Сказители - Утхит Хемамун

– Ты видел мое лицо. Теперь я вынужден сожрать твое Время.

В ужасе я стремительно бросилась прочь, крича что есть мочи.

Я услышала, как Кала тоже закричал, и его разъятый рот стал заглатывать мое Время, год за годом, пока он внезапно не метнулся в противоположном направлении. Наконец я выползла из джунглей. Никогда в жизни я не ощущала себя такой выжатой, как в тот момент. Мои некогда такие яркие воспоминания начали тускнеть, а затем потускневшие воспоминания полностью растаяли. Окружавшая меня местность принялась медленно разваливаться на куски, превращаясь в незнакомый пейзаж. И тут до меня дошло: покуда я спасалась бегством от Калы, от меня ускользнули 700 лет моего Времени.

Я коза из пророчества Будды

Совершенно обессиленная, я с трудом выбралась из джунглей и оказалась на бескрайней равнине. Передо мной возник вид, которого я не встречала ни в одной из своих прошлых жизней: повсюду, насколько хватало глаз, расстилались поля – травы, риса, овощей и злаков, разделенные глубокими бороздами в земле. Оголодавшая, я поползла к ним, чтобы поесть, но меня быстро отогнали жители деревни. Когда же они осознали, что существо, позарившееся на их урожай, на самом деле был нага, люди схватились за свои копья, луки и стрелы, намереваясь либо убить меня и съесть, либо оставить в качестве экзотического домашнего питомца. К счастью, мне удалось спастись от этих мерзких людей. И не успела я глазом моргнуть, как оказалась у горы, где находилась пещера Пхра Нгам.

Подножье горы поросло лесом, там и сям виднелись деревеньки. Я чувствовала себя гораздо спокойнее, незаметно передвигаясь лесными тропами. Невысоко над землей я увидела вход в пещеру. Не привлекая ничьего внимания, я вползла внутрь и сразу очутилась словно в коконе влажного воздуха. Внутри пещера была щедро освещена и заполнена сталагмитами и сталактитами. Скажу я тебе, дитя мое, это была необычайная красота! Но еще замечательнее был силуэт Будды, вырезанный на стене пещеры. Полагаю, именно этот образ и дал ей имя, и, дитя мое, я была воистину заворожена. Мне казалось, будто сам Будда сидел передо мной, готовый обратиться ко мне с проповедью.

Будда был высечен сидящим, скрестив ноги, на цветке лотоса, над головой его сиял нимб, а руки были подняты, символизируя момент поучения. Вокруг него изображались боги и люди-приверженцы, учтиво внимающие его проповеди. Сцена иллюстрировала путешествие Будды к горе Паттхави, где он обратил в буддизм охотника Сатчапхана и где боги слетелись к горе, осветив ночное небо и земли своим ярким сиянием. Я восхищалась картиной, охваченная чувством умиротворения, а потом, медленно свернувшись под ней клубком, уснула.

Меня разбудило приглушенное песнопение. Подняв голову, я увидела отшельника, погруженного в медитацию и шепчущего что-то нечленораздельное. Не желая его потревожить, я продолжала лежать и наблюдать. Через мгновение он сам заговорил со мной, не открывая глаз.

– От чего ты бежала, дитя мое?

От кхмеров, безмолвно подумала я. Я бежала, ища защиты у Будды.

Он понимающе кивнул.

– Не бойся. Королевства Лаво давно нет.

– Но я только что спаслась от кхмерских войск, которые маршировали через джунгли, – сообщила я ему.

– Это было восемьсот лет тому назад, дитя мое, – ответил отшельник. – Мои видения говорят, что твое Время сожрал Кала. Все кхмеры давно изгнаны отсюда, а немногие уцелевшие нашли прибежище в деревнях у подножия этой горы.

– Но джунгли и горы возродились после падения королевства Лаво?

– Дитя мое, джунгли и горы принадлежат королевству Аютия[21], которое правило этой землей и ее людьми сотни лет. Неважно, кем ты была раньше, потому что теперь все принадлежит Сиаму: и горы, и деревья, и ручьи, и древние места поклонения, и жизни всех людей.

Отшельник на мгновение умолк, а затем добавил:

– И ты тоже создание Сиама.

– Как и ты! – поддразнила его я.

– Ого! Какой остроумный! – усмехнулся он. – Дорогое мое дитя, ты знаешь, кто заявлял претензии на эти территории?

Я не знала.

– Те, кто уверял, что они – коза Будды, – засмеялся он.

Отшельник оказался словоохотливым. Сгустилась ночь, а он все делился со мной своими нескончаемыми рассказами.

Начал он с прибытия Будды на гору Паттхави и с чуда, которое тот сотворил на глазах у всех, сидя на кроне большого дерева в ампхё Нонг Сано[22]. Взглянув с высоты вниз, Будда заметил пасшуюся рядом козу и улыбнулся. Ананда, его ученик, увидел, что он улыбается, и с любопытством спросил у Будды, что тот увидел…

– Вот эта коза, – ответил Будда, – возродится и в следующей жизни станет могущественным королем, кому суждено споспешествовать процветанию буддизма в далеком будущем.

За время существования в этих местах королевства Лаво также укрепились во власти два других королевства: Харипунчай и Тамбралинга[23]. Харипунчаи были потомками монов, которых кхмеры изгнали с их исконных земель. Они вновь обрели силу и отвоевали прежние земли. Пока шла эта битва, войска Тамбралинга приблизились к месту сражения с юга. Они ждали, покуда обе армии истощат друг друга, а затем воспользовались ситуацией и нанесли поражение обеим. Став победителями в Войне трех королевств, Тамбралинги провозгласили принца Кампхота, сына своего короля, новым правителем королевства Лаво. Тамбралинги продолжали править Лаво многие годы, до того момента, как в столице вспыхнуло восстание во время правления Пхра тяо Ситхаммасокарата. Все население королевства было вынуждено мигрировать обратно на юг, где они восстановили столицу в Накхонситхаммарате.

Город Лаво обезлюдел, но по всему Суварнабхуми продолжали возникать новые королевства: Сукхотхай, Ланна, Накхонситхаммарат и Пхриппхри в тянгвате Пхетбури[24].

Династия Ситхаммасокарат и династия Утхонга[25] развивали близкие отношения и наладили прочные торговые связи, а оба их короля происходили из кхмеров[26], по крайней мере так говорят.

Новое королевство на юге, построенное Ситхаммасокаратами, стало процветать. Могущество короля Ситхаммасокарата прославилось в тех землях: этот король завоевал двенадцать городов, наименовав их названиями животных китайского зодиака, и успешно укрепил буддистскую веру, перенеся останки Будды в город Накхонситхаммарат, где их надлежало сохранить.

Однажды, выступая перед придворными, военачальниками и советниками, король Ситхаммасокарата объявил, что он-де реинкарнация козы из пророчества Будды. Вскоре после чего король Ситхаммасокарата почил, и трон перешел по наследству к его вице-королю.

Государство Пхетбури и королевство Накхонситхаммарат согласились на полюбовный раздел своих земель. Оба союзника договорились, что южные области отныне будут принадлежать Накхонситхаммарату, а северные области – государству Пхетбури. Договор был скреплен браком между сыновьями и дочерями обоих королевских семейств. Когда же король Пхетбури скончался, на трон взошел новый король по имени Утхонг.

Однако вскоре после наследования трона