Ноттингем - Лина Винчестер

От услышанного мое сердце радостно подскакивает, и мне едва удается сдержаться, чтобы не захлопать в ладоши.

– Ну что, куколки, берете? Как новичкам отдам со скидкой.

Держась за руки, мы с Хлоей уходим из-под трибун без товара, но зато с полезной информацией. У нас есть готовое доказательство, осталось только достать его. И сегодняшняя вечеринка после матча в доме у Лайнела, которого, кстати, давно не видно в школе, – идеальная возможность. У пьяного Лайнела будет намного легче украсть телефон, а если не сможем достать видео, то снимем новый компромат. Скинни ведь не просто так сказал, что Каллум выкупил все запасы для сегодняшнего вечера.

Только когда мы возвращаемся на места, я с ужасом вспоминаю о том, что сегодня запланировано наше первое свидание с Сойером. Печатая сообщение, я чувствую себя так, словно отказываюсь от мечты, хотя так и есть. А еще я вру Сойеру. Снова.

Райли:

Прости, но мы можем перенести наше настоящее свидание на завтра? Тут у Хлои ЧП, я нужна ей.

Прикусив губу, дергаю ногой, ожидая, когда загорятся две синих галочки под сообщением. Когда это происходит и Сойер печатает ответ, мой желудок скручивается от волнения. Мне так сильно не хочется, чтобы он подумал, будто мне наплевать. И еще больше я боюсь, что он как-то узнает о моей очередной лжи.

Сойер:

Конечно, Гномик. Напиши, если задержишься допоздна, встречу.

Я не знаю, можно ли постоянно заново влюбляться в одного и того же человека, но именно это я чувствую по отношению к Сойеру.

Глава 28

Ноттингем выигрывает финальный матч благодаря Каллуму. Всех накрывает волна радости, которая играет мне на руку. Чем больше счастья в пьяном народе, тем меньше вероятность, что меня заметят на вечеринке, на которую меня не приглашали.

С разных сторон в доме Лайнела люди скандируют то «Звезды», то «Каллум». Мы все ждали эту победу с того самого момента, как переступили порог старшей школы, – наш выпуск смог выиграть чемпионский кубок. Мне не верится, что я не прыгаю вместе со всеми, выкрикивая имена победителей, попутно обливаясь пивом.

В доме пахнет алкоголем, травкой и потом. Музыка гремит, басы гудят и вибрируют в груди. Мы с Хлоей разделяемся, чтобы найти Лайнела. Я без остановки оглядываю толпу, боясь попасться на глаза Каллуму.

Лайнела нет среди празднующих футболистов, нет в танцующей толпе пьяных девушек. Возможно, он уже увел одну из девчонок наверх. Я поднимаюсь на второй этаж и сразу нахожу нужную дверь, обклеенную стикерами с логотипом «Северных звезд». Остановившись, прижимаюсь щекой к двери и прислушиваюсь, ожидая услышать стоны. Крики и музыка с первого этажа мешают расслышать что-либо, поэтому я стучусь и, повернув ручку, заглядываю внутрь.

В комнате из освещения лишь настольная лампа и тусклый свет от экрана компьютера. На кровати лежит закутанный в одеяло Лайнел. Я захлопываю дверь, и он поворачивается.

– Какого черта ты здесь делаешь?

Ответ застревает в горле, когда я вижу его лицо. Под глазом у Карвета темный синяк.

– Кто тебя так?

– Упал, – накинув на голову капюшон толстовки, он накрывается одеялом до самого подбородка. – Уходи.

Я подхожу к кровати.

– Ты не появляешься в школе, пропустил финальный матч и лежишь тут, хотя вечеринка в честь победы твоей команды проходит в твоем доме.

– Что непонятного я сказал? Вали отсюда, Беннет.

– Это Каллум сделал, да? – Остановившись у кровати, я внимательно рассматриваю лицо Лайнела. Желтеющий ореол вокруг фингала говорит о том, что синяк не свежий. – Это из-за того, что я рассказала ему о твоих подкатах.

– Я сейчас возьму тебя за шкирку и вышвырну отсюда, – цедит он сквозь сжатые зубы.

В глазах Лайнела горят злость и обида. Но не на меня. Он ненавидит то, что лежит в своей комнате, как наказанный ребенок, потому что боится Каллума. По этой же причине вечеринка проходит в его доме. В доме, где раритетные фарфоровые фигурки в гостиной стоят дороже моей машины, а сейчас рядом с этими фигурками танцуют пьяные подростки и с большой долей вероятности случайно заденут и разобьют что-нибудь.

Лайнел Карвет раньше ни разу не проводил вечеринки у себя, несмотря на то что его родители постоянно в разъездах по работе. Готова поспорить, что об этом попросил Каллум, точнее, пригрозил поставить второй синяк, прекрасно зная, что преданный трус никому не пожалуется.

– Ты можешь отомстить ему, Лайнел. Можешь покончить с его тиранией прямо сейчас.

– Что ты несешь?

– У тебя есть видео, где Каллум курит травку, просто перешли мне его.

– Еще чего.

– Ты никого не сдашь, просто поделишься видео, и все. Все остальное я возьму на себя.

– Я сейчас поделюсь с Каллумом твоей просьбой, посмотрим, что он сделает с тобой после этого.

– Вся команда празднует победу, а ты не можешь спуститься. Ты боишься его, Лайнел, все боятся. А что, если вы поступите в один университет? Брайт будет пользоваться тобой и там.

В его взгляде читается беспокойство, и это придает мне веры, что я могу получить желаемое. Нужно лишь надавить на правильные рычаги, используя самолюбие Лайнела против него же.

– Да, Каллум – победитель и лидер, у него потребительское отношение к людям. Все парни хотят походить на него, все девушки хотят быть с ним. Но в курсе ли ты, что после него по популярности у девушек сразу идешь ты?

– Ну, конечно, – Карвет крякает в усмешке.

– Ты сам знаешь, насколько хорош собой. Когда я пришла в раздевалку, чтобы поговорить с Каллумом, то слышала, как парни обсуждали тебя, – они видят тебя в основном составе, а не на скамейке запасных. С тобой «Звезды» заиграют новыми красками. Каллум постоянно выставляет игроков дураками, которых он спасает. А еще в женском туалете о тебе говорят как о самом лучшем любовнике. И мне до чертиков хотелось бы проверить эти слухи на деле.

Словно забыв о злости, Лайнел приподнимается, прислоняясь спиной к изголовью кровати.

– Ты серьезно? – спрашивает он с недоверием.

– Конечно. Но сам знаешь Каллума, я боюсь его точно так же, как и все. Парни боятся признать нового лидера из-за страха перед ним. Давай на минутку включим воображение, представим, что то самое видео попало ко мне в руки: благодаря ему можно усмирить Каллума, благодаря этому видео Брайт станет твоим личным пажом, если ты этого пожелаешь. Он больше не