Они ненавидят друг друга - Аманда Вуди

я никогда раньше не видел, наверное, из комиксов или что-то в этом роде, с

красными рукавами, синей грудью и черным пауком, нарисованным посередине.

«Придурок», - говорю я, ухмыляясь. Я уже сбился со счета, когда увидел его

одежду с пауком, да и он, наверное, тоже. «Почему ты здесь?»

«Разве я не могу видеть своего мужа время от времени?»

«Я развелся с тобой, когда ты надел футболку с голой Бэтгерл». Я пихаю Андре

рядом с Ханной, которая теперь смотрит на него с вновь обретенным отвращением, которое заставило бы меня встать на колени в знак извинения. Напротив них стоит

Дилан в бледно-розовой фланелевой рубашке на пуговицах и выглядит точно как

третий лишний.

«Есть какая-то особая причина для сегодняшнего визита?»

«Родители Ханны нашли какой-то новый бар, который они захотели опробовать

сегодня вечером, а мои родители наконец-то перечислили мне деньги на пособие за

прошлую неделю, так что мы здесь», - ярко говорит Андре. «Кроме того, Рамирес, по сути, умолял увидеть тебя».

Дилан одаривает меня безэмоциональной улыбкой, которая говорит мне, что он

скорее подавится чем-то, чем будет умолять о встрече со мной. Ханна выжидающе

смотрит между нами, ее гладкий хвостик раскачивается взад-вперед за ее кепкой

для софтбола. Верно. Мы должны быть теплыми и ласковыми друг к другу, поэтому

я проскальзываю в кабинку рядом с Диланом и предлагаю свою щеку. К счастью, он понимает это и наклоняется, чтобы чмокнуть меня в щеку. Его губы оставляют

теплый отпечаток над моей челюстью.

«Ну, как ощущения?» Андре одаривает нас похабной ухмылкой. «Осознание того, что вы проиграли битву и наконец-то поддались мужским уловкам друг друга, и все

благодаря двум вашим лучшим друзьям!»

«Не стоит хвастаться», - говорит Ханна, но она тоже ухмыляется.

«А как же иначе?» требует Андре. «Как долго мы ждали этого дня, Ханна?»

«Довольно долго».

«Много лет», - уточняет он. «Благодарите нас, когда будете готовы, мальчики.

Наши уши открыты для вашей благодарности!»

Ханна откидывает кепку и одаривает нас язвительной улыбкой, которая говорит

мне, что она нас раскусила, а ведь еще и дня не прошло.

Дилан удивляет меня, сжимая коленную чашечку. Может, он почувствовал, что я

собираюсь сказать что-то, о чем потом пожалею.

Я боюсь, что Ханна может подколоть меня или задать вопрос, который может

вывести меня из себя, поэтому я встаю и принимаю их заказы на напитки. Андре

получает стакан «Маунтин Дью», который его энергичной заднице явно не нужен.

Ханна получает девственный клубничный дайкири, подходящий для королевы.

Дилан получает воплощение своей индивидуальности – воду со льдом.

Я суечусь по ресторану, разношу еду, убираю со столов, демонстрирую свою

очаровательную улыбку и при этом активно избегаю своего босса, Шерри. Она дала

мне свою запасную карточку менеджера, поскольку я уже отработал положенное по

закону количество часов на этой неделе и не могу использовать свою собственную.

У нас много работы, так что, к счастью, она занята за барной стойкой.

К сожалению, это означает, что я не могу общаться со своими друзьями, но... что ж.

Деньги.

Как только они обналичиваются, Ханна целует меня в щеку, и я впитываю тот факт, что достиг пика своего человеческого развития. Андре крепко обнимает меня и

говорит, чтобы я «держался». Я говорю ему то же самое - уверен, что они с Ханной

вот-вот отправятся домой и зароют себя в кучу домашних заданий на ближайшие

несколько часов.

Я убеждаю себя, что в эту субботу у нас будет время, чтобы наверстать упущенное.

Хотя, я понятия не имею, насколько вероятно время тет-а-тет, учитывая, что мы

будем на... ух. Двойное свидание.

Через минуту Ханна и Андре уже ушли. Проблема?

Они не забрали с собой Присси Принца.

«Иди домой», - приказываю я, проходя мимо него с охапкой тарелок. Он поставил

на стол ноутбук и блокнот.

«Возможно, это наш единственный шанс поговорить».

«Пока я работаю?»

«Я не против подождать, пока ты не освободишься». Он обвел глазами ресторан.

«Похоже, это будет не скоро» – я ворчу, двигаясь дальше. Он прав.

Сейчас 8:30, когда рой уходит, оставляя только тех, кто с напитками. Шерри тоже

вырезала меня с пола (против моей воли), так что я закончил принимать гостей.

Как только мой последний столик обслужен, я приношу гигантскую стойку со

столовым серебром к стенду Дилана и шлепаю по ней.

«Э-э?» говорит Дилан.

«Работу в сторону». Я сажусь напротив него. «Если и есть время поговорить, то

только пока я перекладываю столовое серебро».

Дилан наблюдает, как я складываю салфетки и убираю столовые приборы. К моему

ужасу, мой желудок в этот момент решает непристойно заурчать, причем

достаточно громко, чтобы я услышал его поверх бодренького поп-рока, играющего

через колонки.

«Голоден?» - спрашивает он, нахмурив брови.

«Нет».

«Я думал, ты не покупаешь обед, потому что у тебя здесь скидки». Дилан смотрит

на меня так обвинительно, что мне кажется, будто меня тщательно изучают. От

смущения у меня покалывает в животе.

«Я ел палочки моцареллы недавно».

«А.» Дилан задумчиво кивает. «Звучит как идеально сбалансированная еда».

«Это молочные и пшеничные продукты, так что да, так и есть», - огрызаюсь я.

Он хмурит брови, но, к счастью, его внимание переключается на ноутбук. «Я

наметил темы для обсуждения».

«Зачем тебе блокнот?» спрашиваю я, ухмыляясь.

«На случай, если мой ноутбук зависнет», - защищается он.

Невероятно. Я сижу перед живым, дышащим придурком-неудачником. «. . . Ты

очень подготовлен».

Он насмехается над весельем в моем голосе. «Лучше быть слишком

подготовленным, чем недоподготовленным».

«Точно.» Я взмахиваю ладонью. «Продолжай».

Он смотрит на меня настороженными глазами. Затем: «Первая тема - как вести себя

перед друзьями». Дилан достает неизвестно откуда небольшой дезинфицирующий

крем для рук и наносит его на ладони. Он берет посуду со стойки и сворачивает ее в

салфетку. «Думаю, мы можем согласиться, что обед не прошел... гладко».

«Ты сказал, чтобы я сидел у тебя на коленях!» восклицаю я.

«Но ты выглядел так, будто я держу тебя в заложниках. Обед будет нашим самым

большим испытанием, ведь именно тогда все будут вместе. Может, нам стоит

составить ежедневное расписание дел?»

Идея нелепая, но я не хочу случайно вздрогнуть, если он наклонится, чтобы обнять

меня, когда я этого не ожидаю. «Завтра мы можем снова встретиться возле

кафетерия», - предлагаю я, отбрасывая его руку, когда он тянется за столовым

серебром. Зачем он вообще это делает? Он что, составляет резюме всех вещей, в

которых он