Троецарствие - Ло Гуаньчжун

— Ты неправ, брат, — прервал его Лю Бэй. — Вспомни, как в древности цискому Хуань-гуну пять раз пришлось ездить, чтобы взглянуть на отшельника Дун-го. А я же хочу увидеть величайшего мудреца!

— Подумайте, брат, — прервал его Чжан Фэй, — может ли быть эта деревенщина великим ученым? На сей раз ехать вам не следовало бы. Если он сам не явится, я приволоку его на веревке!

— Разве тебе не известно, как сам Чжоуский Вэнь-ван ездил к Цзян Цзы-я? — возразил Лю Бэй. — Если Вэнь-ван так почитал мудрецов, то и тебе следовало бы быть повежливей. Оставайся-ка ты дома, мы поедем с Гуань Юем вдвоем.

— Оставаться мне? А вы уедете?

— Хочешь ехать — не смей дерзить! — предупредил брата Лю Бэй.

Чжан Фэй дал обещание. Они втроем сели на коней и в сопровождении слуг направились в Лунчжун.

Недалеко от дома мудреца Лю Бэй сошел с коня и пошел пешком. Первым ему повстречался Чжугэ Цзюнь.

— Дома ваш старший брат? — поклонившись, спросил Лю Бэй.

— Сегодня вы можете повидаться с ним, вчера вечером он вернулся, — сказал юноша и беззаботно удалился.

— Счастье улыбается мне, я увижу его! — воскликнул обрадованный Лю Бэй.

— Этот человек не учтив, — заметил Чжан Фэй. — Не мешало бы ему проводить нас до дому, а он ушел.

— Каждый занят своими делами, — успокоил брата Лю Бэй. — Не можем же мы заставить его сделать это.

Братья приблизились к дому и постучались в ворота. Вышел мальчик-слуга и спросил, кто они такие. Лю Бэй сказал:

— Потрудись передать своему господину, что Лю Бэй пришел ему поклониться.

— Господин дома, но целый день спит, — ответил мальчик.

— Тогда погоди докладывать.

Оставив братьев дожидаться у ворот, Лю Бэй осторожными шагами вошел в дом. В прихожей на цыновке спал человек. Лю Бэй остановился поодаль и почтительно сложил руки. Прошло довольно много времени, но мудрец не просыпался. Гуань Юю и Чжан Фэю наскучило ждать во дворе, и они вошли в дом поглядеть, что делает их старший брат. Увидев, что Лю Бэй стоит, Чжан Фэй раздраженно сказал:

— До чего же высокомерен этот мудрец! Наш брат стоит возле него, а он себе спит как ни в чем не бывало. Пойду-ка я подожгу дом, посмотрим тогда, проснется он или нет!

Гуань Юю несколько раз приходилось сдерживать разгорячившегося брата. Лю Бэй приказал им обоим выйти за дверь и ждать. В эту минуту мудрец пошевелился, словно собираясь встать, но потом повернулся к стене и опять заснул. Мальчик хотел было доложить ему о гостях, но Лю Бэй его остановил:

— Не тревожь господина…

Прошел еще час. Лю Бэй продолжал стоять. Вдруг Чжугэ Лян открыл глаза и сразу же нараспев стал читать стихи:

Кто первым поднимется с жесткого ложа?

Я — первым проснусь от глубокого сна!

Так спится приятно весною в прихожей:

Спускается солнце, вокруг тишина…

Чжугэ Лян умолк и потом обратился к мальчику-слуге:

— Есть кто-нибудь из простых посетителей?

— Дядя императора Лю Бэй ожидает вас, — ответил мальчик.

— Почему ты мне об этом раньше не доложил? — заторопился Чжугэ Лян. — Мне еще надо переодеться!

Он удалился во внутренние покои и вскоре в полном облачении вышел к гостю. Лю Бэй увидел перед собой человека высокого роста, немного бледного. На голове у него была шелковая повязка, и был он в белоснежном одеянии из пуха аиста — обычная одежда даосов. Движения его были плавны и непринужденны, осанкой своей он напоминал бессмертного духа. Лю Бэй поклонился.

— Я, недостойный потомок Ханьского правящего дома, давно слышал ваше славное имя — оно оглушает подобно грому. Дважды пытался я повидать вас, но неудачно. И тогда я решился написать на табличке свое ничтожное имя… Не смею спросить, пал ли на нее ваш взор?

— Я так ленив, — молвил мудрец, — и мне совестно, что я заставил вас ездить понапрасну…

Совершив церемонии, положенные при встрече, они уселись, как полагается гостю и хозяину. Слуга подал чай. Выпив чашку, Чжугэ Лян заговорил:

— Вчера я прочел ваше письмо и понял, что вы печалитесь о народе и государстве… Вам не стоило бы обращаться ко мне — я слишком молод, и способности мои ничтожны.

— Мне говорили о вас Сыма Хуэй и Сюй Шу. Разве они стали бы болтать попусту? — вскричал Лю Бэй. — Прошу, не оставьте меня, неразумного, своими мудрыми советами!

— Сыма Хуэй и Сюй Шу — самые выдающиеся ученые в мире, а я лишь простой пахарь. Разве смею я рассуждать о делах Поднебесной? Вас ввели в заблуждение, и вы хотите променять яшму на камень!

— Вы самый необыкновенный талант в мире, — настаивал Лю Бэй. — Можно ли вам понапрасну стариться в лесной глуши? Вспомните о народе Поднебесной! Просветите меня в моей глупости, удостойте своими наставлениями!

Чжугэ Лян улыбнулся:

— Расскажите о ваших намерениях.

Отослав слуг, Лю Бэй придвинул свою цыновку поближе и сказал:

— Вы знаете о том, что Ханьский дом идет к упадку, что коварный сановник Цао Цао захватил власть! Я не жалею сил, чтобы установить великую справедливость в Поднебесной, но для такого дела у меня не хватает ума. Как бы я был счастлив, если бы вы просветили меня и удержали от бед!

— Когда Дун Чжо поднял мятеж, сразу же восстали все смутьяны по всей Поднебесной, — начал Чжугэ Лян. — Цао Цао с меньшими силами удалось победить Юань Шао прежде всего благодаря своему уму, а не только благодаря выбору удобного момента. Теперь у Цао Цао бесчисленные полчища, он держит в руках Сына неба и от его имени повелевает всеми князьями. Вступать с ним в борьбу невозможно. На юге род Сунь вот уже в течение трех поколений владеет Цзяндуном. Владение это неприступно, и народ льнет к своему князю. Добейтесь его помощи, но никоим образом не замышляйте похода против него! А вот Цзинчжоу вам следует взять! На севере этот округ примыкает к рекам Хань и Мянь, на востоке связан с Ухуэем, на западе сообщается с княжествами Ба и Шу, а все доходы его идут с юга, из Наньхая. Если вы не овладеете этим округом, вам не удержаться! Думали вы когда-нибудь о том, что вам помогает небо? А Ичжоу! Неприступная крепость, бескрайние плодородные поля! Это ведь сокровищница, созданная самой природой! Благодаря ей Гао-цзу создал империю. Нынешний ичжоуский правитель Лю Чжан слаб и невежествен, а народ и страна богаты! К тому же он не знает, как ему удержать свои владения. И наиболее способные и ученые люди мечтают о просвещенном правителе… Вы отпрыск императорского рода, славитесь своей честностью и справедливостью, призываете к себе мудрецов и героев — вот основание, чтобы взять Цзинчжоу и Ичжоу! Берите эти округа, укрепитесь в них, упрочьте на западе мир с местными племенами, покорите на юге области И и Юэ, вступите в союз с Сунь Цюанем, создайте в своих владениях хорошее управление и потом, выждав момент, когда в Поднебесной произойдут изменения, пошлите своего лучшего полководца с цзинчжоускими войсками к Юаньло, а сами во главе ичжоуских полков выступайте на Циньчуань. И можете быть уверены — народ выйдет встречать вас с корзинами яств и с чашками рисового отвара. Вы совершите великое дело и возродите Ханьскую династию! Если вы поступите именно так, я буду во всем вашим советником!