Сунь Укун — Царь обезьян - У Чэнъэнь

– Эй, перевозчик! Подай сюда лодку!

Наконец показалась лодка, и перевозчик сказал:

– Кому надо на другой берег, садитесь, перевезу!

Когда лодка подплыла ближе, паломники увидели, что в ней сидит женщина.

– А где же хозяин? – спросил Сунь Укун.

Женщина ничего не ответила, лишь усмехнулась и перекинула на берег сходни. Первым влез в лодку Шасэн с пожитками, за ним поднялся Танский монах, поддерживаемый Сунь Укуном, и, наконец, Чжу Бацзе, который вел за собой белого коня. Женщина оттолкнула лодку шестом, взялась за весла, и очень скоро они оказались на другом берегу. Там они расплатились с женщиной, и она, привязав лодку, направилась к селению.

Река была до того чистой и прозрачной, что Танский монах вдруг почувствовал жажду и попросил Чжу Бацзе зачерпнуть воды.

– И я хочу пить, – сказал Чжу Бацзе.

Сунь Укун зачерпнул воды, подал чашку Сюаньцзану, тот выпил половину, а остальное допил Чжу Бацзе.

После этого паломники вышли на дорогу и двинулись дальше. Вдруг Танский монах завопил:

– Ох! Живот болит!

Следом за ним разохался Чжу Бацзе:

– И у меня болит!

– Это от холодной воды, – сказал Шасэн.

Чем дальше, тем сильнее маялись животами Танский монах и Чжу Бацзе, животы их прямо на глазах раздувались, а внутри словно что-то перекатывалось. Танскому монаху стало совсем худо.

Вдруг неподалеку от дороги они заметили небольшое селение и дерево с привязанными к нему двумя пучками соломы – знак того, что в селении есть кабачок.

Они быстро добрались до кабачка и в дверях увидели старуху, которая сучила пеньку.

Сунь Укун подошел, поздоровался с ней, рассказал, какая у них случилась беда, и попросил приготовить целебный отвар для учителя.

– Отвар не поможет, – ответила женщина, позвала монахов в дом и принялась рассказывать: – Страна наша зовется Силян, это женское царство, в нем совсем нет мужчин. Река, из которой вы пили воду, называется Мать-и-дитя. Когда девушке исполняется двадцать лет, она идет к реке, пьет воду и через несколько дней рожает. Ваш наставник попил воды из реки Мать-и-дитя, стало быть, ему придется рожать. Судите сами, какой тут отвар поможет?

Танский монах с перепугу даже в лице изменился.

– Братья мои! – вскричал он. – Что же нам делать теперь?

– О Небо! – со стоном проговорил Чжу Бацзе. – Как же у нас выйдет плод? Мы ведь мужчины!

Сунь Укун со смехом сказал:

– Образуется где-нибудь дырка между ребрами, через нее младенец и выйдет.

Чжу Бацзе все время вертелся от боли, тогда Шасэн ему сказал:

– Не вертись, братец, а то наживешь себе послеродовую горячку.

– Нет ли здесь поблизости врачевательницы, – обратился Танский монах к хозяйке. – Может, у нее найдется снадобье, изгоняющее плод? Я хорошо заплачу.

– Никакое снадобье не поможет, – отвечала женщина. – Но вот что я вам скажу. В трех тысячах ли к югу отсюда есть гора, которая называется Освобождение от мужского начала, а в горе – пещера Гибель Младенцев. В пещере бьет родник, избавляющий от зачатия. Достаточно сделать глоток, чтобы выгнать плод. Но этот родник вот уже несколько лет стережет какой-то праведник, который прозывается Святой исполнитель желаний. Ему надо дать денег и угостить его бараниной, вином и разными фруктами. Лишь тогда он разрешит взять из родника чашечку воды. Но вам, странствующим монахам, это не по карману. Так что придется вам в положенный срок родить.

Выслушав старуху, Сунь Укун очень обрадовался и сказал, обращаясь к Танскому монаху:

– Учитель! Теперь вам не о чем беспокоиться. Я живо доставлю вам воды из этого родника.

Старуха протянула Сунь Укуну большую глиняную патру и сказала:

– Возьми ее с собой, наберешь побольше воды, может, и нам когда-нибудь сгодится.

Сунь Укун взял патру, вышел из кабачка, подпрыгнул, сел на облако и умчался.

Вскоре он действительно увидел гору, а на северном ее склоне – небольшую усадьбу.

Сунь Укун подошел к воротам и тут увидел старца, который сидел на циновке, поджав под себя ноги. Великий Мудрец поставил патру на землю, приветствовал старца и сказал ему, зачем пришел.

– Я старший ученик и последователь праведника, которого ты ищешь, – выслушав Сунь Укуна, промолвил старик. – А ты кто?

– А я старший ученик и последователь Танского монаха, Сунь Укун, – сказал Великий Мудрец.

– Ну а где твои дары, вино и яства? – спросил старец.

– Я бедный монах, – отвечал Сунь Укун, – откуда же мне взять дары, вино и яства?

– Я вижу, ты совсем глуп! – со смехом промолвил старец. – Мой учитель и глотка воды не даст даром.

– А ты скажи ему, кто я, – отвечал Сунь Укун, – и он непременно разрешит мне взять воды из родника.

Пришлось старцу отправиться к праведнику с докладом.

А тот как раз играл в это время на цине.

– Наставник! – обратился к праведнику старец. – У ворот стоит какой-то монах, говорит, что он последователь и ученик Танского монаха и что зовут его Сунь Укун. Он просит у тебя воды из родника для своего учителя.

Стоило старцу произнести имя Сунь Укуна, как праведник вскипел от гнева, вскочил со своего места, положил цинь, облачился в рясу, взял волшебный крюк исполнения желаний и вышел из ворот.

Вот как он выглядел:

Высокая, в звездах, шапка

горит нестерпимым блеском,

Расшитая золотом ряса

пурпурным сияет светом.

Туфли узорного шелка

для ходьбы в небесных высотах,

Драгоценная опояска,

подвески с яшмовым звоном.

Волшебный «жуи» – посох счастья —

украшен крюком золоченым,

Сверкают феникса очи,

торчком суровые брови.

Обликом гордо-свирепым

схож с полководцем Вэнем,

Разве что по одежде

их различить сумеешь.

Сунь Укун сложил ладони, поклонился отшельнику и смиренно произнес:

– Я бедный монах, и зовут меня Сунь Укун.

– Ты и вправду Сунь Укун? – спросил праведник. – Или только прикрываешься его именем?

– Учитель, – отвечал Сунь Укун, – недаром говорят: «Достойный муж никогда не меняет ни имени, ни фамилии». Я и есть Сунь Укун, зачем же мне выдавать себя за Сунь Укуна?

– А меня ты знаешь? – спросил праведник.

– Нет, не знаю, – отвечал Сунь Укун.

– Так с какой стати ты явился ко мне? – спросил праведник.

– Дело в том, – отвечал Сунь Укун, – что мой учитель Танский монах выпил воды из реки Мать-и-дитя и зачал. Вот я и пришел попросить у тебя чашку родниковой воды, чтобы выгнать плод из чрева моего учителя.