Уральское небо - Евгений Лисин

Всё закончилось как-то быстро и внезапно... Очень быстро отпали все те, кто интересовался мной в той или иной ипостаси.

Я стал неинтересен Лерке (и слава Богу!), мной перестала грезить московская боксёрская школа (мне Урал ближе!), местные бандиты тоже перестали обращать на меня внимание (а, может, и к лучшему!). Когда ты вне спорта и много чего по жизни, тебя быстро списывают в утиль! А что мне оставалось... Да практически ничего! Было сметено всё подчистую. Все шестнадцать лет - коту под хвост. Но я понимал, что надо жить! Всё ещё будет. Самое главное, я живой...

А пятницы с той поры, я теперь очень сильно недолюбливаю…

Глава 8. Чёрная магия

Отвалялся я в больничке всё лето и даже больше половины сентября успел захватить. Причём пролежал эти денёчки в полулюксовой палате, абсолютно один. Странно всё это! Особенно при нехватке мест в наших родных больничках. Чтоб родные оплатили этот "банкет", об этом не могло быть и речи. У нас никогда столько денег не было. Были у меня предположения на этот счёт, но о них я лучше умолчу. Может, кто-то из бандюков таким образом решил отмолиться за меня перед Богом? А не знаю до сих пор...

Из моей ноги извлекли пулю автомата Калашникова, ещё две прошли навылет. Хорошо, что автомат стреляющего был невелик - 5,45 мм. Это как-то спасло меня. Ну, по крайней мере, это мне так главврач объяснил:

- За калибр покрупней я умолчу: либо не выжил бы, либо ампутация ноги. Повезло, что так вышло. А лучше бы вообще никак!

Вот так мне говорил главврач, а сам я не разбирался в последствиях огнестрельных ран. Хирурги шутили надо мной, что я в "бронештанах" родился:

- Максимум, это палочка светит тебе для ходьбы. Но это если всё пойдет не так! А ты молод, и чудеса могут свершаться. Почему бы и нет?

Как ни странно, но чудо таки случилось. Палочка отменялась, я мог ходить на своих двоих без всякой чужой помощи. Молодость взяла своё. Лёгкая хромота осталась, но эскулапы уверяли, что это со временем пройдет...

За пять дней до выписки ко мне в палату подселили угрюмого мужичка, о которого за версту несло криминалом. Сначала он скривился от моего присутствия, но узнав, что я лежу с огнестрелом, резко поменял ко мне отношение. А когда в ходе начального разговора, я упомянул, что у меня в соседях есть криминальный авторитет Синица, то тут сосед по палате явно проникся ко мне уважением.

Мужика словно подменили, язык его метелил как хотел, и я даже засомневался в его принадлежности к криминалу. Но Славик (именно так звали моего соседа) был шофёром и всю жизнь возил авторитетов разного калибра. Теперь стало ясно, откуда его говорливость. Водителю явно хотелось выговориться, как соседу-попутчику в ж/д вагоне.

Я с нетерпением ждал выписки, ибо этот балабол утомил меня конкретно. Но вот одна из историй меня зацепила, и конкретно так. Вот люблю истории про чёрную магию послушат, хлебом не корми.

Новый чёрный навороченный "Гелендваген" 463-й серии подкатил к зданию-высотке, где сдавались офисы под различные фирмы. Рядом со входом пестрели таблички-зазывалы тех организаций, которые заседали в этом офисном вертепе. Развалившийся на переднем пассажирском сидении местный авторитет Михалыч, в миру Сан Саныч Михайлов, смотрел на разноцветные вывески.

- Вроде тут! Слон, Матрос, сгоняйте-ка по бырому. Узнайте, чё да как. И сюда его лучше приведите. Пусть посмотрит да дело своё чёрное обстряпает.

Молчаливые телохранители выскользнули с заднего сидения внедорожника одновременно и, аккуратно прикрыв дверцы, растворилась в недрах "офисной" высотки.

- Чё, Слав, в натуре энтот экстрасенс крут? - спросил Михалыч у своего водителя. - Тебе туфту не прогнали часом?

- Неее, Сан Саныч, крут говорят малец! - отозвался Славик. - Дело своё знает, он уже на этих делах лапу себе набил. Да и пацаны о нём чётко отзываются. Говорят, лучший из лучших по всему Екату!

- Лучший? - скривил губы в недоверчивой ухмылке Михалыч. - Чё и проколов с косяками за ним не водится?

- Да поговаривают, что не наблюдают. Да и конкретного разводилова с его стороны нет. Всё чётко! Работает как часы. - откинувшись на сидении, вещал Слава. - Ну, я так кумекаю, нам бы самим посмотреть этого экстрасенса в деле. А то я за "Гелик" в натуре переживаю. На ровном месте прямо начинает сбоить, не было такого за ним раньше.

- Ну подождём да поглядим! - согласился с ним Михалыч. - Неча пока воздух сотрясать. Включи-ка пока чё-нить послухать новенького из шансона. Давай-ка этого, ну как его... Да просто новьё вруби!

Какой-то хит очередного хрипящего "шансонье" заполнил своим звучанием салон внедорожника.

- Ведут! - вскинулся Славик.

- Вижу! - отозвался Михалыч, открывая дверцу джипа. - Пойду выйду, встречу гостя дорогого.

Михалыч стоял рядом со своим "Геликом" и смотрел на то, как его телохранители волокут к джипяре упирающегося молодого человека. Тот пытался освободиться из цепких лап "кожаных затылков", но все его потуги были бесполезны. Вырваться из лап бывших "вольников" было просто нереально.

К тому же Слон и Матрос, к своим двадцати и двадцати двум годам соответственно, уже не первый раз занимали призовые места по городу в своих весовых категориях по вольной борьбе. А за неимением заработков подались в бандиты, где вскоре были замечены предприимчивым Михалычем и были завербованы в его телохранители…

- Так это ты штоле экстрасенс? - с сомнением поглядел на паренька Михалыч.

- Я! - шмыгнув носом, ответил паренёк. - А что хотели-то? Под крышу меня что ли взять?

- Нужон ты мне боле, как крышевать ещё тебя. Хлопот до хрена! И, как вариант,