Лунная радуга - Анна Порохня

- Кетти сильно обидела меня, - госпожа Розмари отвернулась, и ее пальцы скомкали одеяло, на котором она сидела. – Если бы не ее ложь, неизвестно как бы сложилась моя жизнь!

- Вот именно, что неизвестно, - я должна была уговорить ее, не в силах даже представить, что родные сестры станут чужими людьми. – Только боги знают, что нас ждет. Она уже наказала сама себя. Муки совести – самое страшное испытание.

- Спасибо тебе, деточка. Ты мудрее меня… - хозяйка таверны обняла меня и мы несколько минут просидели молча, наполняясь спокойствием и умиротворением. Потом госпожа Розмари вздохнула и попросила: - Позови Кетти, пусть поможет мне спуститься вниз.

Когда я выходила из комнаты, на моей душе было радостно гораздо спокойнее. Похоже, последние тайны таяли под ярким синцерийским солнцем.

Кетти сидела на кухне и уже не плакала. Ее лицо будто окаменело.

- Кетти… посмотри на меня, - прошептала я, беря в руки ее большие, натруженные кисти. – Как ты себя чувствуешь?

- Как можно себя чувствовать, потеряв единственного родного человека? – ее губы скривились в горькой усмешке. – Я не стану мешать Розмари и мозолить глаза своим присутствием. К вечеру я уйду.

- Не говори глупости! – я улыбнулась сквозь слезы. – Ты никуда не уйдешь. Розмари хочет, чтобы ты помогла ей спуститься вниз.

- Что? – во взгляде поварихи загорелась надежда. – Рози позвала меня?

- Да, ты ей нужна, - кивнула я. – Иди, она ждет.

Кетти поднялась, натянула на голову чепец и брызнула в лицо водой прямо из бочки.

- У меня не красный нос?

- Нет! – засмеялась я, поправляя ее смятую юбку. – Все в порядке.

Она умчалась, грохоча своими башмаками, а я с легким сердцем пошла на улицу, где до сих пор оставалась вся моя семья.

Но оказалось, что они не нудились в ожидании, вытаптывая траву возле экипажей, а сидели за большим столом, накрытым под сенью изумрудных деревьев. Возле него суетились Мария и Лидия, разливая по кружкам пенный эль. Какие, однако, молодцы эти женщины! Им не понадобились мои распоряжения, чтобы заняться гостями. За то время, пока я разбиралась с Розмари и Кетти, они накрыли на стол, и это говорило в их пользу. В моей голове моментально нарисовался план летней площадки, наподобие тех, что были у кафе и ресторанов. А что, это идея! Место идеально подходило для моих замыслов.

Высокие сосны, залитые солнцем, отчего хвоя на них выглядела слегка серебристой. Густая трава, в которой пестрели клевер, ромашки и душистая кашка. Безоблачное небо с пушистыми белоснежными облаками…

- Дорогая, я уже решил, что вы снова сбежали от меня, - голос Леона прервал мои мечтания, и я подошла к нему. Герцог взял меня за руку и усадил рядом. – Что-то произошло? Мулан Рипард сам не свой.

- Я тебе потом все расскажу, - пообещала я и посмотрела на понурого мужчину, сидящего рядом с дочерью и невпопад улыбающегося, когда она ему что-то говорила. – Здесь, оказывается, есть свои тайны, и они выбрались из-под пыли прошедших лет.

Из таверны показалась большая фигура Кетти, а вскоре я увидела и Розмари, которую она вела под руку.

- Эй! Старый хрыч! – громко крикнула она, и Рипард взволнованно подскочил со скамьи.

- Это ты мне, Рози?

- А разве кроме тебя здесь есть старые пеньки? – хозяйка таверны поманила его пальцем. – Давай, помоги мне.

Мулан бросился к ней, и они медленно пошли в сторону леса.

- Она точно не убьет его? – Сторн широко улыбнулся, провожая их взглядом, который тут же с нежностью переместился на Летицию. – Мулан все-таки моей будущий тесть.

- Вы сделали Летиции предложение? – воскликнула я, переполняясь эмоциями от сегодняшнего дня.

- Да, - смущенно ответила девушка и подняла руку с кольцом на пальчике, – фаранд Сторн попросил меня стать его женой.

В замок, мы возвращались без Мулана Рипарда. Он остался в таверне, так как им с Розмари нужно было многое обсудить. Летиция тоже осталась с ними, чтобы спокойно решить, где она проведет время до свадьбы – в таверне или в доме отца.

Мне очень хотелось навестить Ликка, чтобы узнать пришелся ли ему по душе завтрак, который я приготовила, но Леон больше этого не позволил. Оказалось, что все происходящее было делом секретной важности и лучше пока этого не делать. Что ж… возможно у нас еще все впереди, по крайней мере, я на это очень надеялась.

Когда я готовила завтрак, мне хотелось, чтобы он вспомнил вкус прошлой жизни, хотя бы в кулинарном смысле. Наваристая солянка с долькой лимона, картошка-пюре с рубленой котлетой, салат “Оливье” и пироги с маком и яблочным повидлом. Конечно, эти блюда мало подходили для завтрака, но они были такими теплыми, такими земными… Ликк точно должен был оценить их по достоинству, и когда-нибудь я услышу от него слова благодарности лично!

Дни завертелись с такой скоростью, что я не поспевала за всеми событиями, и меня это ужасно раздражало. Я становилась капризной и неуравновешенной особой, но Леон терпеливо сносил мои перепады настроения.

Свадьба Эллы и Клари прошла в кругу близких. Молодые поселились в центре Вартланда, в доме, который им купил Леон. Госпожа Розмари переехала к Мулану Рипарду вместе с Кетти, оставив таверну на мое попечение. Летиция тоже готовилась к свадьбе, находясь в доме отца, и он с удовольствием и энтузиазмом участвовал в этом. Жизнь продолжалась, и я была благодарна ей за это. Ей и тем странным существам, которые были богами Синцерии.

Не знаю, что это было… сон или явь, но однажды ночью, я проснулась от яркого света, который наполнял спальню. Он был золотистым и мягким, проникающим во все темные уголки, а в нем светлым пятном выделялся силуэт женщины в струящемся платье.

- Дитя… Подойди ко мне… - прозвучал мелодичный голос, и, поднявшись с кровати, я направилась к ней, не испытывая ни малейшего страха.

Из света показались тонкие руки, и длинные пальцы пробежались по моему животу.

- Твой ребенок станет великим правителем, он соединит разрозненные земли воедино, и воцарится мир и процветание. Это твоя заслуга, дитя… Ты спасла жизни, от которых потянутся ниточки в будущее. Они - отправные точки всех изменений этого мира. Будь благословенна Рианнон Аргайл… Будь благословенно твое дитя…

- Кто ты? – прошептала я, ощущая невероятную нежность, исходящую от силуэта.

- Эрина Милосердная… - прошелестело из золотистого сияния, которое стало таять, пока совсем не исчезло. – Эриинааа…

На меня навалилась темнота, и я расслабленно поддалась ее ласковым объятиям…

Эпилог.

Прошло семь лет

У нас с Леоном родился сын – Адам, а через два года дочь – Виктория. Сын был похож на герцога, а дочь, конечно же, взяла все самое лучшее от меня. Оба ребенка были темноволосые и рослые, только мальчика природа наградила золотистыми глазами отца, а девочку - изумрудными, как у меня.