Венская рапсодия - Юлия Дростен

Фанни хихикнула и раскрыла веер, прикрыв им лицо так, чтобы видны были только глаза.

— Разве смысл бала-маскарада не в том, чтобы не раскрывать себя?

— Вы играете моими чувствами, — отозвался мужчина. — Как мне найти вас снова, если вы не даете ни единого намека?

— Быть может, я потеряю на лестнице туфельку, покидая бал.

— Которую я после должен примерить всем будапештским дамам? Ваша жестокость не знает границ.

— Что поделать. Если вы и в самом деле хотите меня найти, придется постараться.

— О! — воскликнул мужчина и вскинул брови. — Мне кажется или я слышу очаровательный венский акцент, моя прекрасная незнакомка?

В этот момент заигрывания прервал другой мужской голос:

— Приветствую, д’Артаньян! Вот ты где!

— Надеюсь, ты не собирался скрыть от нас это сокровище, мой друг? — раздался еще один голос, за которым последовал третий:

— Неслыханно: придержать для себя самую очаровательную девушку на балу!

Мужчина, которого другие называли д’Артаньяном, нетерпеливо повернулся к своим приятелям и негодующе рявкнул:

— Вы с очевидностью не знаете, когда нужно испариться!

— Но-но, — возразил первый. — Разве наш девиз не «один за всех и все за одного»?

— Я вынужден вас настоятельно попросить: никаких дерзостей в присутствии дамы! — Д’Артаньян сделал шаг в сторону троицы, но его друзья лишь с усмешкой скрестили руки на груди и не подумали двинуться с места.

Фанни отклонилась в сторону, чтобы д’Артаньян не заслонял ей обзор. Три молодых мужчины, одетые в похожие костюмы, с интересом смотрели на нее.

Д’Артаньян предложил Фанни руку:

— Пойдемте со мной, прекрасная незнакомка! Я избавлю вас от общества этой неотесанной солдатни.

— Простите, но вы же знаете, что я… — начала девушка робко.

— Эта дама со мной! — раздался возглас совсем рядом.

Четверо мужчин повернулись, а Фанни вздрогнула, будто ее застали врасплох.

— Иза… ой, Джон… Откуда?..

— Кажется, я пришел вовремя, резко прервала ее Изабелла и пробилась через группу мушкетеров. Ее глаза метали молнии, и она совсем не обращала внимания, что из обоих бокалов, которые она держала, выплескивается шампанское.

— Наша прекрасная незнакомка — добыча флибустьера, — язвительно заметил один из мушкетеров.

— А флибустьеры свою добычу без боя не отдают, — добавил второй.

— Этот пират встал тебе поперек дороги, не правда ли, любезный д’Артаньян? — подлил масла в огонь третий.

Д’Артаньян не реагировал. Он будто прирос к месту, пристально глядя на корсара. Изабелла поставила оба бокала на столик рядом с креслом, в котором сидела Фанни.

— Исчезните, иначе мне придется поставить в известность охрану! — заявила барышня Кальман, обращаясь ко всем четверым.

— Не горячитесь, сударь! — Один из мушкетеров сделал примирительный жест. — Мы начинаем тактическое отступление. — Он коротко поклонился и отошел. Двое других последовали за ним.

Лишь д’Артаньян не двинулся с места. Изабелла сделала угрожающий шаг в его сторону, но вместо того, чтобы уклониться, он схватил ее за плечо.

— Что вы себе позволяете! — вскрикнула она и безуспешно попробовала высвободиться.

Фанни вскочила с кресла и, потрясая кулаками, бросилась на д’Артаньяна:

— Убирайся, грубиян, а то схлопочешь!

И Изабелла, и ее противник повернулись и уставились на нее. Фанни была настроена воинственно:

— Я не шучу!

Д’Артаньян коротко кивнул. Но перед тем, как отпустить Изабеллу, наклонился к ней и прошептал что-то на ухо. Пару секунд все трое молча смотрели друг на друга. После этого Изабелла взяла Фанни под руку:

— Пойдем!

Д’Артаньян проследил, как пара удаляется. Когда девушки исчезли, он тоже собрался уйти, но тут взгляд его упал на бархатную сумочку Фанни: вскочив, чтобы вступиться за Изабеллу, та не заметила, как сумочка соскользнула с колен. Мужчина нагнулся, поднял изящную вещипу, задумчиво осмотрел со всех сторон, после чего положил во внутренний карман плаща.

— Что такое сказал вам этот незнакомец? — хотела знать Фанни. Внезапное окончание вечера потрясло ее прежде всего тем, что они вылетели из здания оперы, будто два вора, которых застигли на месте преступления

На площади Изабелла втолкнула ее в первый попавшийся фиакр. Пока они тряслись по будапештской булыжной мостовой, Фанни пыталась понять, почему прекрасный вечер так резко оборвался. Но барышня не отвечала на вопросы, к тому же занавески были задернуты и Фанни не видела ее лица. Однако она слышала стесненное дыхание, будто Изабелла пыталась сдержать слезы.

— Чем он вас так напугал? — спросила Фанни настойчиво.

Изабелла тихо вздохнула.

— Пожалуйста, не спрашивай, — хрипло ответила она после короткой паузы. — Я не могу тебе этого объяснить.

Такой ответ еще больше сбил Фанни с толку. Кто же этот незнакомец, назвавшийся д’Артаньяном? Девушка перестала сожалеть о том, что отказала ему в танце. Теперь она мысленно проклинала человека, который испортил чудесный вечер и огорчил ее госпожу. Фанни услышала, как Изабелла тихо всхлипывает, протянула руку и положила свои пальцы поверх ее. Рука Изабеллы дрогнула, но осталась лежать на месте.

Чуть позже фиакр остановился у особняка Кальманов, и девушки вышли. Пока Изабелла расплачивалась с кучером, Фанни изучала фасад. Занавески на окнах квартир главного дворецкого и домоправительницы были опущены, и она надеялась, что оба спят, а не наблюдают за ними в щелку.

Вслед за Изабеллой она быстро прошла через ворота во двор, слабо освещенный несколькими фонарями.

— Мои родители еще не вернулись, но сейчас едва за полночь, — сказала Изабелла, посмотрев на пустой гараж.

Они проскользнули через дверь для прислуги, разулись и на цыпочках вошли в дом. Вскоре обе оказались в комнате Изабеллы.

Барышня вошла первой, подождала Фанни и закрыла защелку. Только после этого девушки сняли маски.

Когда Фанни хотела положить свою маску в сумочку, у нее вырвался возглас досады.

— Проклятье! Я потеряла сумочку! Наверняка выронила, когда мы убегали! А внутри была бальная книжка. Как жалко! Я хотела сохранить ее как напоминание о вечере.

Изабелла повернулась к ней. В падавшем через окно свете луны она казалось бледной, а глаза у нее загадочно мерцали. Госпожа подошла к Фанни и взяла ее лицо в свои ладони.

— Я и хотела, чтобы этот вечер оказался незабываемым. Мне очень жаль.

Слова Изабеллы смутили Фанни.

— Но вечер все равно выдался прекрасный, милостивая сударыня. Без вас мне никогда не посчастливилось бы оказаться на таком чудесном празднике.

— Может, ты просто хочешь меня утешить?

— Нет, я говорю правду, — заверила ее девушка. — Не хотите ли вы наконец рассказать, что вас настолько потрясло? Вы знаете того господина, я права?

На лице Изабеллы появилась грустная улыбка. Ее руки скользнули по лицу Фанни и коснулись серебристого парика. Барышня осторожно стянула его с головы камеристки, бросила на пол и запустила пальцы в примятые париком волосы.

— Ах, моя маленькая Фанни… —