Алексей Орлов - Нина Молева

— В Ватикан? Вот это и впрямь новость!

— Судите сами, гофмейстер и капеллан Ганецкий, шляхтичи Линовский и Станишевский — в свите, а единственные посетители — иезуиты Волович и Вонсович. Они же и врача для принцессы сыскали. Сказывают, видно, худо ей было, коли такой знаменитый врач, как Саличетти, и по ночам к ней приезжает.

— Так-так, а Рибас мне тут газеты приготовил, так в них пишут о переезде в Рим из Рагузы княжны Елизаветы Всероссийской.

— Простите, ваше сиятельство, но я осмелюсь внести уточнение — газеты только франкфуртские. Ни французских, ни итальянских нет. Может быть, это исходит от князя Лимбургского?

— Ты вовремя пришел, Рибас. Вокруг принцессы появились иезуиты. Надо узнать, насколько это серьезно.

— Вам же известно, ваше сиятельство, в. Ватикане происходят выборы. Кто-то должен занята место покойного Климента XIV. Наиболее вероятной считается кандидатура кардинала Джованни Алессандро Альбани, протектора Польского королевства. Так вот именно ему принцесса передала через своего капеллана Ганецкого письмо.

— Содержание?

— О нем можно только догадываться. Очевидно одно — принцесса просила о личном свидании.

— Откуда это известно? Вы знаете или делаете логические выводы, а это далеко не одно и то же?

— Судите сами, ваше сиятельство. Альбани, естественно, не мог выполнить просьбы принцессы, даже если бы захотел: до окончания выборов он не может покинуть конклава. Но он направил к принцессе своего самого доверенного — аббата Рокотани.

— Выходит, и честь оказал, и доверие проявил.

— Именно так. Тем более, что дело не ограничилось одной встречей. Аббат стал едва ли не завсегдатаем дома принцессы. Для него двери всегда открыты, а беседы с хозяйкой длятся часами.

— И вы до сих пор не нашли подхода к прислуге? Что за непростительное ротозейство! И это среди итальянцев, таких падких на золотые! Покупайте, господа, покупайте всех без разбору — время не терпит. Тебе что-то пришло на ум, Архаров?

— Ваше сиятельство, наши люди давно наблюдают за принцессой?

— Давно. А тебе на что?

— А что, если прибегнуть к обманному средству?

— Ты о чем?

— Так ведь принцесса до сих пор не догадывалась о наблюдении.

— Пожалуй, нет, иначе она начала бы беспокоиться, а такого мы не знаем.

— Что, если начать за ней наблюдать настолько открыто, что она заметит и обеспокоится?

— И что это даст?

— Ваше сиятельство, она кинется искать помощи у своих покровителей, которых мы всех сразу узнаем.

— А дальше?

— Мы узнаем, захотят ли ее покровители принять в ней участие и какое именно. А между тем можно будет дать ей понять, что это ваши слуги, которые ищут способа помочь вам познакомиться с принцессой и создать обстоятельства для вашего разговора. Надо, чтобы соглядатая поймали и, кто знает, показали самой принцессе. Ее подозрения развеются, и она может решиться на встречу с вашим сиятельством.

— Ты имеешь в виду кого-нибудь из слуг?

— Ни в коем случае, ваше сиятельство! Это может быть, для внушения полного доверия, переодетый слугой офицер высокого ранга, который мог бы сразу предъявить свои полномочия.

— Неплохо! Совсем неплохо. Но это займет несколько дней, и потому следует начать как можно раньше, хоть сегодня. Кристинек, мой выбор падает на тебя. Ты лучше всего подходишь для роли переодетого кавалера, а в случае удачи, сможешь как никто другой объяснить и выяснить положение вещей. И кстати, принцесса не нуждается в деньгах?

— Нуждается и даже очень. Широкий образ жизни сильно сказался на взятых с собой в дорогу средствах, а князь Филипп Фердинанд требует будущую супругу домой и до ее возвращения не собирается ей давать никаких займов.

— Кристинек, примите во внимание это обстоятельство и постарайтесь его использовать. Принцесса должна понять, что с нами у нее не будет никаких денежных затруднений.