Имам Шамиль - Шапи Казиев

В октябре Барятинский прибыл к Кавказской армии. Свое вступление в должность он ознаменовал приказом: «Воины Кавказа! Смотря на вас и дивясь вам, я вырос и возмужал. От вас и ради вас я осчастливлен назначением быть вождем вашим и трудиться буду, чтобы оправдать такую милость, счастие и великую для меня честь. Да поможет нам Бог во всех предприятиях на славу государя».

Получив от Александра II полный «карт-бланш» и необходимые средства, Барятинский начал с решительных административных и военных реформ.

Желая освободиться от «бремени распорядительной и исполнительной власти», он передал гражданские дела образованному им же самим Главному управлению наместника кавказского. Администрация Кавказа получила полномочия особого Кавказского министерства.

Театр военных действий он разделил на пять военных отделов; для местного управления учредил округа, подразделенные на приставства, участки или наибства.

Кавказский корпус был переименован в Кавказскую армию, которой он давно уже был по своей численности. В распоряжении наместника оказалось более 200 тысяч солдат, в числе которых были и основные силы, действовавшие в Крымской войне, тогда как все войско имама, включая ополченцев, едва достигало сорока тысяч.

Началось и перевооружение войск. Нарезные винтовки, новые горные орудия, палатки, снаряжение — все новинки, появившиеся в ходе Крымской войны в российской и неприятельских армиях, широким потоком хлынули на Кавказ. На Барятинского работала вся Европа.

Позаботился он и о подготовке общественного мнения, вернее о том, чтобы оно ничего не знало.

Теперь газеты писали о чем угодно, только не о действительном положении дел на Кавказе. Считалось, что цензурные ограничения окупятся с лихвой, когда подданные Его Императорского Величества узнают, что с Шамилем покончено.

Член Государственного совета генерал-адъютант Н. Сухозанет представил императору особый доклад департамента Генерального штаба по делам кавказским:

«Вследствие разных статей, помещенных в английских и французских газетах, имеющих целью распространить в Европе невыгодное мнение о положении нашем на Кавказе и касающихся чести находящихся в том краю войск, Вашему Императорскому Величеству благоугодно было повелеть, чтобы в журналах, для противодействия неблаговидным намерениям иностранных газет, была напечатана с нашей стороны статья о занятиях войск Отдельного Кавказского корпуса в последнее время.

По личному моему объяснению с министром иностранных дел признано за лучшее, чтобы Военное министерство доставило князю Горчакову только материал для статьи, которая в политическом отношении будет дополнена уже в Министерстве иностранных дел.

…Вместе с тем имею счастие испрашивать Высочайшего разрешения Вашего Императорского Величества на сообщение министру иностранных дел ежемесячно статей, для напечатания в газетах, в которых будут излагаться вкратце сведения о действиях войск на Кавказе и вообще о положении нашем в этом краю».

Прочитав доклад, Александр II сделал на нем надпись: «Согласен».

Однако события на Кавказе уже сделались частью международной жизни, и ограничение сведений только подогревало интерес к Шамилю.