Осенний марафон - Александр Романов

Это как же, вашу мать, извиняюсь, понимать?

Из разборок Царя с народом…

— Ну где она?

«Стрела» лежала на набережной — или том, что от нее осталось, — бывшего Малого Волоколукска с выключенными двигателями. В нескольких метрах у кромки воды мелкие волны лениво прибивали к берегу мокрую шугу.

На западе солнце медленно опускалось к горизонту. Заливая все окрестности непомерно удлиняющимися тенями, отчего весь мир приобретал прямо-таки лунную контрастность.

На глазах становясь черно-белым.

Было очень тихо. Только урчала в машинном вспомогательная силовая установка. Расчеты ДШК и гранатометов напряженно вглядывались в окрестности. От нетерпения шевеля стволами.

Но стрелять им было катастрофически не в кого.

Вся река от берега до берега была абсолютно пуста.

Чуть больше получаса — или чуть меньше часа, как посмотреть — назад мы на полном ходу, валя какие-то оставшиеся неупавшими сгоревшие осины, слетели с берега и, плюхнувшись в Этер, пошли поперек фарватера.

Сразу же высовывая наружу Дана — для его магической обсервации. А еще через полчаса выяснилось, что никаких следов двигательного заклинания на реке нет.

Ну то есть совершенно. Ни посредине, ни у левого, ни у правого берега. Ничего.

Самое гадостное — по крайней мере для меня — в тот момент было то, что заброшенный Малый Волоколукск и в самом деле оказался заброшен. Напрочь. Ни единой живой души.

Потому просто не у кого было спросить — проплывал ли здесь кто-нибудь или нет. Ведь могла же Дейна преспокойно проследовать мимо, так сказать, на естественной тяге?

По сравнению с данным обстоятельством трехчасовое ерзанье по волоку смотрелось сущей ерундой.

Ничего особо трудного нам там не встретилось. Разве что, как и предсказывал Дан, кое-где образовались от дождей промоины. Не представлявшие для нас никакой сложности.

Но Бречтан — как звали нашего деда-проводника — уверенно чувствовал все подобные несуразности и вовремя меня о них предупреждал. Во всем же остальном — мы прокатились как по маслу.

Не напрямую, правда, как и было обещано. Трасса шла нехилым зигзагом. Особенно на склоне гор. Практически вообще поперек пути. На протяжении нескольких десятков километров.

Вообще для чего местным гениям потребовалось сооружать этот великий междуводный путь — я так и не понял. Нигде никто и никогда ничего подобного не строил. Во всяком случае — на Земле.

Длина волоков — всегда где-то километры. Больше — уже невыгодно просто. А если между реками лежит горный водораздел шириной в несколько десятков километров… Сами понимаете.

И наиболее смешно вот что. С гор-то ведь текут реки. И совсем даже не маленькие. Во всяком случае, для средневековых речных парусно-гребных суденышек — весьма проходимые.

Если кому непонятно — напомню: как Ермак Тимофеевич и прочие казаки в Сибирь через Урал-Камень на стругах ходили? Не перли же они свои лодьи на себе от Камы до Иртыша.

А подымались к верховьям притоков, текущих с гор. Там находили истоки рек, стекающих по другому склону. И вот уже в них-то и тащили свои транспортные средства.

Точно так же ведь могли сделать и здесь. Быть того не может, чтобы с этого хребта, заставившего повернуться Этер, не стекало рек! Не меньше девяноста процентов пути можно было пустить по воде.

Но — вот… Неимоверные затраты. Огромные усилия по тасканию судов посуху на дикие расстояния. Что им — силушку свою магическую девать было некуда?

Но у Бречтана я этот вопрос выяснять не стал. Не шибко удобно представлялось, честно говоря. Да и не до того в общем было, чтобы на мелочи отвлекаться. Ехать требовалось. По возможности меньше задерживаясь.

Ну мы и не задерживались… А после преодоления перевала так и вовсе исчезло последнее и — что греха таить — самое главное препятствие: метель пошла на убыль.