Боги войны - Дмитрий Агалаков

В одну из ночных вылазок люди Карачи повредили большинство казачьих стругов. Да, остров в устье Тобола был куда лучшей крепостью, чем Кашлык! Но кто знал, что Карача окажется вероломным убийцей. Ведь как льстиво – по-азиатски хитро! – подкрался он к русским атаманам! К тому же воспоминания о страшной зиме и сотни мёртвых товарищей, захороненных совсем рядом, угнетали сердца ермаковцев.

Теперь казаки пожалели, что ушли с острова. Сейчас бы они могли прыгнуть в струги и поплыть на авось на запад. А теперь приближался решающий бой…

В Кашлыке таяли запасы еды. Все дороги, по которым дружественно настроенные к казакам ханты и манси везли провиант, были перекрыты. Но и казаки не тратили времени даром: самые ловкие и опытные, прежде, в иных краях, обходившие и посты турок, и крымцев с ногайцами, устроили разведку. Они уходили в ночь и возвращались с подробным рассказом о лагере Карачи под Кашлыком, о расположении шатров и страже, которую выставлял визирь.

– В удалом набеге твоя душа, – в один из тех июньских дней сказал Ермак своему товарищу Мещеряку. – Ждать больше нельзя. Дикий вепрь ждёт тебя в лесу. Отбери самых крепких и умелых. Это будет твоя лучшая битва, Матвей!

– Для того кабана у меня рогатина всегда с собой, – кивнул Мещеряк.

У Карачи, если правильно сообщила разведка, было от полутысячи до тысячи людей. А это против сотни казаков – целое войско! Ну так не в первый раз!..

Как часто тот, кто считает себя сильнейшим, оказывается слабейшим! Как часто тот, кто недооценивает противника, оступается и залетает в западню своего же высокомерия!

И расплачивается за свой промах жизнью!

Мещеряк отобрал семьдесят самых надёжных и опытных воинов из оставшихся бойцов Ермака. Казаки взяли самых лучших коней. В ту теплую июньскую ночь из Кашлыка выехал вооружённый до зубов отряд. Казаки везли по две пищали на брата, благо дело, ружей осталось у них предостаточно: хозяева пищалей лежали под землёй на Карачином острове. У каждого казака было по две сабли и по два кинжала. Тяжёлая амуниция, но нужная! И были луки у самых умелых – снимать постовых! Спешились за пару вёрст от татарского лагеря. Было за полночь. Тревожно ухал филин в густом лесу. Лошадям перевязали морды и оставили под присмотром двух казаков. Хорошо зная местность, казаки приблизились к стану Карачи. Выставленную стражу, не ожидавшую нападения, а потому и не самую сметливую, казаки поразили стрелами. Раненых стремительно добили ножами.

И уже скоро отряд оказался перед шатрами Карачи, стоявшими в редколесье. Шатёр главнокомандующего возвышался на холме. Каждому было ясно – тут почивает хозяин! Рядом с ним высились и шатры придворных.

– Дадим святым кулаком да по кривой роже! – сказал Мещеряк. И добавил: – Пленных не брать.

Тишина стояла удивительная, и только было слышно, как храпят в походных шатрах нукеры Карачи, дожидающиеся своей скорой победы.

Казаки зажгли фитили пищалей и приблизились к шатрам.

– Крепко спите, богатуры? – спросил атаман. – Пора вставать! Всевышний зовёт!

С десяток казаков запалили смоляные факелы и бросили их на шатры. Всё повторилось! То, что происходило три месяца назад на Таре, случилось на Иртыше!

Факелы подожгли шатры. Татары в подштанниках выбежали наружу. Первые залпы всколыхнули лес, и скоро уже страшный грохот аукался по всей округе. Казаки рычали от ярости и удовольствия, когда свинец разрывал плоть ополоумевших от страха татар. Иные выбегали с луками, но прицелиться не успевали! Около сотни татар сразу повалилось у своих шатров. Казаки перезаряжали пищали с завидной сноровкой, но сибирцев было куда больше, чем казацких ружей! Если бы татары не оказались застигнуты врасплох, если бы собрались духом! Но не тут-то было! Лютый страх перед казаками и перед неожиданным возмездием парализовал их! Ведь где гром ружей – там и казаки! А где казаки – там неминуемая смерть. Кругом пылали шатры. Часть татарского лагеря уже была перебита, казаки подступили к холму, над которым возвышался шатёр Карачи.

– Тата! Тата! – кричал вооружённый бритый юнец в одних штанах, с саблей наголо.

Он только что выскочил их шатра. Казак прицелился – бац! – и парнишке снесло полголовы.

– Вот тебе тата! – зло и весело сказал казак.

За первым вылетел и другой молодой татарин, и тоже с саблей. Двое казаков разрядили и в него свои пищали – второго юнца, изорванного свинцом, отбросило назад – в шатёр.

Это были два сына Карачи. Другие казаки расстреляли весь штаб визиря, а заодно и его родню, пытавшуюся оказать сопротивление. Оставшихся добивали саблями.

– Карачу мне! Карачу! – гневно ревел Матвей Мещеряк, и, кажется, ночной лес дрожал от его голоса!

Но Карачи не было! Телохранители вырезали из шатра кусок материала и вытащили обделавшегося от страха Карачу наружу. А ведь его и ноги не несли! Какая страшная ждала бы его смерть! Тем более от тех людей, что нашли в себе силы горсткой напасть на целое войско!

Карачу донесли до Иртыша. Луна сверкала в спящей реке, рисовавшей тут большую подкову. За Карачей бежали и другие татары – бежали сломя голову.

– Назад, трусы, назад! Аллах покарает вас! – кричал визирь своим людям, которые высыпали на тот же берег. – Разбойников не может быть много! Трусы! Трусы!

В ту июньскую ночь ужас сибирских татар был так велик, что они не сразу сообразили, что казаков и впрямь не может быть много! Как ни верти, но не более сотни! А их-то – почти тысяча! И разбежавшееся войско вновь стало собираться – теперь для ответного удара. Когда пристыженные Карачей татары вновь подступили к своему лагерю, Карача был уже на том берегу Иртыша. Татары, собрав всю свою волю, устрашающе визжа, пошли на штурм. И тут их встретили два стройных залпа, прогремевших один за другим, уложив ещё более сотни человек. Только тут татары обнаружили, что у них нет командира. Они шли в атаку сами собой. Некому было давать приказы. А у казаков было кому! Воспользовавшись заминкой татар Карачи, Матвей Мещеряк отбросил пищаль и выхватил сразу два сабли.

– За Ваньку Кольцо! Никого не жалеть! В строганину всех!

И все казаки, что были на холме, вытянули из ножен сабли и кинжалы и бросились вниз. И второй раз татары не ожидали подобной удали от русских. И воины Карачи – уже второй раз! – побежали назад к Иртышу. Но сама смерть неслась за ними! Казаки резали их на бегу – никого не жалели! Да и зачем? Всех под нож! До единого!

И уже скоро весь участок лесостепи от лагеря Карачи до самого Иртыша был усеян трупами сибирских татар.

Казаки потеряли не более десяти человек. И ещё человек двадцать было ранено. Внезапность решила всё. Бой оказался избиением. Его последствия для Карачи и его будущего в Сибири стали роковыми. Иван Кольцо был отомщён сторицей.

Матвей Мещеряк вернулся в Кашлык победителем. Они привезли много оружия и провианта. Ведь Карача брал еды на целую армию! И сейчас эта еда была на верблюдах, ослах и лошадях.