Еврейская сага - Пётр Азарэль

— Мамочка, папочка, я так рада.

— А мы просто счастливы, дочка, — улыбалась Мина. — А где наши внуки?

— Да вон они.

Санька держал за ручку детскую коляску, в которой мирно спал Бенни. Рядом с отцом стояла Женечка, прижимаясь к его ноге и поглядывая на незнакомых людей, с которыми обнималась мама. Она уехала из той страны больше года назад, и смутные воспоминания о ней постепенно исчезли из её головки, уступив место новой реальности. Но в последнее время она не один раз слышала от родителей о бабушке и дедушке, которые живут за океаном и хотят прилететь и поселиться недалеко от них. Теперь она снова увидела их, идущих по направлению к ней, но не узнала.

— Женечка, милая, как же я скучала по тебе, — воскликнула женщина, крепко прижимая её к себе. — Это я, твоя бабушка Мина. Ты меня помнишь?

— Нет.

— Конечно, ведь ты была маленькая, когда улетела от нас. Теперь мы будем всегда рядом.

Давид Самойлович поднял внучку на руки.

— Что вы от неё хотите? Теперь она стала большой и умненькой. А знаешь, кто я?

— Дедушка, — произнесла Женя, уже разобравшаяся в ситуации.

Бабушка и дедушка, поцеловавшись с Санькой, склонились над спящим внуком.

— Какой красавчик! — прошептала Мина. — Пусть спит. Не будем его будить.

Все двинулись к выходу из зала на автомобильную стоянку. К ним сразу же подошёл водитель такси.

— Я поеду с родителями, а ты возьми детей и поезжай перед нами, — сказала Вика.

Через полчаса «Шевроле» и «Форд» остановились возле дома на Брайтон-Бич.

— Не думал, что вы живёте так близко. К сожалению, через два дня мы улетим отсюда в Чикаго. Там уже ждут, не дождутся.

— А в следующий раз прилетишь в Нью-Арк. Благодаря тебе, папа, меня приняли в тот аэропорт на работу. Я сказала, что ты был правой рукой Туполева.

— Его сына. Хотя отец, как сказал Пушкин, «в гроб сходя, благословил». Жаль, многие мои идеи так и остались на бумаге. Правительство требовало, чтобы мы опередили французов и англичан. Что ж, поработаю теперь на Америку.

Проснулся Бенни и бабушка и дедушка, млея от восторга, носили его на руках. Вика с помощью Мины накрыла на стол. Покормили и уложили спать детей, и сели ужинать. Выпили коньяка «Курвуазье», закусив бутербродами с красной икрой. Потом с аппетитом ели испечённую в духовке утку с рисом и грибами. Вспоминали оставшихся в Москве друзей и говорили о новой жизни, которая неслась им навстречу.

Санька и Вика уступили спальню родителям, а сами легли в гостиной на раздвижном диване. Утром Санька уехал на работу, а Вика взяла выходной. Она отвела Женечку в детский сад, и, после завтрака, вышла с родителями на прогулку на променад. Дед шагал впереди, с гордостью толкая перед собой коляску.

В пятницу днём в аэропорту Чикаго их уже встречал представитель компании Боинг. Он держал в руках плакат, на котором большими чёрными буквами было написано «David Gordon». Давид Самойлович увидел его, когда они, сняв с конвейера чемоданы, вышли из огромного багажного зала. Мужчина лет тридцати, одетый в синий костюм, голубую рубашку и сиреневый галстук, обрадовался, и гримаса озабоченности на его лице сменилась добродушной улыбкой.

— Макс, — произнёс он, протягивая для пожатия руку.

— Очень приятно. Давид. Моя жена Мина.

— Добро пожаловать в Чикаго, мадам. Я приехал сюда из Советского Союза ещё мальчиком и могу говорить с вами по-русски. Но, я вижу, вы неплохо владеете английским.

— Наш язык пока что далёк от совершенства. Но мы хотели бы скорей окунуться в него.

— Замечательно. Я уполномочен компанией встретить вас и сопроводить в снятую для вас квартиру. Вы удивитесь, насколько близка она к нашему билдингу.

Макс взялся за тележку с чемоданами, и направился к выходу из зала. Несколько минут они курсировали по обширной автомобильной стоянке, пока не остановились возле большого серебристо-серого «Бьюика». Через час они оказались на роскошной Мичиган авеню, откуда свернули на Запад Рандольф стрит. Проезжая по окрашенному в коричневый цвет металлическому мосту, Макс махнул рукой в сторону высотного здания по другую сторону канала.

— Я специально поехал так, чтобы показать вам, где мы находимся. Это штаб-квартира компании Боинг. Здесь многие улицы с односторонним движением, поэтому нам приходится ехать как бы в объезд.

Через пять минут он повернул направо, потом ещё раз направо и остановился у тротуара возле добротного кирпичного здания.

— Приехали. Вот в этом доме на шестом этаже компания сняла вам квартиру. Он находится на бульваре Запад Вашингтон, где и сама компания. Отсюда до нашего билдинга пятнадцать минут ходьбы. А если не хотите пешком, можно подъехать на автобусе.

Макс открыл багажник и вытащил два больших чемодана на колёсиках. Остальные вещи, среди которых были книги и дорогие сердцу альбомы фотографий и картины, которые они коллекционировали с конца шестидесятых годов, добирались в Чикаго поездами и океанскими контейнеровозами. Давид покатил к входу свой чемодан, предоставив Максу тяжеленный чемодан жены. Четырёхкомнатная квартира сияла белизной и чистотой, современная практичная мебель, встроенные стенные шкафы — всё говорило о высоком социальном статусе жильцов.

— Вам нравится? — спросил молодой человек, на лице которого светилась искренняя улыбка.

— Очень, — выдохнула Мина Яковлевна.

Давид Самойлович вышел на балкон и осмотрелся. Новые и возводимые сегодня высотные здания невдалеке рядом с построенными ещё до войны приземистыми кирпичными домами, прямые, как линейки, зелёные улицы, скверы и парки.

— Мина, посмотри, какая красота!

— У вас два дня на обустройство и отдых. А в понедельник в восемь, Давид, тебя ждёт в офисе Вилли Джонсон, вице-президент компании. Разрешите откланяться. Если будут вопросы, звоните мне.

— Конечно, Майкл. Большое спасибо.

Молодой человек, пожав Давиду руку и кивнув Мине, скрылся за входной дверью. Они постояли на балконе, любуясь городом, в ясную погоду казавшимся бесконечным.

— Саня просил позвонить, когда доберёмся, — сказала Мина.

— Да, совсем забыл. Как в басне Крылова, «в зобу дыханье спёрло». Правда, они скорей всего на работе. Позвоним вечером часа через два.

— У нас впереди выходные дни. Надо бы встретиться с кем-нибудь.

— Мой друг Фима Бланк живёт под Чикаго. Я свяжусь с ним. Давай-ка где-нибудь перекусим.

Кафе оказалось недалеко от дома на другой стороне улицы. Хозяин его, увидев пару интеллигентных людей, приветливо поздоровался с ними, усадил за столик у окна и протянул два