Ричард Длинные Руки - ярл - Гай Юлий Орловский

Обратно я несся, как олень, за которым гонятся злые собаки. Дверь в подвал распахнулась с треском. Колдун сидел за тем же каменным столом, склонив голову на скрещенные кулаки. Он увидел меня, рот открылся, но я, страшась заклинаний, поспешно сорвал с пояса молот и метнул в одно движение. Колдун взмахнул руками, его окутал пузырь силового поля. Молот ударил со страшной силой, я понимал, что, усиленный последними геммами, он в состоянии рушить крепостные стены, однако пленка лишь дрогнула и прогнулась, молот отбросило почти с такой же силой, однако колдуна отшвырнуло к стене.

Я отшатнулся, молот бешено вращается в воздухе, погашая скорость, я наконец перехватил его за рукоять и метнул снова. Сквозь прозрачную пленку видел страх на лице колдуна. Он начал поспешно шевелить губами, молот ударил с той же сокрушающей силой. Пузырь, напоминающий поставленное на тупой конец яйцо, прогнулся, снова дикий страх на лице колдуна, не ожидал такой мощи, но теперь пузырь не сдвигался, упершись в стену.

– Не нравится, – прохрипел я со злостью. Перехватив молот, метнул снова. – Получи, гад!

Пузырь трясло, колдун никак не мог договорить заклинание, всякий раз начинал снова, но пузырь встряхивает, на его лице страх сменился отчаянием, я догадался, что батарейки или что-то у него кончаются, силовое поле должно откуда-то брать энергию, чтобы выдерживать такие удары…

– Сдохни, гад!

Вдруг глаза колдуна зажглись свирепой радостью. Я поспешно оглянулся. На той стороне из темной стены дворца выдвигается светящееся тело элементаля. Вытянув руки в нашу сторону, он двигался хоть и медленно, словно его везут на невидимой тележке, но неуклонно.

Я метнул молот, глаза обшаривали все вокруг, мне бы побольше времени, я бы вытряс колдуна из этого кокона, у меня больше хватит сил бросать молот, хоть рука уже отваливается, чем у него распирать изнутри стенки… Взгляд упал на черные глыбы свода, трещина между плитами показалась еще глубже, хотя, понятно, утопающий хватается за соломинку, я перехватил молот и, вместо того чтобы запустить прямо в рожу сволочи, отсиживающейся за пуле– и снарядонепробиваемым стеклом, швырнул в этот потолок.

Раздался едва слышный треск. Возликовав трясущимся сердцем, я швырнул снова. С третьей попытки плиты дрогнули и, потрескивая, начали опускаться. Колдун внутри шара уже заканчивал фразу, взмахнул руками для заключительного аккорда, и тут свод просел, тяжелые плиты обрушились на пузырь. Пленка вздрогнула и заколыхалась, заостренная верхушка слегка сплющилась, но удержала. Грохот продолжался, за рухнувшим потолком первого этажа задвигались и стали рассыпаться перекрытия выше, там зашатались стены, вниз медленно пошли целые гранитные блоки, куски стен…

Я пулей взлетел по ступенькам, кубарем выкатился во двор под звездное небо. За спиной грохот, треск, тяжелые бухающие удары. В спину ударила тугая волна сжатого воздуха, перевернула меня трижды, я больно ударился лицом, на губах привкус соленого.

Четкий силуэт башни, облитый серебряным светом, дрожит, разваливается, затем разом начал опускаться, грохот усилился. Я вскочил на ноги, подошвы часто-часто ударили по булыжникам.

Оглянулся я только на другом конце двора: на месте башни слабо шевелящаяся черная неопрятная куча, вершина блестит в лунном свете, едва-едва достигая уровня зубчатой стены. И вот внутри черной кучи появился свет, проступила светящаяся фигура. Элементаль выплыл, как призрак, похожий на него настолько, что я и принял бы за призрак, не присутствуй на обряде вызывания.

Он плыл ко мне настолько направленно, что я в страхе оглянулся, почти прижат к стене. Элементаль от меня уже на расстоянии десятка шагов, земля вздрагивает, грохот нарастает, черные глыбы на месте башни вздрагивают, проседают все ниже. Я поспешно отступил, молот в руке, развалины загораживают от меня лабораторию Жофра, только догадываюсь, что яйцо сплющилось еще больше, а колдун, в ужасе обратив лицо вверх, шепчет заклинания и вздымает дрожащие руки, помогая удерживать неимоверную тяжесть.

Пахнуло холодом, я отшатнулся, призрачные руки почти коснулись моей шеи. Я отпрыгнул, вскрикнул: