Боги войны - Дмитрий Агалаков

Посол понизил голос до шёпота:

– Коли этих сорок вырезать, – оглядываясь на полог шатра, тоненько прошипел он, – Ермака куда легче одолеть будет!

– Страшные слова ты говоришь!

– Зато верные, мой господин! И ты сам знаешь об этом!

– Знаю, – отвернувшись, глухим голосом откликнулся Карача. – Знаю…

Ум опытного политика Карачи сразу заработал в нужном направлении. Устранив Ивана Кольцо, они подберутся к Ермаку так близко, что останется нанести последний и смертельный удар. А там – Кучум? Но и с ним он сладит! Сеид-хан? И с ним потягается! Избавиться от казаков – вот самая тяжёлая задача! Невыполнимая задача! Но теперь, после этой зимы…

Пир казакам устроили на славу. В большом шатре праздновали встречу! Сами татары не пили, но хмельной мёд подливали гостям обильно. Говорили о вечной дружбе и мире. Сладко говорили татары! И слаще всех – Карача. Только глубокой ночью решили идти на сон.

– Будет тебе нынче подарок, атаман, – сказал Карача Ивану. – Хороший подарок! Сладкий!

Иван Кольцо прищурил глаз:

– Что ж, коли сладкий, визирь, то отведаю!

Сорок казаков разбрелись по шатрам. И лучший, конечно, достался Ивану Кольцо. Выставили и охрану – трёх казаков. Но они зевали после мёда-то!

Когда атаман вошёл в шатёр, то увидел при свете масляного светильника в центре юрты молодую рабыню. Она лежала в подушках, поджав ноги. Узкими степными глазами рабыня смотрела на него – полуголая, тоненькая, в ожерельях, с длинными косами.

– А ты хороша, – молвил Иван Кольцо. – Как тебя зовут?

– Гюрза, – ответила та.

– Цепкое имя! А ну-ка раздень меня, милая Гюрза…

Рабыня поняла его с полуслова: она своё дело знала… Такие же рабыни, только поскромнее, ждали ещё четырех казаков – десятников Ивана Кольцо – в шатре для его командиров… Прошло ещё время, и рабыни Карачи стали выбираться из шатров. Змеями они ускользали прочь.

Вынырнула из шатра атамана и Гюрза. Ярко светила луна. Оглянувшись на полог, она улыбнулась.

– Ты куда?! – прихватил её за руку сторожевой казак.

Она попыталась вырваться, но куда там!

– А меня поцеловать? – казак хитро прищурил глаза. – Или ты только атаманов целуешь? – голос его непроизвольно стал громче. – Так и я, красавица, атаманом буду!

Но Гюрза только приложила пальчик к губам и сказала:

– Тсс!

– Сказал: не отпущу! – прихватил её крепче казак. – Целуй!

Она потянулась и чмокнула его в губы – и тотчас же бросилась в тень деревьев.

– Так бы сразу! – усмехнулся ей вслед казак. – Шальная девка! Дикая…

А рабыни уже и след простыл.

– Спит русич! – тихонько сказала в темноте деревьев Гюрза. – Крепко спит!

О том же сообщили и другие рабыни, посланные владыкой здешних мест к казакам. И вскоре уже из дальних шатров вышло с десяток лучников и стали подбираться к казачьим шатрам. Три постовых поймали по нескольку стрел разом и повалились в пожухлую прошлогоднюю траву и на оттаявший снег. И только тогда отовсюду стали бесшумно сходиться татарские лучники. Их было около сотни. Они грозно обступили шатры.

Карача сам руководил казнью:

– Жгите! – сказал он.

Другие татары бросились обливать шатры маслом, а третьи уже кидали на них факелы. Тряпичные дома вспыхнули, как соломенные снопы, яркие языки пламени устремились в ночь!..

С криками: «Горим!» – ничего не помнившие казаки, всё ещё хмельные, выбегали из пылающих домов в исподнем и тотчас же ловили свистящие стрелы. Никто толком и не понял, что случилось, что это засада! Выбежал из своего шатра и атаман Иван Кольцо. С десяток стрел – чтобы наверняка! – ударили ему грудь! Этой ночью он был самой знатной мишенью! Чёрные тени с луками обступали его – и вдалеке, в окружении своих людей, стоял визирь Карача. Стоял и смеялся над своим врагом!

– Прости, Ермак, – прохрипел Иван, падая на колени, – отомсти за меня! Жестоко отомсти…

Он упал лицом в снег. Шатры догорали. Повсюду лежали убитые казаки. Из темноты вышел визирь Карача, подошёл к мёртвому атаману и с хищной улыбкой пнул его в плечо:

– Я же говорил: будет тебе подарок, атаман!