Малец - Мари Уинтерс Хэйсен

* * *

Лукас внимательно разглядывал высокого, загорелого человека, который помогал матери выгружать повозку перед небольшим, но опрятным домом. «Не может быть, чтобы это был мой брат!» — с удивлением подумал он. Когда четыре года назад Лукас покидал дом, Самюэл едва доставал ему до подбородка. Теперь малец выглядел выше старшего брата.

— Привет, ма, — обратился бывший солдат.

На голос обернулась вся семья. Слезы катились по лицу Уиллы, когда она про себя воздавала молитву благодарности за возвращение сына.

— Лукас! — закричал от радости Самюэл.

— Дай-ка взгляну на тебя, — сказал после объятий старший брат. — Я почти не узнал тебя.

— Потому что я больше не малец.

— Не хорохорься. Я всегда буду старшим, а ты останешься малышом в моих глазах.

— Ты, должно быть, голоден, — произнесла Уилла, предпочитая сосредоточиться на мирских делах, а не на волнующей сцене возвращения сына.

— Конечно же, — ответил Лукас и последовал за матерью и братом в дом.

— Не верится, что вы с мамой живете в этом доме.

— Это наш кров, — пояснил Самюэл. — Все не так, как при жизни папы. У меня постоянная работа, больше не нужно скитаться.

— Это то, что ты всегда хотел: свой дом.

— У меня есть девушка.

Лукас поднял брови и улыбнулся.

— Не брешешь? Тогда ты превзошел все мои ожидания: малец нашел себе девушку вперед брата.

— Ну, ты был на войне.

Братья умылись и сели за кухонный стол.

— А теперь расскажи-ка мне о своей девушке, — сказал Лукас и почувствовал легкую зависть к счастью брата.

Лицо Самюэля покраснело от смущения.

— Она самая красивая и добрая девушка в городе. Теперь, когда война кончилась, я собираюсь просить ее руки.

— Собрался жениться? Когда?

— Я думаю покончить с холостяцкой жизнью, как только накоплю денег, чтобы добавить комнату в доме. Но хватит говорить обо мне. А как ты? Чем займешься после армии?

— Если честно, то еще об этом не думал. Поищу работу и жилье.

— Можешь остаться здесь, — заверил его Самюэл. — Это такой же дом, как и твой. А что касается работы, то ее полно на лесопилке.

— Кажется, ты расписал всю мою жизнь.

Уилла поставила еду на стол и села между сыновьями. Как только Лукас потянулся за печеньем, она легонько стукнула его по руке.

— Не имеет значения, что это домашний праздник, — произнесла она. — Прежде чем ты положишь кусок в рот, склони голову и поблагодари Господа за то, что Он посылает.

Хотя сыновья сделали так, как велела мать, их молитвы скорее были просто словами, так как ни один молодой человек не верил в то, что божественное существо их услышит.

* * *

Лукас влажной тряпкой вытер испарину со лба. Было жарко, как в пекле, и его рубашка промокла от пота до самого торса. Но не жара делала его несчастным: ныл каждый мускул тела. Несмотря на то что годы в армии не стали простой прогулкой, а ношением оружия и походами на длительное расстояние с полной выкладкой, он не был физически готов таскать тяжелые бревна на лесопилке.

«Видит Бог, иногда мне жаль, что война закончилась», — думал он.

Самюэл, со своей стороны, ничего не имел против тяжелого труда. В отличие от отца, который прокладывал железную дорогу, работа на лесопилке была постоянной. Он мог обеспечить Марджори и будущих детей домом и спокойным будущим.

Хотя братья и поддерживали тесные семейные узы, но выросли не теми, кем собирались стать в жизни. Самюэл после ухода брата в армию провел последние четыре года в заботах о матери и доме. Лукас же видел и делал на войне то, чего младший брат не мог бы и представить. Находясь в армии, он встречал людей из Нью-Йорка, Бостона и Филадельфии и слушал рассказы о жизни в больших городах.

«Для такого человека, как я, обязательно нужно возвратиться на Восток, — заключил Лукас. — Если бы только были деньги добраться туда и устроиться, пока не найду работу…»

Он, работая на лесопилке, никогда бы не отложил деньги на такое мероприятие. Падший духом бывший солдат смирился с тяжелой работой и жизнью, как вдруг прочитал о братьях Фрэнке и Джессе Джеймсе, бывшими сторонниками конфедератов, которые, как полагали, участвовали в ограблении сберегательного банка графства Клей в городке Либерти, штат Миссури. Такое дело казалось гораздо прибыльнее, чем перетаскивание бревен: не так устает тело.

У Лукаса не было угрызения совести от такого поступка. Банк — это бизнес. Это не то чтобы ограбить человека. Конечно, нарушение закона всегда подразумевает опасность. И все же, с одной стороны, он понимал, что глупо беспокоиться, если застрелят полицейские, так как лицом к лицу сталкивался со смертью во время сражений.

«С другой стороны, станет не так опасно, если у меня появится напарник на стреме».

Единственным человеком, которому он полностью доверял, оставался Самюэл. Тем временем младший брат был доволен судьбой: он имел кров над головой, постоянную работу и подругу, на которой собирался жениться. Зачем ему рисковать жизнью ради такого безрассудного плана?

«Потому что мой брат отдаст жизнь, если я попрошу».

В тот вечер после ужина мужчины отправились купаться на реку. Сняв покрытую пылью и пропитанную потом одежду, Лукас вошел в реку и остановился по грудь в тихо бегущем потоке.

— Хорошо после долгого дня на лесопилке? — спросил Самюэл.

— Конечно, малец.

— Когда же ты перестаешь меня так называть. Вот уже скоро я стану женатым и появятся свои мальцы.

Это был тот момент, которого ждал Лукас.

— Должно быть, в маленьком доме станет многолюдно: ты, мама, твоя жена и детишки.

— Добавим комнату. Не забудь, ты живешь с нами.

— Не могу же я всегда оставаться с вами. Недавно у меня появилось страстное желание переехать в город.

Самюэл с ужасом посмотрел на старшего брата. Ему в голову никогда не приходило, что Лукас может покинуть родное гнездо.

— Последнее время я много думал о жизни, — продолжил Лукас. — Теперь, когда война кончилась, удачу можно найти на Востоке. Человек с мозгами и небольшими деньгами может превратиться в миллионера.

— Что ж, признаюсь, у тебя есть мозги, но где возьмешь деньги?

— Где, ты думаешь, их берут люди? В банке.

— Просто придешь и попросишь дать в долг, и они дадут?

— Я не говорю о кредите. Я говорю о том, как их взять