Баловни судьбы - Марта Кристенсен

— Когда думаете вернуться?

— Не имеем представления.

— Есть новости. Объявилась особа, которая была с ней в последний вечер.

— Кто такая? — спросил Валл.

— Видимо, подруга. Она сидит у Карлссона. Я хочу поговорить с ней.

— Здо́рово, — сказал Элг. — Надо надеяться, это что-нибудь нам даст.

— Загляните, когда вернетесь.

Она сидела на стуле, маленькая, испуганная, и беспокойно ерзала, особенно когда Карлссон или Маттиассон посматривали на нее. В одной руке она комкала носовой платок, в другой держала сигарету. Она держала ее над пепельницей и большим пальцем беспрерывно постукивала по фильтру, стряхивая пепел. Коротко и торопливо затягивалась и тут же выпускала дым.

На ней был красный брючный костюм, по-видимому на подкладке, и черные сапоги до колен. Сумочка лежала на коленях.

С виду ей было лет тридцать.

На самом же деле — двадцать три.

Звали ее Сильвия Кнутссон. У нее были светлые волосы и продолговатое лицо, сильно накрашенное.

— Ну вот, — сказал Маттиассон, вставая при виде Стура. — Это и есть Сильвия Кнутссон. В тот вечер она была вместе с Ильвой Нильссон.

Стур метнул на нее взгляд и снял пальто. Перекинув его через спинку стула, он положил поверх шляпу, а на шляпу кашне. Вытащил расческу и поправил пробор.

Потом заложил руки за спину и остановился перед девушкой. Небрежно поклонился.

— Комиссар Стур. Вам следовало бы прийти к нам раньше. Почему вы этого не сделали?

Он говорил спокойно, без малейшей укоризны в голосе. Казалось, он считает вполне естественным, что она явилась в полицию, — удивляется лишь, что она не пришла раньше.

— Я... я не решалась.

— Не решались? Но почему же? Разве мы такие страшные?

Он улыбнулся и присел на край стола совсем рядом с ней. Девушка чуть отодвинулась и погасила окурок. Но тотчас же зажгла новую сигарету и несколько раз лихорадочно затянулась.

— Когда я прочла о том, что случилось, я не смела даже выйти из дому. Сообщила на работу, что я больна, но скоро поняла, что не смогу до бесконечности сидеть взаперти...

Она сломала сигарету.

Стур отечески улыбнулся.

Девушка закурила новую.

— И вы поняли, что лучше прийти сюда?

— Да. Я была так... Мне так страшно...

— Кого же вы боитесь? Не нас же, — засмеялся Стур и посмотрел на Маттиассона и Карлссона.

Карлссон послушно засмеялся, у него получилось почти естественно. Маттиассону же удалось изобразить лишь нечто среднее между блеянием и ржанием.

Девушка посмотрела на Маттиассона и боязливо улыбнулась. Больше похоже было, что у нее судорожно дернулся уголок рта.

— Нет. Я боюсь его.

— Кого? — спросил Стур.

Лицо его стало серьезным, он наклонился к девушке.

— Его, конечно.

— Кого «его»?

— Того... того, кто это сделал...

Стур выпрямился и почесал за ухом. В руке у него оказались волоски. Он втянул в себя воздух и мигнул.

— Кто же он такой?

— Тот, с кем она ушла.

— Понятно, понятно. Как его зовут?

— Я не знаю.

— Не знаете? — Маттиассон был и удивлен и разочарован.

— Значит, не знаете. — Стур вздохнул и встал со стола. — Очень странно. И все же вы его боитесь?

— Что же тут странного?

— Послушайте, а что, если вы возьмете да и расскажете нам, как все было в тот вечер...

Валл звонил и звонил.

Наконец дверь открылась.

— В чем дело? — спросил хозяин квартиры, глядя на них.

— Ага, ты дома, — сказал Элг.

— Черт возьми, привет, — с удивлением отозвался Эрик Асп.

— Привет. Можно нам войти? Нам хотелось бы немножко потолковать с тобой...

— Конечно... А я тут взял несколько дней в счет отпуска перед рождеством.

На журнальном столике стояла полупустая бутылка пива. Возле нее кверху переплетом лежала раскрытая книжка, Элг прочел заглавие: «Труп в грузе».

Валл почесал лоб и взглянул на Аспа.

— Садитесь, — пригласил гигант. — Пива хотите?

Элг отрицательно помотал головой, Валл будто и не слышал вопроса.

Асп забеспокоился.

— В чем дело? У вас такой странный вид...

— Ильва Нильссон, — сказал Валл. — Это имя тебе что-нибудь говорит?

— А должно говорить?

— Ты ее знал.

— Я?

— Да, — сказал Элг. — Твой телефон у нее в записной книжке.

— А-а...

Он замолчал и уставился в стену.

Элг медлил, не зная, как повести разговор. Он закурил сигарету и взглянул на Аспа, потом на Валла, который сидел на диване, скрестив ноги, и пристальным взглядом рассматривал гиганта.

Фу, черт, подумал Элг.

— Ты газету читал? — спросил он.

— Да...

— Ты ведь был с ней знаком, да?

— Был.

— Расскажи нам о своем знакомстве с ней, — предложил он.

— Рассказывайте же, — сказал Стур.

Она поглядела на Стура, потом на Карлссона и Маттиассона, который рассматривал что-то на столе.

— Ну, мы были в гостинице, танцевали, закусывали... Рождество и так далее. Там было много народу, сами понимаете, праздники. Я тоже стала танцевать с одним... У него был знакомый. Они сидели в баре, и его знакомый пригласил Ильву... ну и... мы сидели, болтали и танцевали.

— Вы знали тех двоих?

— Нет. — Она энергично замотала головой.

— А Ильва знала?

— Нет... не думаю... По-моему, не знала.

— Так, значит, вы сидели...

— Да... мы танцевали и пили... немножко... так сказать... А потом праздник кончился, и... все разошлись.

— Мужчины вас провожали? — спросил Карлссон.

Стур одобрительно кивнул.

— Да...

— Все четверо пошли вместе? — продолжал Карлссон.

— Нет, нет... каждый к себе... точнее, по двое...

— А как звали того, что провожал вас?

— Он сказал — Сверкер...

— Фамилия?

— Это... этого он