Последняя гроза - Елена Николаевна Ронина

– Но это же, получается, завтра?

– Так и есть.

Они сами не заметили, как дошли до дома.

– Ну что? Я все-таки отвезу тебя сам. Поехали? О, смотри, такси подъезжает. Неужели маман заказала? Но ты не обижайся, ей действительно сейчас не до чужих людей в доме.

Ане жаль было покидать этот странный особняк. Почему-то рисовались картины надвигающейся беды. С чего бы это? Со стороны все чинно и респектабельно. Даже с учетом умершего хозяина. Величественная русская усадьба, дивной красоты природа, успокаивающая гладь речной воды и шелест дубов и лип. Благолепие, да и только. Да и семья, на первый взгляд, представляла собой идеально выстроенный мир жителей старинного дома, с традициями и корнями. Где в обязательном порядке присутствуют совместные субботние завтраки, на которые мужчинам принято надевать рубашки. Где есть интерес к архивам и корням, вон конюха раскопали. И в то же время воздух был наэлектризован. Не было любви в этом доме, не было радости. Наоборот, Анне показалось, что все друг друга в этой семье и боятся, и подозревают. Все думали только про завещание. А ведь ушел из жизни для всех близкий, можно сказать, главный человек. Почему никто не горюет о смерти хозяина? Никто не говорит о том, что это был за человек? Все говорят про деньги. Там давал, там не давал. Сколько давал. А вдруг теперь не даст? Или еще хуже: другому даст больше, чем ему. Ну дела. Нет, это мучение. И стоит ли эта грызня жизни в богатстве?

Но разобраться хотелось. Что за тайна объединяет всех этих людей? И о чем они все сегодня недоговаривают? То, что недоговаривали все, в этом Аня не сомневалась.

Глава 7. Опять новые лица

Суббота

12:00

– Смотри, из такси кто-то выходит. Вроде бы молодая девушка.

– Съезжаются гости на читку завещания?

– Кто ж его знает? Пойдем посмотрим.

Валентин слегка поддержал Аню за локоть, а она отметила, что ей это приятно.

Из машины вышла девушка, по виду чуть старше Анны. Короткое платье в цветочек, широкополая шляпа, босоножки на каблуках. Таксист помог ей вытащить небольшой красный чемодан на колесиках.

Девушка огляделась по сторонам и радостно замахала руками навстречу Ане и Валентину. Шляпа тут же рванула вверх, девушка с трудом ее удержала и, нахлобучив чуть глубже, понеслась на каблуках навстречу молодой паре. Было понятно, что она тут впервые и банально опасается остаться одна. Такси уже развернулось и уехало, а что делать ей, если она никого не найдет?

«Еще одна провинциалка», – пронеслось в голове у Валентина. Во-первых, шляпа эта дурацкая, высокие каблуки, и потом, как можно было отпускать такси, не выяснив, что ты приехала по нужному адресу? Мало ли что?

Он заметил, многое в России его стало раздражать. То, по чему скучал и горевал, сейчас нервирует. Что за природа человеческая?

– Добрый день, а вы не подскажете, усадьба «Вязы» – это здесь?

Девушка радостно улыбалась ярко накрашенными губами.

– Да? А кого вы ищете?

– Слава богу! Главное, на месте. А то ехали, ехали куда-то. Уже отругала себя сто раз! Если бы мама узнала, убила бы меня за эту авантюру.

Еще одна потрясающая особенность русского человека. Вываливать все и сразу. Вот кто ее тянет за язык? И про маму, и про авантюру.

Неожиданно вступила в разговор Аня:

– Да вы не волнуйтесь! Все в порядке, доехали вы правильно. Вот она – усадьба «Вязы»! Красота в красоте!

Ну просто потрясающе. Валентин решил отступить в тень. Две не имеющие к этой красоте никакого отношения молодые дамы пытаются изображать из себя милых аристократок.

– Ой, спасибо вам, значит, не заблудилась. И спасибо, что вышли встретить. Емельян – это вы?

Святая простота…

– Емельян – это не я. Я – Валентин. А это Анна.

– А Емельян где?

– Действительно, где он? Аня, ты не видела Емельяна?

– Я вообще его ни разу не видела, но много о нем уже слышала. – Валентин холодно указал Анне ее место. И он был прав. Что это она лезет не в свои дела? И зря она тут проявила радушие к совершенно незнакомому человеку. Она же тут никто. И не ее спрашивали. С другой стороны, а кого? Анна уже сама запуталась. Приехавшая девица тоже поняла, что не все тут просто. Улыбка начала медленно сползать с раскрашенного рта.

– Ой, а что же делать? Я письмо получила. Вот, распечатала.

Она начала снимать с плеча маленькую сумочку, естественно, зацепилась ремешком за шляпу, шляпа съехала на затылок, а потом и вовсе упала на траву.

– Господи, ну что за растяпа! – ругала себя гостья, тем не менее ей удалось раскрыть сумочку и вытащить сложенный вчетверо листок бумаги.

– Вот!

– Интересно, с какой это стати Емельян Антипов приглашает к нам гостей?

Валентин с недоумением прочитал письмо.

– Такое впечатление, что это окончание большой переписки.

Валентин вопросительно смотрел на обладательницу теперь уже немножко пыльной и помятой шляпы.

– Так и есть. Но там много личного, и Емельян просил оставить это между нами.

– Надо же… По-моему, у нас за спиной ведется двойная игра. Ну пойдемте, спрошу у родителей. Надеюсь, все же с их ведома. А вы не перепутали, он именно сегодня вас приглашал?

Девушка облегченно вздохнула:

– Конечно! Ну слава богу! Честно говоря, сама немного волновалась. Какой-то Емельян. И имя такое… Нет, ну кого сейчас Емельянами называют? Это же странно!

– Это точно! Емельяны, Валентины. Тут все странное, включая это место. Давайте я вам помогу с чемоданом.

«Шляпа» опять поняла, что сморозила что-то не к месту, но решила не обращать внимания:

– Ой, спасибо вам! Да, про приглашение-то! Приглашал сегодня, только к семнадцати. Но я с поезда, поэтому решила пораньше приехать.

– Ясно. Хорошо, что вы не вчера приехали.

Валентин легко подхватил чемодан, предварительно сложив ручку, и пошел вперед. Анна отметила про себя: привычка иностранца, бережет колесики.

Незнакомка еще раз легко выдохнула и все продолжала и продолжала говорить. Аня уже ее не слушала. Понятно было, что вся ее речь сводилась к одному. Могли не встретить, но и не встретили. Но главное, она на месте.

Господи, святая наивность. Она на месте. А что это за место такое? Аня еще раз со стороны посмотрела на незнакомку. Милая, улыбчивая и по-детски непосредственная. Да, не прошлась по тебе еще жизнь тяжелым катком…

Можно подумать, жизнь прошлась по Ане? Да, не прошлась, но она много с чем уже