Я жду тебя - Рангея Рагхав

Главный сахиб еще не вернулся из инспекционной поездки, и Сукхрам решил сходить в деревню, хотя все небо было покрыто густыми облаками и вот-вот грозил пойти дождь. Когда заминдар увидел Сукхрама в форменной одежде, он даже вздрогнул. Люди, которые однажды засадили Сукхрама в камеру при полицейском участке, сегодня вдруг стали справляться о его здоровье. Сукхрам знал: их не интересует человек, они почитают только его должность. Он был всего лишь слугой, но слугой английского сахиба! Всего лишь жалкий хвост, но зато хвост самого льва!

На базаре с ним раскланивались и разговаривали как с равным. Торговцы обращались к нему со словами: «брат», «братец». Только один раз Сукхрам услышал, как за спиной кто-то сказал:

— Он же неприкасаемый. Ни один порядочный человек не живет у англичан. С ними уживаются только карнаты, мусорщики, прачки и кучера. Англичане не брезгуют есть и пить из рук этих людей. Нечестивцы! Недаром в «Бхагавате» написано: «В калиюге воцарится господство нечестивцев…»

Пошел дождь.

Сукхраму пора было возвращаться, но он с опаской поглядывал на небо, обложенное свинцовыми грозовыми тучами. Пока доберешься домой, промокнешь до нитки. А не пойти, Каджри станет ругаться, да и мэм сахиб будет недовольна. Махнув рукой, Сукхрам тронулся в путь, однако вскоре разразилась страшная гроза, дождь хлынул сплошным потоком, и Сукхрам вынужден был искать укрытия. «Теперь жизнь как будто наладилась, — думал он, стоя под навесом. — Все знают, кому я служу. Сахиб мною очень доволен. Жаль только, что он все в разъездах. Мэм сахиб сказала, что добьется для меня награды. Каджри прыгала от радости, когда услышала об этом. Шутка ли — ее муж получит медаль! Много ли в округе таких людей?»

Каджри испытывала новые, неведомые ранее чувства. Лицо ее осунулось, но на губах то и дело играла гордая, счастливая улыбка. Однажды она сказала ему, что ждет ребенка.

Сукхрам просиял.

— Правда? — недоверчиво переспросил он.

Каджри погладила его по голове и смутилась. А Сукхрам еще и еще раз всматривался в ее преображенное лицо, а потом нежно прижал ее к своей груди.

Каджри легла спать, так и не дождавшись Сукхрама.

Дождь лил не переставая. Куда же запропастился Сукхрам? Верно, где-нибудь застрял по дороге. Хорошо, что решил переждать, какая страшная гроза! — думала Каджри. Над самой крышей оглушительно гремел гром. А когда сверкала молния, Каджри чувствовала, что вместе с ней трепещет и еще кто-то под самым сердцем. «Он не простой ребенок, он детеныш льва. Значит, и сам будет настоящим львом», — подумала она и размечталась: она и Сукхрам состарятся, а их сын будет здоровым широкоплечим парнем. Каким он будет красивым! Даже красивее Сукхрама. Ему не будет равных. Ради него она всем пожертвует. Уже сейчас она начнет припасать разные лоскутки и тряпочки. Как только он родится, она приложит его к груди и накормит. Как не гордиться ей тем, что она способна дать новую жизнь? Что знает и умеет крохотный комочек, появившийся на свет? Какое чудо совершит она, когда вырастит этот комочек, каждое мгновение своего бытия она отдаст ребенку, даруя миру нового человека, сильного и прекрасного!

Малыш с беззубым ртом и пухлыми щечками будет улыбаться или плакать, шевеля крохотными ручками и ножками. Каджри убаюкает его, и он замолчит. Он будет улыбаться во сне, а ей будет казаться, что распустился цветок. Неужели таким крошкам снятся сны? Почему они улыбаются? Потом он начнет ползать, и у него появятся зубы. Он с восторгом будет ползать и кувыркаться по земле, а когда Каджри захочет поднять его, он будет драться и капризничать. Но Каджри не разрешит ему возиться в грязи, как бы он ни плакал.