Сказители - Утхит Хемамун

прабабушки и отпечаток стопы Будды. Я впитывала эти сказания, которые превращали меня в личность, связывая меня со сказаниями, родившимися до меня. Это истории моего настоящего, о том, что произошло со мной: как моя ссора с бойфрендом каким-то образом сподвигла меня служить прошлому, которое я не создавала, вынудила меня стать частью этой истории, начать изучать прошлые события и проследить их происхождение, выслушать все истории о вещах, которые произошли давным-давно. Прошлое врезается в меня. Ответственна ли я за все это – предания о моих предках, сказания, что обволакивают меня, – за узы и обязательства, что достаются мне вместе с ними? Не я их создатель, не я их причина, но меня попросили их не забывать, заставили их запомнить и прожить свою жизнь продолжением прошлого.

А что насчет моего настоящего? Можно подумать, что я захотела бы вписать его в это грандиозное повествование.

Я безлика, моя внешность сокрыта во многом оттого, что я не особенно полагаюсь на физический облик. Я двигаюсь со своими мыслями, а они, в свою очередь, определяют мою личность в этом повествовании. Мое окружение – предметы, свет и тени, погода – амбивалентно. Оно утрачивает свои формы и исчезает, если я перестаю его замечать и тщательно рассматривать.

Интересно, есть ли у меня убеждения и вера во что-либо. Я критически анализирую вещи через сравнения и взаимосвязи. Но если у меня есть убеждения или вера, то это может быть иррациональным. И если это так, то позволите ли вы мне сохранить их?

Вызволите ли вы меня из этого повествования и тех, что возникли прежде?

Ведь я появилась уже потом.

Это древние сказания, настолько древние, что они совершенно незнакомы кому-то вроде меня. Мои вспоминания недолговечны и мимолетны, и чтобы запомнить их, появятся новые истории. Мое время движется быстрее, оно не охватывает такие же длинные периоды, как в прошлом, так же как настоящее пространство сейчас куда менее огромно. Но на самом деле я не привязана к земле, к территории, к владению, к дому, к долгой истории, из которой и возникают подобные глубокие привязанности. Даже земля чужда таким, как я, таким, кто живет в квадратной комнатушке в кондоминиуме. Теперь мы должны делить жилое пространство. Мы отдалились от тех конфликтов прошлого. У нас есть любовь, привязанности, вещи, верования, которые являются исключительно нашими. А те конфликты прошлого, те общества, в которых они возникали: они кажутся слишком архаичными, слишком дикими, слишком варварскими. Они дремлют в своих пещерах прошлого. Если же они до сих пор не устарели, если они вызывают у вас любопытство, если прошлое испытывает любопытство по отношению ко мне, тогда все годы, на которых я стою, все еще содержат мои сказания. Мои сказания не лучше и не хуже ваших, но у нас есть надежда и вера (термины, заимствованные из вашего времени). Осадок прошлого – здесь, в нашем настоящем.

Я не забыла прошлого, но я маневрирую в настоящем.

Вы можете меня освободить, чтобы я снова смогла родиться – в моем собственном сказании.

«Чути[90]»

Все как в тумане. Все смазано. Тонкая пелена тьмы не исчезает. Открывшись, мои глаза медленно привыкают к сумраку в комнате. Воздух на улице куда холоднее, чем обычно; это чувствуется даже при включенном кондиционере. Погода за окном усугубляет дело: утро кажется холодным и промозглым. Я сворачиваюсь калачиком под одеялом.

Свет струится в окно сквозь двойные шторы. Вдалеке ухает азиатская кукушка. Я дотягиваюсь до телефона, лежащего возле подушки, и включаю его. Экран, вспыхнув, освещает мое лицо. Время сейчас – 6:11 утра, температура – 20 градусов по Цельсию, небо мрачное и затянуто тучами, высокая вероятность дождя. Тропическая область низкого давления, пришедшая из Китая, распространилась по северу, северо-востоку и по центральным областям страны. Между тем над Сиамским заливом и прилегающими областями господствует влажный воздух, с моря, где ярится прибой, дуют сильные ветра. Из-за столкновения двух типов воздушных масс формируются густые тучи. В южных регионах ожидаются существенные дожди, ливни ожидаются и в центральном регионе.

Мой палец стучит по иконке видеокамеры на экране, я фокусирую объектив на своем лице. Лицо человека, который только что проснулся, представляет собой малоприятное зрелище: сонные глаза, запах изо рта, щеки в помятостях от ворочания по подушке и простыне, не расчесанные волосы. Но это мое лицо: желтоватая кожа, высокий лоб, густые брови (их надо бы подровнять!), глаза, не слишком большие, не слишком маленькие, небольшая родинка под левым глазом. Под этим углом мой нос кажется огромным, а губы толстыми. Этот ракурс меня не красит, так фоткаться точно не стоит. Все знают, какая сторона у них рабочая.

Я закрываю приложение, перебарывая искушение пробежаться по своим аккаунтам в соцсетях. Я встаю с кровати. Открываю дверь на террасу. С девятого этажа моего дома видно, что небо в тучах, как и предсказывал смартфон. Воздух холодный, но влажный сквознячок продувает здание, с легким свистом влетая в окно. Эхо от уханья азиатской кукушки сегодня раздается громче обычного. Во дворе под окном тихо. Наверное, еще слишком рано, и никто пока не проснулся. Безмолвная толпа припаркованных автомобилей и велосипедов заняла почти все свободное пространство у дома. Земля кажется темнее, чем всегда, вероятно, от дождя, шедшего вчера всю ночь.

В углу моей террасы стоят несколько цветочных горшков. Все это кустики розмарина, и самый крупный из них – «мама»: я когда-то срезала с нее стебли и высадила как рассаду в другие горшки. В первую неделю они выглядели чахлыми, словно умирали, но постепенно расправились. Я так была рада видеть, как они упрямо ввинчивали корни в землю, что их можно трогать, вдыхать их аромат со своих ладоней. Сегодня утром, как мне показалось, их даже не надо поливать.

Вернувшись в комнату, я завариваю травяной чай для улучшения пищеварения. У меня часто случается запор, поэтому я пью травяной чай каждое утро и уж потом иду в ванную и готовлюсь к очередному дню.

Сегодня утром я намерена сходить в университетскую библиотеку, хотя то, что я ищу, можно найти и в онлайне, не выходя из общежития. Но сегодня это кажется мне необходимым. Мне хочется попутешествовать в пространстве и времени. Думаю, нужно делать то, что хочется, а не позволять себе увязнуть в трясине бездействия. Это как прогноз погоды: цифры, высветившиеся на экране моего смартфона, – всего лишь порог, окно или рамка, сквозь которую можно увидеть вещи, которые мы хотим узнать. Сами по себе они никакое не