«Корабль любви», Тайбэй - Эбигейл Хин Вэнь

— Что? — возмущается Софи. Судя по всему, вышеупомянутый тур чего-то да стоит.

Я мрачнею. Лагерь зубрил с правилами в духе семейства Ван! Драконша с ее южноминьским акцентом и химией а-ля баран здорово смахивает на маму. «Учеба на первом месте. Зачем тебе гулять с Меган, когда вы и так видитесь каждый день?» Лето обещает быть еще хуже, чем я ожидала.

Драконша отворачивается, чтобы убрать наши документы, и я наклоняюсь к Софи:

— Ты же говорила — никакого надзора.

— Существуют определенные правила. Просто нельзя попадаться. За всю историю лагеря домой отправили всего одного-двух человек.

— Вот еще что, — вспоминает Драконша. — Каждый год в последний вечер смены ребята устраивают шоу талантов.

Конечно, кто бы сомневался!

— Может, хотите поучаствовать?

«Ладно… Как насчет сольного танца с флагом?» Я мотаю головой.

— О, у меня нет талантов. — Софи радостно отодвигает от себя список, куда записываются участники шоу.

Меня разбирает смех. Эта девчонка порой обескураживает, но при этом кажется такой простой и веселой… Не ее вина, что она в родстве с чудо-мальчиком. Возможно, рядом с Софи это лето покажется мне более сносным.

Мы забираем чемоданы и направляемся к лифтам. Софи машет рукой нескольким парням, с которыми мы уже познакомились.

— Бенджи Цю — милашка, правда? — шепчет она. — А «Дэвид из Га-а-арварда» — такой клевый, как по-твоему?

— М-м… Э… — уклончиво мычу я. Бенджи привез с собой плюшевого медвежонка Димсума, — на мой взгляд, это уже перебор. Что касается Дэвида, то я определенно не поклонница козлиных бородок.

— Ой, гляди-ка! — Моя новая подружка срывает лиловый флаер с доски объявлений, пестрящей глянцевыми листовками с рекламой массажа, репетиторов, летних концертов, и устремляется в пустой лифт. — Нам нужен план! — Софи хлопает меня флаером по руке. — Клубы! У меня есть список лучших ресторанов. Ой, а еще фотосессия!

— Фотосессия? — Лифт взмывает ввысь, и у меня екает внутри. — Типа тех, что делают кинозвезды?

Фотосессия для девушки, которая только на прошлой неделе прикрепляла к доске объявлений у кабинета школьного психолога плакат «Что почитать на летних каникулах»?

— Мне это не по карману…

— Они дико дешевые, уж поверь. Я запишу нас. Кроме того, мы с Риком в конце месяца собираемся навестить нашу тетушку — и тебя, конечно, прихватим.

— О… э… Круто! — Как это великодушно с ее стороны: кажется, Софи ко мне прониклась, и я ловлю себя на том, что не хочу ее подводить. — Ты уверена?

— Соседка по комнате — свой человек! Особенно если она не бегает по комиссиям.

Мы хохочем.

— Я бы с удовольствием поехала. Но разве мы весь день не в классе? Да еще домашка каждый вечер. Где найти время, чтобы заняться чем-то еще?

Лифт останавливается на четвертом этаже, и я вытаскиваю свой чемодан в холл с синими шелковыми диванами вокруг черного лакированного стола. Софи озорно сверкает глазами:

— У нас пара часов по утрам плюс двухчасовое занятие по культуре после обеда. На домашку всем наплевать, а остальное время — в нашем распоряжении. — Она понижает голос. — Что нам сделают, если мы сбежим? Отправят домой? Исключено. Тут хотят, чтобы у нас сложилось хорошее впечатление о Тайване.

— Но штрафные баллы…

Позади нас звенят, открываясь, двери лифта. К моему удивлению, из него выходит Драконша с ломом в руке и таким свирепым лицом, словно она вот-вот изрыгнет пламя. За ней следом появляется Пань Мэйхуа — миниатюрная вожатая, которую недавно чуть не сбил с ног чудо-мальчик.

— Ой-ой-ой, — шепчет Софи. — Что-то приключилось.

Две женщины, минуя нас, подбегают к третьей белой двери по левую руку, Драконша отпирает ее ломиком и начинает распекать кого-то зычным голосом. Когда мы проходим мимо распахнутой двери, оттуда выскакивает полуобнаженная девица, хихикая и прижимая к лифчику розовое платье. Позади нее со смятой постели скатывается парень в черной рубашке. На его волнистых иссиня-черных взъерошенных, падающих на лицо волосах играют блики. Он хватает свои шорты, однако я мельком успеваю заметить его… хозяйство.

«О боже, боже, боже мой!»

Дома мне не разрешают смотреть даже сцены с поцелуями: в подобных случаях во время вечерних семейных кинопросмотров папа обязательно переключает канал. Теперь же я слишком ошеломлена, чтобы отвести взгляд. Через несколько секунд парень, уже в шортах, прошаркав мимо Драконши, выходит в коридор. Его рука касается моей. Нахальные глаза — темные, влажные, непроницаемые — настойчиво стараются установить контакт. Губы кривятся в хищной улыбке, и я улавливаю в незнакомце искру интереса, приглашение. Вызов.

Девица снова прыскает. Она уже натянула свое кукольное платьице.

— Пошли, Ксавье!

Сексуальное у него имя — вполне соответствует всему остальному. Когда наш зрительный контакт прерывается, я испытываю легкий шок. Драконша гонится за ними по коридору, а Софи вцепляется мне в руку, совсем как Меган. Она трясется, пытаясь сдержать смех, пока мы плетемся к своей комнате.

Будь здесь папа, он бы шлепнул Ксавье в коридоре свернутым в трубку «Уорлд джорнал», а меня посадил бы под домашний арест ради моего же блага.

Сдается мне, лагерь зубрил не такое уж унылое место.

— Так это… — наконец выговариваю я.

Щеки Софи пылают от сдерживаемого хохота.

— Это «Корабль любви»!

До меня начинает доходить.

* * *

Нашу дверь заклинило, она разбухла в дверной коробке от влажности. Я поворачиваю ключ и напираю, потом Софи поворачивает ключ и напирает, после чего говорит:

— Давай, поворачивай ключ, и будем напирать вместе.

Общими усилиями дверь со свистом распахивается.

— Из нас получилась отличная команда, — смеется Софи и падает на свой полосатый матрас. — О боже, Эвер! Этот Ксавье — самый сексуальный парень, которого я когда-либо видела.

— Он уже занят, — замечаю я. Хотя присутствие девицы в розовом не помешало ему окинуть меня оценивающим взглядом.

— Занят? — Софи фыркает и садится на кровати, откидывая на спину блестящие гладкие волосы. — Из-за «Корабля любви» каждая четвертая пара распадается.

— Правда, что ли?

— Ага. Моя кузина уже с кем-то встречалась, а потом во время заезда познакомилась с парнем, и с тех пор они вместе…

Софи трещит без умолку, а я кладу свою сумочку на комод и подхожу к двустворчатому окну, чтобы полюбоваться видом. Наша комната опрятная, хоть и простая: две кровати, два письменных стола, два комода, термос с горячей водой. Сочная зеленая лужайка, простирающаяся под окнами, отделяет нас от череды кирпичных зданий. Территория лагеря окружена увитой плющом бетонной оградой. Слева за ней виднеется сине-зеленая река Цзилун, противоположный берег которой застроен тайбэйскими небоскребами, а за ними на горизонте вырастает сероголубая гора.

Вид