу, приятель… Болтать-то ты горазд, но вот как только доходит до дела — так сразу в кусты.