Исчисление ангелов - Грегори Киз

Показалось лицо самого Мафусаила. Его глаз почти не было видно в морщинистых складках, а скулы на худом лице выступали так остро, что казалось, они вот-вот прорвут прозрачную кожу. Борода напоминала выбившийся из расщелины белый альпийский мох, она прядями свисала и ложилась на маленький круглый живот. Легкие как пух волосы выбивались из-под черной шапочки, и голубая вена четко выступала на лбу. Бен затруднялся сказать, что выражали нахмуренные брови старика – удивление или раздражение, а может быть, он с таким лицом и родился.

– Еще очень рано, – сказал Мафусаил старческим, дребезжащим голосом, – я как раз молился.

– Прошу прощения, господин… – Бен замолчал, потому что понял, что не знает полное имя старика. Пытаясь скрыть неловкость, он начал с другого: – Меня зовут Бенджамин Франклин, я ученик сэра Исаака Ньютона. Мой учитель послал меня…

– Я знаю, кто вы.

Бен открыл рот от изумления.

– Мой учитель заранее сообщил о моем визите?

– О вас много говорят, herr Zauberlehrling. Вы тот юноша, который носит «одежду Адама».

Бен растерянно заморгал глазами:

– Я вас не понимаю, сэр.

Мафусаил тяжело вздохнул:

– Так зачем же вы пожаловали?

Бен просиял:

– А, так, значит, вас все-таки предупредили о моем приходе.

Борода закачалась взад-вперед.

– Еще раз говорю, что нет. Юные христиане не решаются по собственной воле посещать Еврейский квартал и беспокоить стариков, если только их за чем-нибудь сюда не пошлют.

– А, понятно. Тогда вот… – Бен протянул старику клочок бумаги, но тот даже не сделал движения, чтобы взять его.

– Я не надел очки, прочитайте, что там написано.

– Ммм… «Сефер Ха-Разим». Книга.

Мафусаил посмотрел на него долгим взглядом, едва заметная загадочная улыбка блуждала по его лицу. Пауза затянулась настолько, что Бен уже и не знал, собирается старик ему что-нибудь отвечать или нет. Испытывая неловкость от молчания, он сказал:

– Сэр, я немного смущен, поскольку не знаю, с кем я говорю.

– Я ни на мгновение не сомневался в том, что вы не знаете, – ответил старик. – Я рабби Исаак бен Иешуа. – Он поджал губы. – У меня без церемоний. Входите.

– Сэр, а как же насчет книги?

– Все верно, у меня есть такая книга, юный господин, но я бы хотел знать, для чего она понадобилась вашему учителю Ньютону.

– Я вас не понимаю.

– Видите ли, я читал некоторые его труды. Я и сам алхимик. И книга, которую он желает получить, – совершеннейшая глупость и будет ему совершенно бесполезна.

Бен пожал плечами:

– Я уже давно перестал задавать себе вопросы, почему интересы моего учителя смещаются то в одну, то в другую сторону. Я знаю только, что он с большим уважением относится к книгам еврейских мудрецов. Он верит, что древние пророки обладали более глубокими и совершенными знаниями, чем те, что доступны нашему веку.

Рабби посмотрел на него с некоторым удивлением:

– Он действительно так думает?

– Действительно, уверяю вас.

Рабби задумчиво покачал головой:

– Я все еще размышляю, мудрый ли это шаг с его стороны – окунуться в тайну этой книги. Боюсь, это такая книга, которую осилит не каждый, а только тот, кто постиг глубину Талмуда и Зоара.

– Я знаю, что он прочитал их обе.

– Я не сказал «прочитал», я сказал «постиг глубину».

Бен вздохнул:

– Господин, если бы я пришел к вам по собственной воле, я бы послушался вашего совета. Но меня прислал мой учитель, он желает получить эту книгу.

– Он вправе желать все, что угодно. Но я не уверен, что мне удастся ее найти.

– Господин, я вас умоляю, вы уж постарайтесь ее отыскать. Просьба моего учителя выражает волю самого императора.

– Просьба… Понимаю, просьба. – Старик нахмурился, глядя в пол, затем пожал плечами: – Ну что ж, подождите меня здесь.

Старик ушел и долго не возвращался, так что у Бена было предостаточно времени, чтобы порадоваться своей сообразительности и настойчивости, которую он проявил в разговоре со стариком.

Но ожидание так затянулось, что он уже начал беспокоиться: вдруг рабби покинул дом через какой-нибудь потайной ход. Но спустя еще несколько минут старик все же вернулся, ворча и неся в руках внушительных размеров фолиант. Он с явной неохотой передал книгу Бену.

– Эту книгу желает получить ваш учитель? – спросил рабби.

Бен посмотрел на титульный лист книги. Конечно же, заглавие было на древнееврейском. Крайней справа была буква «samekh», которая соответствовала латинской «s», за ней следовала «ре», а за ней «resh». И конечно же, не было ни одной гласной, но можно было догадаться, что первое слово было «Сефер». Он мог бы задержать внимание на заглавии, поднатужиться и прочитать его до конца. Но он не стал этого делать, чтобы не показывать старику глубину своего невежества.

Это казалось Бену глупым занятием. Он улыбнулся, передал внушительный фолиант Роберту и протянул руку рабби:

– Благодарю вас, господин рабби, от себя и от лица моего учителя.

– Вы вернете книгу?

– Ну конечно, господин рабби. – С этими словами Бен повернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился и снова обратился к старику: – А что вы имели в виду, когда сказали, что видите меня в «одежде Адама»?

Рабби поднял вверх костлявый палец:

– Когда Адам был изгнан из райского сада, Бог даровал ему одежду, в которой он делался невидимым, и потому прикоснуться к нему было невозможно.

– А, вы имели в виду мою эгиду.

– Называйте это как хотите. Эта одежда не вам предназначена, она украдена.

– Украдена? Нет, я ее сделал своими собственными руками.

– Чтобы ее сделать, вы пользовались знаниями, а знания украсть легче всего. – Старик говорил, а взгляд его был прикован к книге в руках Роберта.

– Знания не обязательно воровать, их можно приобрести, – возразил Бен. – И конечно же, Бог ценит то, что мы стремимся познать созданный Им мир, а не просто живем и наслаждаемся его совершенством.

Рабби усмехнулся:

– Вы знаете, кто последний носил «одежду Адама»?

– Нет, господин рабби.

– От Адама одежда его передавалась из поколения в поколение, пока не досталась Нимроду. Нимрод носил ее для того, чтобы снискать силу и славу, чтобы заставить людей поклоняться ему как Богу, чтобы построить башню до небес. И он был наказан за это. А теперь идите, до свидания.