Спящий дракон - Александр Мазин

И молодой маг поднялся с ложа, подошел к Учителю и толкнул мастера в круг Силы. И поглотил его Демон.

И сказала магу женщина:

– Вот, ты не таков, каким казался! Силой взял меня, а теперь возьми по собственной моей воле! Ты люб мне, Кратор!

И освободился Демон…»

Хольдская сказка

Войдя в опочивальню, Верховный Жрец и сирхар Урнгура Ди Гон по привычке бросил взгляд на мерцающее рядом с альковом «волшебное око». То, что он там увидел, застало сирхара врасплох. Квадратная челюсть его отвалилась, а рука инстинктивно вцепилась в Хлыст. Трой-Странник с нескрываемой иронией глядел на Ди Гона из дымчатой глубины «ока».

– Не ожидал? – спросил Трой.

Черный камень над его высоким лбом полыхнул рубиновым отсветом.

Сирхар Урнгура попятился. «Око» было только оком, а не ухом. Никогда прежде оно не передавало звука.

– Я не боюсь тебя, Странник! – вызывающе заявил Ди Гон, хотя вид его свидетельствовал обратное.

– Это дело твое! – отозвался человек с камнем.– А с подглядыванием – все!

– Колдовство Древних служит мне! – запальчиво воскликнул Ди Гон.– Я укротил его! Что смыслишь в нем ты, Странник?

– Уж если ты смыслишь, Катышок,– заметил тот, кого назвали Странником,– я точно управлюсь!

Сирхар кусал губы. Глаза метали молнии. Маг уже успел забыть, как его дразнили в ученичестве.

– Ты посмел!..

– Ага! – весело сказал собеседник.– И учти: я разбираюсь в любых игрушках. А вот ты, Катышок, похоже, так и не понял, во что влез, а?

– За мной – сила самого Хаора! – угрожающе прошипел Верховный Жрец.– Ты готов сразиться с богом, Странник?

Губы человека с камнем растянулись еще шире. Только губы. Глубоко посаженные глаза были холодны, как осколки льда.

– Хочешь взглянуть на того, кто за мной, Катышок? – И резко бросил: – Смотри!

Тотчас лицо человека исчезло из светящегося «ока», а взамен в нем возник образ, от которого ноги Ди Гона превратились в студень.

– Н-не может б-быть! – пролепетал он, пятясь.

«Око» ослепительно вспыхнуло, из создающего образы жезла повалил желтый вонючий дым, и «око» угасло навсегда.

– Не может быть! – повторил Ди Гон немного тверже.– Странник солгал! Иначе… иначе… О Хаор! Помоги мне! Клет! Клет! – закричал он, распахивая дверь.

Слуга тотчас примчался на зов и застыл, тяжело дыша.

– Нужно девять жертв, Клет,– сказал Ди Гон.

Он уже успокоился. Если слуга заметил исчезновение «ока», то спросить об этом не посмел.

– Девять жертв,– повторил сирхар.– Все – мужчины-воины.

– Но,– нерешительно возразил доверенный,– час неурочный…

Ди Гон задумался. И мгновенно нашел выход:

– Иди прямо к начальникам хогр. Скажи: добровольцы. И каждый получит вечную жизнь. И народ их увидит. Всё понял?

Слуга кивнул.

– Шевелись!

Клет бросился вон, а Ди Гон с удовольствием потер бритый подбородок.

– А ты дурак, Странник! – пробормотал он.– Дурак, что показался! Поглупел от времени! Теперь я знаю, с кем имею дело!

Тень скользнула по лицу Ди Гона: он вспомнил о последней «картине», показанной «оком». Но колдун сумел отогнать пугающую мысль.

– Ты еще попробуешь моей магии, Странник!

Ди Гон подошел к окну и с высоты ста локтей посмотрел на озаренные лучами солнца крыши Среднего и Нижнего городов, спускающиеся с вершины холма к реке. У врат, отделяющих Средний город от Верхнего, королевского, топтались четверо стражей в остроконечных шлемах и рыжих плащах. Желая испытать свою силу, Ди Гон сосредоточил взгляд на одном из них, пробормотал заклинание.

Маленькая фигурка качнулась и повалилась навзничь. Три других стражника бросились к упавшему. Сирхар Урнгура, усмехнувшись, отошел от окна: сила была при нем. И еще – Дитя, чья мощь превосходила силу любого мага, даже Троя-Странника.

Вернулся Клет. Погруженный в собственные мысли Ди Гон не сразу заметил его.

Слуга кашлянул.

– Сделано, сирхар! – доложил он.– Через час начальники хогр дадут людей. Но ты… Тебе придется выполнить обещанное: воины желают увидеть обретших вечную жизнь!

– Увидят! Приготовь все для приношения. Позови старших жрецов: Тунга, Пуопа и Беда. Троих довольно. Если все пройдет как подобает, получишь девушку. Сам выберешь из тех, что привезли в прошлом месяце.

– Благодарю, сирхар! – Клет отвесил низкий поклон и вышел.

Ди Гон направился в соседнюю комнату, чтобы переодеться: он делал это сам, потому что не доверял слугам. Он помнил, как ушел в Нижний мир его учитель и предшественник.

В предалтарной Храма Хаора было холодно. Воинов бил озноб, но не потому что они мерзли (урнгриа привычен холод),– от страха.

Ди Гон лично осмотрел каждого и нашел, что все подходят как нельзя лучше.

– Воины! – произнес он с пафосом.– Ныне – ваш день! Ныне идете вы в лоно могучего и доброго Хаора, чтобы он очистил ваши души и даровал им ваши тела навеки. Если сочтет вас достойными дара, воины. Если же – нет, то участь ваша будет другой.

Великое перерождение ожидает вас, воины. Страшное произойдет с вами. Не осрамитесь! Не осрамите меня, вашего ходатая перед Великим!

Урнгурцы с трепетом глядели на коротышку колдуна. Впрочем, в этот момент он казался им огромным, как сам Хаор. Не без помощи иллюзии, конечно.

Из открытых ртов солдат шел пар, а кожа покрылась пупырышками: подземелье есть подземелье. Голому тут неуютно, даже если его и не пугают Хаором.

– Вот дверь, через которую вы войдете в бессмертие,– вещал маг.– По одному! Каждый из вас пойдет таким, каким пришел в мир,– нагим и одиноким! Первый – ты! – Ди Гон ткнул пальцем в грудь широкоплечего поджарого мужчины лет под сорок.– Остальные – по жребию! – Маг бросил на каменный пол костяной волчок с красной стрелкой. И покинул их.

Алтарная комната. Длинное помещение с низким потолком, вырубленное в скале. Вернее, расширенная руками человека подземная артерия, по которой когда-то вытекла на поверхность кровь тверди – выталкиваемая подземным давлением лава. Тусклые коптящие факелы на стенах. Массивные, грубо вытесанные колонны.

Полый алтарный камень располагался в дальнем конце зала, неподалеку от противоположного отверстия, которое было замуровано, чтобы подземные духи не поднимались из недр за душами живых.

Первый из Приносимых, опасливо озираясь, вошел в Алтарную. Один из жрецов, Тунг, тотчас плотно запер за ним дверь, а потом, подхватив под руки, Тунг и Пуоп поволокли человека к алтарю. Воин не сопротивлялся, лишь затравленно взглядывал то на одного, то на другого. Худые лица жрецов ничего не выражали: они выполняли рутинную работу.