Последняя стража - Шамай Голан

– Ну, бабай, почем твой изюм? – А затем, бросив в рот изюминку-другую и едва дослушав ответ, устремиться дальше, чтобы следующую остановку совершить перед лотком с горячими лепешками.

Вам наверное, неизвестно, что существуют многочисленные их разновидности, но Хаймек знал их все: черные, испеченные из ячменной муки, белые – из пшеничной, серые – из ржаной и желтые – из кукурузной. Знал он и то, что не цвет был в лепешках главным. Черные, к примеру, были сытными, но вкус у них оставлял желать лучшего. Белые, о, да! Белые лепешки были превосходны, по краям у них образовывалась корочка, которая так восхитительно хрустела на зубах… но, увы, белые лепешки подтверждали ту нехитрую истину, что все хорошее тут же имеет и обратную сторону – так белые лепешки стоили почти вдвое дороже черных и ими никогда нельзя было наесться досыта. Так что Хаймек, будучи при деньгах, чаще всего покупал себе желтые – кукурузные лепешки, у которых был более или менее приемлемый вкус и разумная цена. И насыщали они хорошо – двумя лепешками из кукурузной муки он, Хаймек, вполне затыкал – на какое-то время, ту голодную дыру, что круглый день зияла у него в животе. Тем не менее, даже потратив все свои деньги до последней копейки, Хаймек еще долго бродит меж торговыми рядами, поглядывая на ярлыки с ценами и примечая – на всякий случай, где что плохо лежит.

Это – если были хоть какие-то деньги.

Но случалось и иначе.

Когда денег не было. Совсем. Бывали такие черные дни, когда ему не удавалось заработать ничего, несмотря на то, что он честно трудился вместе с мамой и носил, носил большие дыни, не давая себе передышки, обливаясь липким потом, подвергая себя ежедневно опасности оступиться, запрыгивая на ходу на вагонные ступени или, наоборот, спрыгивая с набирающего скорость поезда. Несчастные случаи не были чем-то из ряда вон выходящим. Они происходили едва ли не ежедневно – пока что с другими. С девчушкой по имени Сарка, например. Что тут можно сказать… Не повезло? Или – сама виновата?

В случае с Саркой это было именно так. В том, что случилось, целиком была виновата она сама. Ну кто, скажите, не знает, что спрыгивать с поезда можно только по ходу движения состава. Хаймек был просто уверен, что это известно любому малышу. Ему даже нравилось проделывать подобные трюки при случае… а случаев было предостаточно…

Итак, они с мамой торговали дынями. С утра пораньше они отправлялись на базар, покупали у заспанного продавца по дешевке две-три дыни и шли к железной дороге. Мама оставалась с товаром где-нибудь в укромном уголке, в то время как Хаймек пробирался внутрь вагонов, предлагая дыню пассажирам, толпящимся в битком набитых проходах и переходных площадках. Дождавшись, пока поезд сбросит скорость на подходе к платформе, он с кошачьей ловкостью хватался одной рукой за поручень, другой крепко прижимая к себе спелую дыню, размером больше его головы. Через тамбур врывался он в проход между полками, ввинчивался между пассажирами, крича во все горло:

– А вот дыня! Кому дыня! Налетай, покупай, никому не отдавай, дыня гладкая, очень сладкая… Всего одна… кто купит дыню… сладкую, как мед, кто купит, тот и пьет…

Говорить в рифму его научил еще коротышка-комендант в Сибири.

Если удача сопутствует ему, то уже через несколько минут он возвращается обратно. Но бывает и иначе – дыню у него покупают не сразу. А бывает, что не покупают и вовсе. И тогда он применяет другую тактику. Не кричит, как молодой петух, а просит слабым, как у умирающего, голосом. Просит… а иногда и умоляет. Тут уже все зависит от удачи. Успел стать первым – твое счастье. Не успел – не жалуйся. Жди. Придет и твоя минута.

В тот день, когда Сарка попала под поезд, Хаймек к прибытию опоздал. Задержался. Чуть-чуть тут, немного там. Не смог протиснуться в плотной толпе, валившей к поезду «экспресс», который и стоял-то всего две минуты. В коридоре мягкого вагона Хаймека остановил молодой человек из первого купе. В приоткрытую дверь видна была раскинувшаяся на диване молодая красивая женщина. Ноги ее были прикрыты шикарным мужским пальто.

– Купите дыню, – крикнул залихватски Хаймек. – Отдам дешево… сладкая, как мед…

– Ой, я так хочу дыни, – капризно протянула красавица. – Купи у него, милый…

Мужчина, восхитительно пахнувший одеколоном, спросил у мальчика:

– Ну, и сколько ты за нее хочешь?

– Такая сладкая, – затянул привычно Хаймек, закатывая глаза.

– Я спрашиваю, сколько она стоит?

Мужчина благоухал, как райский сад.

– Пятнадцать рублей, – словно бросаясь в воду, выпалил Хаймек, слегка удивляясь собственной наглости. Никогда прежде он не просил таких денег за обыкновенную, в общем-то дыню. На базаре такую можно было, при случае, купить за три… от силы за пять рублей. Как раз столько и отдала за нее этим утром мама. Но Хаймек знал уже, что молодые мужчина и женщина, которые могут себе позволить разъезжать в отдельном купе поезда «экспресс» скорее всего не станут торговаться из-за лишнего рубля.

И он был прав.

Мужчина совершенно равнодушно полез уже было в кожаный бумажник за деньгами, как в полуоткрытую дверь купе выглянула очаровательная головка. Увидев Хаймека, дама испустила вопль, словно кошка, которой наступили на хвост.

– Что ты хочешь купить у этого оборванца! – буквально завопила она.

Мужчина шагнул к ней, и, примиряюще, зашептал что-то в маленькое ушко. Хаймеку показалось даже, что мужчина легонько поцеловал свою даму. Он вполне допускал такое.

– Выгони его из вагона, – решительно потребовала красавица, уклоняясь от поцелуя. – Посмотри только, какой он грязный! На нем могут быть даже вши!

Увы, это было правдой. Вши могли быть. И помыться Хаймеку не помешало бы… Но какое отношение все это имело к его дыне? От всего, сказанного дамой, она не становилась менее сладкой…

Паровоз испустил долгий свисток и, готовясь к отправлению, слегка дернул состав. Это означало, что уже через несколько секунд «экспресс» продолжит свой путь. Надо было спешить.

– Дяденька, – сказал Хаймек самым жалобным голосом. – Возьмите у меня дыню за десять рублей.

Если это пройдет, – подумал мальчик, моментально производя в уме несколько арифметических действий, его прибыль позволит ему купить на базаре половину лепешки.

Мужчина бросил на свою очаровательную спутницу нерешительный взгляд.

– Ты хотела дыни, – напомнил он. – Мне кажется, эта хороша…

– Но не из рук этого ужасного грязнули. Ладно… дай ему рубль и пусть убирается.

Начальник станции в красной фуражке дал сигнал к отправлению. Паровоз, напружинившись, дернул состав… медленно провернувшись, заскрипели колеса с каждым оборотом ощутимо набирая скорость. Мужчина протянул Хаймеку рубль.

– Вот…бери, и уходи побыстрее.

Хаймек стоял, прижимая к себе свою дыню. Красивая дама дергала дверь купе, пытаясь ее закрыть.

Ощущая какую-то тоску, Хаймек сказал ей: