Rotten. Вход воспрещен - Джон Лайдон

И он пошел. Вот только она его не приняла. Сид был грязнулей, периодически забывал, что нужно помыться. Это был своего рода антимодный период его жизни. Из вычурного модника и пижона он превратился вдруг в отменную свинью. Стремную такую, с панковской прической. Крисси посмотрела на него и моментально открестилась.

КРИССИ ХАЙНД: Это был период, когда я должна была выйти замуж за Джона, чтобы остаться в стране. У меня возникли проблемы, и мне нужно было покинуть страну. Я понятия не имею, нравилась ли я когда-либо Джону, были ли мы друзьями, но вроде как он периодически проводил со мной время. Он был так болезненно застенчив с женщинами, что даже когда приходил на ночь ко мне домой, вел себя так, что я начинала с ним осторожничать, дабы не спугнуть. Нужно было сразу разделить свое и его пространство. Джон не проявлял никакой сексуальной активности. Он был очень застенчив, и за это приходилось его уважать.

По правде говоря, я сама не была секс-бомбой. Тогда я занималась сквоттингом и у меня не было ничего. Да и мне не хотелось.

Я обкрадывала магазины и делала это лучше, чем Джон. У меня был крохотный ключ от дверного замка в мое жилище, я дала его Сиду. Он повесил его на цепь.

Несколько недель спустя я так и не смогла ничего добиться от Джона, а время у меня было на исходе. Оставалось лишь несколько дней, которые я могла находиться в стране, и я просто теряла время.

Однажды, после того самого шоу Билла Гранди, стало ясно, что Джон становится знаменитым. Мы с ним тогда очень долго гуляли, и он был очень подавлен. Он боялся, что его друзья оставят его и вообще все вокруг изменится в худшую сторону. Он был очень близок со своей матерью. Он был просто маленьким ирландским мальчиком из Финсбери Парка. Тогда он взял на себя больше, чем мог вынести, и это сильно его расстраивало. Мне кажется, что он был близок со своей ирландской семьей, представлявшей рабочий класс.

Но мне все еще нужно было выйти за кого-то замуж, чтобы остаться в стране. Наконец, я застала Джона и Сида за выпивкой в пабе «Робак». Я подошла и прямо спросила: «Джон, как насчет нашей договоренности, ты же помнишь?»

«Ой, черт!» – взвыл он и уронил голову на руки прямо за барной стойкой.

Сид беспрестанно повторял: «Эй, в чем дело, в чем дело?»

Кто-то что-то пробормотал о моей истекающей визе. Сид встал и заявил: «Я понял! Ты хочешь выйти замуж за Джона, потому что он вот-вот станет знаменитой рок-звездой, и тогда ты забеременеешь, и тогда…»

Он все говорил и говорил, описывая свой абсурдный сценарий – поток его мыслей напоминал бессвязный бред какой-нибудь группи-девчонки из семидесятых. Все были в ужасе от того, какой идиотизм исходил от Сида. Внезапно он понял, что несет дичь, и заявил: «Хорошо, я готов сделать это, но должен что-то с этого получить!»

«Два фунта!» – предложила я.

«Окей, по рукам!» – сказал он.

Затем мне нужно было найти место, где он мог бы остановиться.

Я высадила его в Клэпхэме и отправилась в Хакни, чтобы получить его свидетельство о рождении, потому что он был несовершеннолетним. Затем я вернулась в Клэпхэм, чтобы переночевать, пока у него была очередная свиданка с девчонкой в моей кровати. Тогда никто не относился к сексу сентиментально. Помню, как их локти и колени упирались в мою спину всю ночь.

Все следующее утро мне пришлось держать Сида за руку, чтобы он не смылся. Я отвела его в регистрационный офис. На следующий день ему нужно было предстать перед судом за то, что он кого-то ранил осколком в глаз, поэтому мы так и не поженились.

Я не стала миссис Вишес, да и миссис Роттен стать мне тоже было не суждено, как я подозреваю, из-за его отношений с матерью. Его крепкие семейные узы воспрепятствовали бы нашему браку. Его родители были бы расстроены, если бы узнали о нашем союзе.

ДЖОН ЛАЙДОН: Когда я снимал квартиру с Сидом на Сазерлэнд Авеню – Нэнси, разумеется, тоже была там – в ней была пара спален. Все мои друзья приходили ко мне в одну часть дома, к Сиду и Нэнси – в другую. Я просто не переваривал их героиновые приключения. Однажды ночью, когда они ушли, я, Вубл и Джон Грэй нашли их иголки. Я вычистил этими иголками грязь из-под ногтей. Теперь это кажется опасным, но идея была в том, чтобы эта грязь подействовала, и они заразились и сдохли или что-то в этом роде. Может быть, это была преднамеренная попытка убийства. Я сделал это из глубочайшего чувства отвращения и презрения. Я более не мог ее терпеть. Это был какой-то беспредел! К тому же она была настолько тупой, что ее можно было сравнить с гангстерами в кино. Откуда ты? «Ньююю-Йооо-орк», – отвечала Нэнси противным голосом, растягивая гласные. Почему ты здесь? «Наркотаааааааааааа».

БОБ ГРУЭН: Нэнси Спанджен изначально была подругой Джонни Сандерса и Джерри. Даже не любовницей, она была не очень привлекательной. Если честно, она была даже страшной, не считая того факта, что без конца ныла и скулила. Она могла быть настоящим гвоздем в заднице. Я не имею ничего против нее, она была добра ко мне и ко многим другим парням.

КРИССИ ХАЙНД: Люди из Нью-Йорка явились в нашу жизнь и притащили с собой героин. Все, конец истории. Правда, кроме героина они еще приперли Нэнси Спанджен, которая превратила Сида в секс-раба. Абсолютно все говорили Сиду, что Нэнси мерзкая, и он должен бросить ее. Но помните, почему Сида звали Сидом? Потому что он ненавидел свое имя. Поэтому когда кто-то говорил, что Нэнси была ужасна, что нужно избавиться от нее, Сид не слушал. Он любил упираться рогами. Уже то, что Нэнси вызывала боль во всех частях тела у людей, слышавших ее имя, заставляло его еще больше к ней цепляться. Плюс мы не могли здесь применить реверсивную психологию или показать наше одобрение, потому что не было никого, кто захотел бы палец о палец ударить ради этой клячи.

Так называемый тур Anarchy в декабре 1976 года был очень смешным действом. Малкольм проработал все возможные детали. Агентство забронировало весь тур, и было весело тусоваться в одном автобусе с другими группами. Мы ладили друг с другом хорошо – Pistols, The Heart breakers, The Damned, The Clash. C The Clash, правда, получился какой-то бред, потому что им нужно было больше денег или чего-то там еще. Они решили ехать отдельно от нас. Потом, в свою очередь, The Damned решили, что они пупы земли. Эго сделало свое дело. Единственная причина, по которой The Heartbreakers не отвалились, была в том, что у них совсем не было эго. Сандерс плотно сидел на наркоте, и ему все было по барабану. Сид постоянно был с нами. Спать в автобусе, конечно, ужасно, но может быть и вполне весело, если ты находишься с людьми, которые подготовились к тому, чтобы веселиться. Так вы меньше склонны к тому, чтобы начать ненавидеть друг друга оттого, что приходится постоянно видеть одни и те же четыре лица. Как менеджер, Малкольм мог бы приложить чуть больше усилий. Какой смысл все это было организовывать, называть туром, а затем отправлять нас в северную часть страны, чтобы мы катались из города в город, проводили две ночи в гостинице, устраивали один концерт, а затем еще одну неделю слонялись без дела? Это было примерно так: «Ну что, организуем концерт в городе… а нет, отбой! Поехали дальше!» Опять никаких альтернатив, никаких замен и никаких денег.