Троецарствие - Ло Гуаньчжун

— Вы, наверно, не кто иной, как Лю Бэй, и хотите видеть моего старшего брата? — прервал его юноша, торопливо ответив на приветствие.

— Так, значит, вы не Во-лун? — изумился Лю Бэй.

— Нет, я его младший брат — Чжугэ Цзюнь. Нас трое братьев. Самый старший — Чжугэ Цзинь служит у Сунь Цюаня в Цзяндуне, а Чжугэ Лян мой второй брат…

— А он сейчас дома? — спросил Лю Бэй.

— Они вчера договорились с Цуй Чжоу-пином пойти побродить.

— И куда же они отправились?

— Может быть, поехали на лодке или же ушли навестить буддийских монахов и отшельников-даосов в горах, а может быть, зашли к другу в какой-либо дальней деревне; возможно, что они играют на лютне или в шахматы где-нибудь в уединенной пещере. Кто их знает, неизвестно, когда они уходят и когда приходят.

— Как я неудачлив! — сетовал Лю Бэй. — Вторично не удается мне застать великого мудреца!..

— Может, посидите немного? Выпьете чаю? — предложил Чжугэ Цзюнь.

— Раз господина нет, сядем-ка на коней, брат мой, да поедем обратно, — вмешался Чжан Фэй.

— Ну, нет уж! С пустыми руками я не уеду, — решительно возразил Лю Бэй и обратился к Чжугэ Цзюню: — Скажите мне, правда, что ваш брат целыми днями читает военные книги и весьма сведущ в стратегии?

— Не знаю, — сдержанно ответил юноша.

— Что вы вздумали расспрашивать его брата? — опять вмешался Чжан Фэй. — Едем скорей домой, а то ветер и снег усилились!

— Помолчи-ка ты! — прикрикнул на него Лю Бэй.

— Не смею вас больше задерживать! — заторопился Чжугэ Цзюнь. — Я как-нибудь навещу вас.

— Что вы, что вы! — замахал руками Лю Бэй. — Зачем вам затруднять себя излишними поездками! Через некоторое время я сам приеду! Дайте мне кисть и бумагу, я хочу написать вашему брату, что непреклонен в своем решении!

Чжугэ Цзюнь принес «четыре сокровища кабинета ученого». Лю Бэй дыханием растопил замерзшую тушь, развернул лист бумаги и написал:

«Я давно восхищаюсь вашей славой! Вот уже дважды посещаю я ваш дом, но ухожу разочарованный, не имея счастья лицезреть вас.

Потомок Ханьской династии, я незаслуженно получил славу и титулы. Мое сердце разрывается, когда я смотрю, как гибнет правящий дом, как рушатся устои Поднебесной, как полчища разбойников возмущают страну и злодеи обижают Сына неба. Я искренне желаю помочь династии, но у меня нет способностей к управлению государством, и потому я с надеждой взираю на вас, на вашу гуманность и доброту, на вашу преданность и справедливость. Разверните свои таланты, равные талантам Люй Вана, совершите великие подвиги, равные подвигам Цзы-фана, — и Поднебесная будет счастлива.

Это письмо я пишу для того, чтобы вам было ведомо, что после поста и омовений я вновь предстану перед вами.

Выражаю вам свое искреннее почтение и как повелений жду ваших мудрых советов».

Лю Бэй передал письмо Чжугэ Цзюню и откланялся. Чжугэ Цзюнь проводил гостя и, прощаясь с ним, снова изъявил твердое желание приехать.

Лю Бэй вскочил в седло и хотел было тронуться в путь, как вдруг увидел мальчика, который, высунувшись из-за забора, громко кричал:

— Старый господин едет!

К западу от небольшого мостика Лю Бэй заметил человека в лисьей шубе и теплой шапке. Он ехал верхом на осле. За ним пешком следовал юноша в черной одежде и нес в руке тыквенный сосуд с вином. Миновав мостик, человек стал нараспев читать стихи:

Всю ночь дул ветер, нагоняя тучи,

На сотни ли безумствует пурга.

Отроги гор в седом тумане тают,

И реки, вздувшись, бьются в берега.

Лицо поднимешь, — кажется, что в небе

Ведут драконы небывалый бой.

От них летят и падают чешуйки,

Всю землю закрывая пеленой.

Проехав мостик, я вздохнул тоскливо:

Зима пришла, и цвет роняет слива.

— Это господин Во-лун! — воскликнул Лю Бэй, услышав стихи.

Поспешно соскочив с коня, Лю Бэй приблизился к человеку и поклонился ему:

— Господин, вам, должно быть, нелегко ездить в мороз! Я уже давно ожидаю вас…

Человек ловко соскочил с осла и ответил на приветствие Лю Бэя.

— Вы ошибаетесь, господин, — обратился к Лю Бэю стоявший позади Чжугэ Цзюнь. — Это не Во-лун, а его тесть — Хуан Чэн-янь.

— Какие прекрасные стихи вы только что прочли! — сказал Лю Бэй Хуан Чэн-яню.

— Это стихотворение из цикла «Песен Лянфу», — ответил тот. — Я как-то слышал его в доме своего зятя, и оно запомнилось мне. Не думал я, что почтенный гость услышит… Я прочел это стихотворение просто потому, что, проезжая через мостик, увидел увядшие цветы сливы, и это зрелище растрогало меня…

— А вы не встретились с вашим зятем? — спросил Лю Бэй.

— Я как раз еду повидаться с ним…

Лю Бэй попрощался с Хуан Чэн-янем, сел на коня и двинулся в обратный путь. Ветер крепчал. Сильнее повалил снег. Лю Бэй с грустью смотрел на высившуюся вдали гору Дремлющего дракона.

Об этой поездке Лю Бэя к Чжугэ Ляну потомки сложили стихи:

Однажды в ветер, в снег он к мудрецу приехал,

Но, не застав его, домой спешил печальный.

Мороз сковал ручей, обледенели тропы,

Усталый конь дрожал, а путь его был дальний.

Кружась, ложился на него цвет осыпающейся груши,

Пушинки облетевших ив в лицо хлестали озлобленно.

Уздою осадив коня, он горизонт окинул взором, —

Как будто в блестках серебра вершина Спящего дракона.

Лю Бэй возвратился в Синье. Время пролетело быстро. Незаметно подошла весна. Лю Бэй велел прорицателю погадать на стеблях травы и выбрать благоприятный день. Три дня он постился, потом совершил омовение, сменил платье и отправился снова к горе Дремлющего дракона.

Гуань Юй и Чжан Фэй были очень недовольны и пытались удержать брата от этой поездки.

Поистине:

Героя влечет к мудрецу, пока независим мудрец,

Но слово нарушит свое — и вере героя конец.

Если вы не знаете, как братья пытались удержать Лю Бэя, посмотрите следующую главу.